Из телефона раздался приглушённый голос Лишты:
– Алло? Алло! Кто это?
Марен энергично жестикулировала, обращаясь к этой женщине. Если Лишта запретит ей ходить в магазин, ей придётся снова весь день бродить тенью по пустому дому, пока родители будут на работе, а Хэлли – за много миль от неё. У неё не будет ни друзей, ни сестры, ни родителей… ни бабушки.
– Пожалуйста, – повторила она, и на этот раз её голос сорвался на плач.
Большой палец женщины завис над экраном телефона.
– Просто скажите мне, чего вы хотите, – произнесла Марен.
Накрашенный помадой сливового цвета рот Якобы-мисс-Мало расплющился, как у змеи, и она сунула телефон обратно в сумку.
– Мне нужна дюжина кошмаров, – сказала она. От холода в её голосе по спине Марен побежали мурашки. – Самых ужасных, какие ты только видела. От тех трёх последних не было никакого толка.
Марен тяжело сглотнула:
– У нас имеются всевозможные кошмары. Если вы просто зайдёте в магазин завтра, я могу…
– Неужели я похожа на идиотку? – Женщина сильнее вдавила каблук в футболку Марен и проделала в ней дыру. – Ты принесёшь мне эти сны завтра, и смотри, ни слова бабушке, иначе я скажу ей, что ты пытаешься влезть в мозг своей бедной сестры.
Марен хотела толкнуть женщину, пнуть её ногой по голени, столкнуть в мусорный бак. Но девочка оказалась в ловушке, и женщина это знала.
– Зачем вам так много? – спросила она. – Можно просто покупать их по три зараз. Никому не нужно больше трёх кошмаров за ночь.
Якобы-мисс-Мало усмехнулась:
– У меня к ним довольно… большой аппетит.
Марен не могла даже представить, к чему приведёт такое количество кошмаров одновременно. Такой ужас способен изменить человека. Вдруг это уже и случилось? Может, они предназначаются вовсе не ей? Кожа Марен сделалась липкой. Двери больницы тихо распахнулись, и из них вышел мальчик в синей футболке.
– Амос! – крикнула Марен, размахивая руками и порываясь встать.
Амоса явно удивила её внезапная вспышка дружелюбия, но он направился к ним. Остроносые туфли оторвались от края футболки, и Марен облегчённо обмякла.
– Завтра. Здесь. В это же время. – Женщина уронила букет мёртвых роз и пошла прочь.
9
– Кто это такая? – Амос поднял с тротуара остатки увядшего букета роз.
– Покупательница. – Внезапно стоянка как будто накренилась и закружилась мазками акварельных красок. Марен опустила голову на колени, отчаянно надеясь, что её не вырвет в присутствии Амоса.
– Она жуткая, – сказал он, запихивая мёртвые цветы в ближайший мусорный бак.
– Знаю.
Стук каблуков женщины стих, и тошнота постепенно улеглась. Марен подняла глаза и увидела, как таинственная шантажистка садится в зелёный седан.
– Что она тебе говорила? – полюбопытствовал Амос. – Похоже, она стояла на твоей футболке.
– Она… э-э-э… просто хотела поговорить со мной о кое-каких вещицах из магазина.
– О пишущих машинках или снах?