Лесной бродяга (рассказы и повести): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Бой поспешно подошел к одному из них.

– Ловко ты прострелил ему руку, – сказал Джеб, и в голосе его прозвучало уважение к Бою.

– Как ты думаешь поступить с ними? – спросил Бой.

– Тебе решать! Дело касается тебя, – отвечал Джеб, не спуская глаз с браконьеров.

– Знаешь, Джеб! – сказал Бой. – Мне думается, их надо отпустить. Однако мы не можем отпустить их без ружей, потому что они умрут с голоду, пока доберутся к себе домой. Брать их в лагерь я не хочу, потому что дровосеки поступят с ними по заслугам, а сам я лично ничего худого им не желаю.

В глазах браконьеров мелькнула надежда. Тот из них, который не был ранен, понял, что лучше иметь дело с Боем, а не с Джебом.

– Отпусти нас! – просил он, стараясь сдержать кипевшую в нем злобу. – Мы готовы поклясться, что не тронем ничего и не вернемся больше сюда.

– И оставите здесь свои ружья, – сказал Джеб.

– Эти ружья – все наше имущество. Они кормят нас зимою, – сказал браконьер, обращаясь к Бою.

– Если мы возвратим вам ружья, – сказал Бой ласково, – вы дадите нам клятву, что оба уйдете из этой местности и никогда не будете ставить здесь капканов? И дадите вы также клятву, что никогда не будете мстить ни ему, ни мне?

– Конечно, – ответил браконьер, – я никогда не трону вас.

– И ты дашь эту клятву? – обратился Бой к тому, который все время молчал и бросил в него топор.

Браконьер недоверчиво взглянул сначала на него, затем на свою раненую руку, беспомощно висевшую сбоку, и наконец сказал мрачным голосом:

– Да, и я дам клятву! Будь ты проклят!

– Хорошо, – сказал Бой. – Так лучше для всех нас. Джеб, возьми с них клятву. Ты это лучше умеешь.

– Пожалуй! – отвечал Джеб, пожимая плечами с таким видом, как будто бы хотел сказать: «Твоя фантазия, не моя!»

Он заставил каждого браконьера произнести клятву, составив ее таким образом, чтобы в ней не было никаких отговорок, и потребовал скрепить ее именем всего, что у них было святого в мире. Затем он передал им ружья, и браконьеры, не проронив больше ни слова, повернулись и пошли в лес. Бой и Джеб следили за ними, пока они не скрылись в чаще деревьев. Бой со смехом поднял топор, который был брошен в него.

– Он оставил его мне на память, – сказал Бой.

– Низкие твари! – проворчал Джеб. – Будь я на твоем месте, они не ушли бы отсюда без наказания.

Когда вечером дровосеки узнали о случившемся, они пришли в страшное негодование, зачем отпустили браконьеров. Они взяли доску, прибили ее к дереву и написали на ней, что пруд принадлежит Бою.

ПОСЛЕДНЯЯ ОХОТА СЕРОЙ РЫСИ

Самец, крупная серая рысь, шел впереди. Его подруга, почти такого же роста, как и он, но гораздо злее на вид, шла за ним, все более робея однако по мере приближения к жилищу человека. Измученная зимним голодом, она не утратила все же своей осторожности и плелась на значительном расстоянии от мужа. Рысь-самец, крадучись и припадая к земле, пробирался через поле к низким засыпанным снегом постройкам уединенной фермы.

Странное и зловещее животное канадская рысь. Она похожа на исполинскую кошку с жесткими волосами, с широкими и неуклюжими лапами ньюфаундлендского щенка и с необычайно развитыми, как у кролика, задними ногами и бедрами. Круглая морда ее окружена колючими бакенбардами. Вид у морды необыкновенно дикий и хищный. Бледно-желтые глаза, круглые и немигающие, светятся подо лбом, а на голове торчат уши с причудливыми пучками волос на концах. Цвет шерсти пепельно-серый, постепенно переходящий в буровато-желтый на спине и могучих боках. Хвост у рыси короткий, прямой, похожий на обрубок. В каждом ее движении проглядывает сила, грозящая смертью всякому противнику.

Целый месяц голодовки уже заставил однажды самца воспользоваться вечерними сумерками и направиться к человеческому жилью. Он заметил тогда во дворе двух коров. Но коровы были слишком велики, и он знал, что ему не справиться с ними. Зато овцы показались ему подходящей добычей. Но ледяной ветер, подувший вдруг со стороны дома, принес с собою страшный запах человека, и зверь бросился назад к своему логову.

Чудесный запах домашних животных и воспоминание о вкусном ягненке, которого он однажды сожрал в чаще леса, не переставали с тех пор терзать его аппетит. Подобно большинству хищников рысь-самец благодаря своему инстинкту или, быть может, по опыту знал, что люди не так страшны ночью, как днем. И потому, когда стемнело, он решил все-таки посетить ферму, но на этот раз вместе со своей кровожадной подругой.

