– Методы? – Данила не сразу понял, о чём речь.
– Да, изучали вашу работу, ваши связи. Искали источники информации и пытались понять, как именно вам удается вычислять потенциальных жертв. Мы даже приставили к вам своего человека для более детального изучения вашего психологического портрета.
– Своего человека? – Данила начал запутываться. – Кого, Воронова, что ли?
– Нет, к сожалению, гражданин Воронов не является нашим сотрудником. Более того, нам пришлось проанализировать немало информации, чтобы понять, что он не состоит в сговоре с вышеупомянутым капитаном Сидоровым.
– Тогда о ком речь?
– Шесть месяцев назад на место вашей работы был внедрен наш сотрудник, Шемякин Николай Степанович. Знаете такого?
– Дядя Коля? – изумился Данила.
– Он самый, – подмигнул Даниле полковник. – Мы от него много информации о тебе получили. Сотрудник он опытный, и всё нам про тебя поведал. Кстати, именно ему вы все и обязаны жизнью.
Слово «все» приятно отозвалось в сознании Данилы. Значит, Света тоже жива… Улыбка невольно тронула его лицо.
– В смысле, обязаны жизнью?
– Когда вы пропали из виду, именно его группа вышла и на товарища Воронова, и на капитана Сидорова, и на всю его шайку-лейку. В нашем распоряжении оказались все ваши данные, включая мобильные телефоны и средства передвижения.
– Но у меня с собой телефона не было, – возразил Данила.
– Вашего не было, а вот телефон капитана Сидорова, переданный вам в метро вашим другом Сергеем, оставался с вами до самого конца. Именно благодаря ему мы были в курсе всего, что происходило на той платформе, где вы чуть было под поезд не угодили. Единственное, чего мы не знали, это где находится, так сказать, штаб-квартира всей этой крысиной организации. Главаря мы, кстати, уже прижали к стенке. Почти всех повязали, так что вам больше ничто не угрожает.
– Всех? И Сидорова?
Воронов кашлянул и тихо произнес:
– Убили Володьку. Жаль дурака.
– Убили?
– Да, – подтвердил полковник Голицын, – перестарались мои архаровцы. Хотя, если бы не их действия, то он, скорее всего, успел бы вас убрать. Снайпер снял его в самый последний момент, когда он уже взвел курок, чтобы вас, так сказать…
– Так вот почему он выстрелил мне не в голову, а в спину… – в пустоту пробормотал Данила.
– Он просто был ослеплен свето-шумовой гранатой и начал палить куда попало, вот нам и пришлось его ликвидировать. Ваше же ранение, к счастью, оказалось не смертельным. Но зато в наши руки попались почти все остальные члены банды.
– Что значит «почти»?
– Эмм, главарю скрыться так и не удалось, он уже вовсю показания дает. Также были задержаны практически без сопротивления семеро его охранников. Изъято несколько единиц огнестрельного оружия и, самое главное, вся их подпольная бухгалтерия ‒ имена инвесторов и списки жертв. Кстати, если бы не вы, эти списки были бы куда масштабнее, скажу я вам.
– Кому же удалось уйти? – не понял Щеглов.
– Вот тут мне, конечно, за сотрудников стыдно немного, – покаялся полковник. – После штурма усадьбы и короткой перестрелки была зачистка, в ходе которой и были задержаны все члены группировки. Среди них в доме оказалась пожилая пара, муж с женой. Как они представились ‒ клиенты фирмы, подписавшие договор пожизненной ренты. Стариков трогать не стали, только препроводили их в служебный ПАЗик, что называется, до выяснения. Ну, пока суть да дело, эти гаврики наш автобус взяли и умыкнули. Бросили на ближайшей железнодорожной станции и скрылись в неизвестном направлении.
– Знаю я их, – сказал Воронов. – Братья-близнецы, работали на главаря. Хитрые черти, любят маскарад. Переодевались постоянно, когда я сам за Щегловым следил.
– Ну, ничего, – ответил полковник, – далеко не уйдут. Личности мы выясним да в розыск их объявим.
Данила слегка отвел взгляд в сторону и тихо спросил:
– А что со Светой?
Воронов помрачнел и отошел к окну. Полковник Голицын ответил за него.
– Горина Светлана Владимировна сейчас тоже под следствием находится. Всю вину она взяла на себя, но следствием уже установлена и вина профессора Филюшкина. Его совесть запятнана куда сильнее. К слову, она сделала это, когда узнала о его состоянии здоровья. Уже в изоляторе у профессора случился обширный инсульт, и он в данный момент находится в реанимации. Прогноз неутешительный, в ближайшее время ему вряд ли придется отвечать за свои действия.