— Время завершить цикл.
— Не понимаю.
— Тсукиёми пробудился, — сказала она. — Ты увидела истинную сущность Юу Томохиро, тьму в его сердце, которую он так долго скрывал. Пора тебе предать его, как я когда-то предала Тсукиёми.
Слова пугали меня.
— Я уже говорила, что ни за что не предам его.
Она печально склонила голову.
— У тебя нет выбора. Если ты этого не сделаешь, он уничтожит мир. Ты должна спасти мир, как это сделала я.
В горле пересохло, я побледнела.
— Вы просите вырезать из Томо дух Тсукиёми? Но он выживет.
Она опустила голову.
— Наследник Сусаноо говорил правду. Живым он слишком опасен. Ненависть Тсукиёми сильна. Если ты не убьешь его, Диана, Юки, Танака, твой отец… весь мир пострадает.
Этого нельзя допустить.
— Но… вы говорили, что есть другой путь. Что если он признает правду о себе, его можно будет спасти.
Ее лицо застыло, она скрестила руки на животе.
— Иначе вы бы не стали искать сокровища.
Предательство было болезненным.
— Вы… соврали мне. Вы соврали, чтобы все пришло к этому!
— Я пойду на все, чтобы спасти мир, — сказала она. — Даже предать любимого. Покажи мне силу своей любви.
Остров таял, я вернулась на поляну. Ишикава лежал на земле, его руки и лицо были покрыты кровью, чернилами и следами борьбы.
Джун смотрел на небо с ужасом на лице.
Я посмотрела на Томо. Его рот был раскрыт, он кричал от боли, чернила разрушали его. Они стекали из уголков его рта, скользили по рукам. Они капали с его крыльев и рогов, становились его одеянием, что постоянно стекало, как водопад. Они выдавливали из него жизнь, он тонул.
Я прижала ладонь ко рту в ужасе. Вес Кусанаги тянул руку.
«Он страдает, — прошептал голос Аматэрасу. — Положи конец его страданиям».
Крылья Томо исчезли, и он опустился на землю, ленты чернил закручивались вокруг него в ураган. Его руки и ноги вытянулись в этой буре, он корчился от боли. Чернила разрывали его на части.
— Он не переживет пробуждение Тсукиёми, — кричал Джун громче ветра. — Ты должна его остановить!
Я? Но… в чернилах в кошмаре был Джун. Сусаноо убил Тсукиёми, разве нет?
«Нет, — прошептала Аматэрасу. — Это была я. Это был поступок во имя любви, чтобы положить конец его страданиям. У тебя нет выбора, дитя. Такахаши не удержит меч».
— Нет, — сказала я, вкладывая меч в руки Джуна. — Ты можешь это сделать, да? Вырезать ками из человека?
— Не могу, — прокричал Джун. Он забрал у меня меч и приблизился к Томо. Ослепительная волна света ударила по нему, Кусанаги рухнул на землю. Сила удара отбросила Джуна со стоном на спину. — Только наследник Аматэрасу может завершить цикл предательства, — выдохнул он. — Ты — ближе всех к нему.
Я подняла меч, глядя на радужный блеск на остром краю лезвия. Ложь привела меня сюда, отдала мне ужасный приказ. И это все, что нам осталось?