— Кхм-кхм… — она вновь попыталась что-то сказать, но стоило открыть рот, как из него донесся только странный треск, ни единого полноценного слога.
Стас мягко погладил ее по руке. Словно читая мысли старушки, он спросил:
— Хочешь спросить про Киру?
Старушка кивнула.
Стас указал на диван. Бабушка приподняла голову и увидела Киру, которая в это время все так же лежала на диване, провалившись в глубокий сон.
Ну, слава богу, она не ушла! Старушка облегченно выдохнула, но почти сразу к ней вернулось беспокойство. Она переживала, что из-за Ларисы Стас потеряет Киру.
— Кхм-кхм… — она хотела сказать ему, что Лариса может оказаться совсем не такой невинной, как он думает, и чтобы внук остерегался ее обмана. Но в данный момент не способна была выдать ни единого связного слова, а лицо от напряжения болезненно покраснело.
— Не волнуйся, — увещевал ее Стас. — Тебе не нужно так сильно беспокоиться. Я не позволю Кире уйти. Тебе сейчас нужно сохранять спокойствие.
Старушка крепко держала его за руку, надеясь, что он выполнит это свое обещание и не станет больше совершать ничего недостойного.
Утром в палату заходил врач, сказав, что в случае бабушки восстановление будет достаточно медленным, но сейчас ей нельзя торопиться и следует спокойно отдыхать. После операции ее текущие показатели в норме, так что нет причин для беспокойства. Достаточно будет, чтобы Стас присматривал за ней.
После того, как доктор покинул их, он достал купленный ранее завтрак:
— Проголодалась?
Бабушка кивнула.
Стас приподнял ее койку, подложив старушке под спину подушку так, чтобы удобно было опираться назад. Затем взял в руки тарелку и стал ложку за ложкой кормить ее.
После завтрака бабушка почувствовала, как ее поглощает усталость. После операции она была сильно истощена, поэтому Стас помог ей лечь обратно, успокаивая:
— Я буду рядом. Не беспокойся, поспи.
Тяжелые веки пожилой женщины вскоре опустились. Даже не кивнув, она почти сразу провалилась в сон.
Кира все еще дремала. Стас попросил медсестру присмотреть за ними, для того чтобы сгонять домой и сменить одежду. От него все еще слегка несло алкоголем, а одежда уже не годилась для повседневной носки и требовало стирки. Да и сам он чувствовал запашок от себя.
Видя, что Кира пока явно не собиралась просыпаться, он решил по-быстрому съездить домой. Все равно много времени у него это не займет.
А в то же время Дмитрий утром не стал участвовать в завтраке. Вчерашние пельмени все еще напоминали о себе, испортив ему всю ночь.
Светлана, заметив, что муж приоделся, стояла, прислонившись к двери и смотря на него:
— Куда-то собираешься?
В компании сейчас у всех каникулы, так что вряд ли он там кому-то нужен. Поэтому она думала, что он переоденется в домашнюю одежду и останется дома отдыхать. В кои-то веки можно было расслабиться.
Но Дмитрий сейчас стоял перед зеркалом и продолжал одеваться. Тонкие черты лица его оставались столь же безукоризненно четкими, с оттенком безмятежности, но руки, занятые пуговицами, вдруг остановились. Он медленно поднял глаза и посмотрел через зеркало на Светлану, стоявшую у двери:
— Скоро узнаешь. Хочу познакомить тебя кое с кем.
Светлана резко выпрямилась:
— С кем? — но в душу уже закралось смутное сомнение.
Родственники Дмитрия по матери, — Ласманы. Хотя Анфиса Никоновна уже давно ушла из жизни, а Илья Никитич повторно женился, сейчас все-таки надо встретиться с родственниками.
— Вот придем туда и узнаешь, — он с улыбкой повернулся к жене. — Ты что волнуешься?
Светлана притворилась спокойной: