— Нравится! — в один голос ответили дети.
Дедушка многозначно погладил внучку по волосам.
— «Что имеет не храним, потерявши — плачем».
Маша конечно же не поняла, о чем речь, и просто невинно продолжала хлопать глазами.
— В прошлый раз, когда мы встречались с бабушкой, дедушка подарил нам подарок.
Дмитрий поднял глаза и прищурился. Когда? Света с Елизаветой встречались, даже с детьми?
Светлана посмотрела на дочку, но ничего не сказала. В конце концов, Маша еще совсем кроха. Что на уме, то и на языке. Зная Димину проницательность, можно быть уверенной, что он уже обо всем догадался.
Но Елизавета Родионовна занервничала. Она беспокоилась, как бы это не сказалось на отношениях Светы с Димой. Она слегка пихнула Свету.
— Я уже почти долепила. Иди отдохни. Скоро будет готово.
Уловив намек, она посмотрела на Дмитрия.
— Мы вместе закончим.
Елизавета Родионовна вздохнула. Похоже, она снова всех расстроила.
Маша же, ни о чем не подозревая, с аппетитом уплетала пельмени.
— Мне нужна еще сметана.
— Вот ведь маленькая обжорка, — Илья Никитич, улыбнувшись, щелкнул девочку по носу и взял пельмень.
— Макну его в сметану для тебя.
Маша засияла.
Все поели, и Дмитрий тихо удалился в комнату. Елизавета Родионовна забрала у Светланы тесто для очередных пельменей.
— Иди поговори с ним.
Светлана сжала губы.
— У него сейчас не самое лучшее настроение для разговоров.
И нет лекарств, которые бы могли вылечить подобное.
На самом деле, она понимала чувства Димы. Со смерти матери и месяца не прошло, а отец приводит в дом новую невесту. Не знай она всей истории, то на его месте тоже бы не смогла смириться.
— Пойду посмотрю, — она вымыла руки, сняла фартук и поднялась по лестнице.
К их приезду Елизавета прибралась в комнатах на втором этаже. Она с Ильей Никитичем обосновались на первом.
Дмитрий стоял у открытого окна, заложив руки за спину. Снаружи дул ледяной ветер. Светлана быстрым шагом пересекла комнату и закрыла окно.
— Не замерз?
— На душе паршиво.
Дмитрий не двигался. А как иначе, если любимый человек не разделяет его чувств?
— Злишься? — спросила она спустя несколько секунд молчания.