– Кому тут укол, чтобы успокоился?
Обитатели палаты притихли нашкодившими детьми.
– То-то, удовлетворенно бросила в темноту и выключила пыльный светильник.
– Кто умер? – Антон с трудом разлепил спекшиеся губы.
– Ишь ты, очнулся. Как себя чувствуешь? – тощий мужичок в растянутом спортивном костюме участливо склонился над самым лицом.
Заскрипели соседние кровати.
– Может надо что?
– Пить, хочу пить…
– Это мы мигом, – у губ оказалось горлышко бутылки с минералкой.
Спасительная влага потекла в горло.
– Мужики, может, позовём кого?
– Кого ты позовёшь? Сегодня доктор Петров дежурит, наверняка уже пьяные сны в ординаторской досматривает.
– Он даже к Михалычу умирающему не подошёл.
– Да не спит он, у него роман с Катькой. В туалет ходил, а из ординаторской такие стоны!
– Хорош трепаться, к нам сюда не Катька со своими прелестями, к нам сейчас генеральша пожалует со шприцами.
– Ты как? – Лицо мужичка неожиданно вытянулось, подбородок изогнулся залихватским крючком.
– Нормально, – выдавил Антон.
– Ну и ладненько. Давайте, мужики, по койкам. Хватит на сегодня.
– А ты что, главный что ли?
– Гляди-ка, командует он. Я – человек свободный, что хочу, то и делаю. Бомжару не спросил.
– Почему бомжару? – Обиделся мужичок, – у меня квартира есть.
– Ага, коттедж двухуровневый из коробок на помойке, – хохотнул молодой голос.
– Да мне, пацаны, вообще впадлу с таким мусорщиком одним воздухом дышать.
– Заткнитесь, балалайки, спать мешаете, – грозный окрик от окна.
Антон чувствовал, как деревенеют веки, но стоило хоть на миг закрыть глаза, он погружался в какой-то водоворот. Мутило страшно. Какие-то шарики отскакивали от головы, бросая реплики:
– Забились, перетереть…
– Не, ну вижу телка и сама не против. Пришлось этому челу экспресс-пластику организовать, так, немного, чтобы отлип на вечерок.
Шарики перекатывались, обрастали багровыми лоскутами, обретая тяжесть, сливались в одно красно-черное нечто.
Сероватое утро в подпалинах двигающихся теней, металлический лязг, скрип каталок, нетерпимый запах хлорки.
– Просыпаемся, мальчики. Пьем таблетки, измеряем температурку, – молоденькая медсестра в кокетливо узкой блузке, подчеркивающей пышность форм, развозила градусники и стаканчики с лекарствами.