В конце двора, озаренного ярким светом луны, стояло жилище поселенца, к которому примыкали два низких соединенных вместе хлева и сарай.

Длинные черные тени этих строений тянулись почти через все открытое пространство между фермой и лесом. Уже затвердевшая и обледенелая земля была прикрыта тонким слоем рыхлого, недавно выпавшего снега. Ветер сметал его к изгороди. Зверь, и сам похожий на тень, крался по этому полутемному месту, пока не добрался до первого хлева. Здесь он съежился, стараюсь казаться по возможности меньше, и, уткнув нос в трещину, потянул воздух. Потом он повернул голову и взглянул на свою подругу, присевшую в десяти шагах от него. Самка, поняв, что все благополучно, легко прыгнула вперед и снова уселась позади мужа. Из хлева, кроме теплого вкусного запаха шерсти, доносилось еще шуршание сухого сена, жевание и спокойное, довольное дыхание скота. Рысь поняла, что там овцы. Проницательным и нетерпеливым взглядом она внимательно осмотрела темную стену постройки. Здесь не было никакого входа. Крадучись, самец скользнул за угол. На краю двора, залитого лучами месяца, хищник остановился в нерешительности: здесь тоже не было входа. Тогда, осторожно держась в тени, он дошел до другого конца строений, но встретил ту же неудачу. Раздраженный, он стал действовать смелее, прилег еще плотнее к снегу и решил пробраться через освещенный двор к передней части хлева. Самка, необычайно недоверчивая и уже начинавшая сердиться, вообразила, должно быть, что супруг хочет ее одурачить, выглянула из-за угла и начала подозрительно за ним наблюдать. Зверь становился все свирепее. Он надеялся найти добычу во дворе, но убедился, что она была заперта внутри строения. Он подумал тогда, что ему удастся попасть в хлев тем же путем, каким и сами животные туда проникли: ведь раз туда могли войти такие глупые твари, как овцы, то он-то наверное туда попадет. Но на деле оказалось другое. Рысь ничего не знала о дверях, которые закрывались и открывались, и была поэтому чрезвычайно поражена. Она попятилась назад и взглянула на крышу: ну, конечно, овцы пробрались в хлев сверху. Но и там хищник не нашел никакого отверстия. Тогда он прокрался вдоль второго хлева, затем вдоль сарая, но все было плотно закрыто. Сбитый с толку зверь вернулся к подруге, которая поджидала его, злобно помахивая хвостом и потряхивая бакенбардами.

Но самец все еще не хотел признать себя побежденным. Крыша на сарае была ниже кровли над хлевами. Зверь сделал громадный прыжок, и в то же мгновенье его осыпала целая лавина снега, обвалившегося из-под его лап. Но это не помешало ему вцепиться изо всей силы в доски крыши и взобраться на нее, нарушив ночное безмолвие резким царапаньем своих когтей. Эти внезапные звуки напугали кур, сидевших на насесте под самой кровлей, и они подняли громкое и тревожное кудахтанье.

Рысь замерла неподвижно и стала прислушиваться. А ведь куры, пожалуй, так же вкусны, как и овцы, только бы пробраться к ним! Хищник свирепо рванул лапами по кровле, но она оказалась новой и крепкой, и он скоро убедился, что и тут он ничего не добьется. Разочарованный и обозленный зверь пробежал по крыше сарая и великолепным прыжком перескочил на хлев. Стук его когтей по доскам напугал коров, и они зафыркали. Тревожно заржали две лошади. С шумом распахнулось окно фермы. Самец быстро повернул к окну свою плоскую морду, увидел струю яркого пламени, услышал оглушительный треск. Что-то с громким и зловещим жужжанием пролетело над самой его головой. Свет луны был недостаточно ярок, и фермер промахнулся. Не надеясь попасть, он больше не стрелял, а хищник, перелетев одним прыжком через крышу, свалился на снег позади хлева. Он увидел убегавшую самку и, подгоняемый диким ужасом, помчался огромными скачками вслед за ней. Добежав до леса, он нашел ее там. Она стояла неподвижно, оглядываясь через плечо, и глаза ее сверкали злобным огнем. Что говорил этот взгляд, трудно сказать. По всей вероятности, рысиха была недовольна своим супругом, так как самец свернул, как бы случайно, в сторону и сделал вид, что он очень интересуется старым следом, который еще днем проложил кролик. Но долго заниматься таким безнадежным делом было неловко, и немного погодя он занялся поисками более свежих следов. Рысиха, несмотря на свой гнев и разочарование, следовала по пятам за своим супругом. В такое голодное время года они должны были дружелюбно охотиться вместе, несмотря на свой мрачный и недоверчивый нрав.

В лесу царила глубокая тишина. Казалось, даже воздух оледенел от страшного холода. Луна, сверкая на безоблачном небе, заливала землю каким-то мертвым светом. Смутные очертания рысей, скользивших по снегу, казались в сиянии зимнего месяца бесшумными призраками, головы которых поворачивались то в одну сторону, то в другую, а глаза горели злобным огнем.