— Первое. Вы сейчас сидите в моём кресле в моей комнате, сэр. Даже если замок принадлежит вам, эта конкретная комната моя. Собираетесь курить — открывайте окно. Второе. Озвучьте цель вашего визита, или я попрошу вас покинуть комнату.
Лорд Эшфорд выдохнул дым, с интересом оглядывая меня с ног до головы. Таким пристальным вниманием он не удостоил меня в первые секунды нашего знакомства. Потом он наклонился в кресле, дотянулся до стола и раздавил сигарету в пепельнице. Закинул ногу на ногу и сцепил пальцы рук перед собой.
— Вы любопытный экземпляр. Жаль, нам отведено мало времени… Скажем так, цель моего визита — получить ответы на вопросы. Знаете, когда увлечённому коллекционеру вдруг попадается уникальная монета, совершенно уникальная… Ему ведь любопытно узнать, где этот предмет был создан, кому принадлежал? Вам было бы интересно?
— Вряд ли.
— Стало быть, вы не сумеете меня понять. Тем не менее, я бы предложил вам сыграть три партии в покер. Каждый извлечёт свои выгоды.
— И какие же?
— Выигравший имеет право задать любой вопрос проигравшему. Проигравший не имеет права солгать или отмолчаться. Существует одно ограничение: вопрос должен быть сформулирован так, чтобы ответ на него предполагал только утверждение или отрицание. Только «да» или «нет». Вы согласны?
— Согласен. Но каким образом я узнаю, что вы не солжёте или не станете играть краплёной колодой?
— Положите амулет на стол.
— Какой амулет?
— Ради всего святого, прекратите валять дурака. Вы же не думаете, что я вот так запросто заберу его и уйду? Если бы я мог это сделать, то так и поступил бы в Акасаке. Но у меня, как и у любого другого, нет шансов. Кладите.
Я достал рубин из кармана и положил в центр стола.
Дыхание лорда Эшфорда вдруг участилось, глаза широко распахнулись, и в них мелькнуло жадное выражение. Он потянулся к камню, и прежде чем я успел его остановить, коснулся кристалла. Мужчина задумчиво поглаживал амулет, словно перед ним было живое существо, способное чувствовать прикосновения. Потом он внезапно стиснул рубин в кулаке так, что костяшки пальцев заострились, едва не прорвав тончайший шёлк перчатки, затем положил талисман на место и откинулся на спинку кресла. Я не мог видеть выражения его лица, но интуитивно чувствовал, что ничего хорошего на нём сейчас прочесть мне бы не удалось.
«Тацуми говорил, что к амулету, кроме меня, никто и пальцем прикоснуться не сможет. Возможно, я неверно понял его? Неужели он говорил только о тех, кто вынашивает намерение выкрасть камень? Однако всё равно странно, что от прикосновения к рубину с лордом Эшфордом не случилось никакой неприятности. Это первый смертный, исключая меня, посмевший тронуть рубин… Интересно, почему вдруг мою душу посетило практически непреодолимое желание сломать этому аристократу челюсть?»
— Если я солгу, камень потемнеет, — заговорил лорд Артур. — Смотрите. Я питаю к вам исключительно дружеские чувства.
Рубин неожиданно наполнился изнутри густым чёрным дымом, но через мгновение дым рассеялся, и камень снова стал прозрачным.
— Вы пришли в этот замок по доброй воле.
Снова та же реакция.
— А теперь наблюдайте, что случится, если сказать правду. Вы — хозяин амулета.
Кристалл не изменил цвета.
— Убедились? Или мне необходимо сказать ещё парочку заведомо лживых фраз, чтобы вы поняли, как именно рубин реагирует на ложь, адресованную вам?
— Очень жаль, что я не узнал о возможности амулета распознавать ложь и правду немного раньше.
— Против Демонического Ока это бы всё равно не сработало. Кстати, если я начну играть краплёной колодой, амулет тоже потемнеет. Теперь вы согласны?
— Но что получите вы? — я уселся в кресло напротив.
— Не беспокойтесь, мой выигрыш никуда от меня не уйдёт. А это — страховка, чтобы я со своей стороны был уверен в вашей правдивости.
Снизу раздался шорох. Я взглянул на пол и замер. Вокруг моей ноги от щиколотки до колена медленно обвивалась огромная змея с серебристой чешуёй и чёрным языком. Мулга, «Коричневый Король», как её называют австралийцы. Самая ядовитая змея в мире после тайпана. Удобно устроив тяжёлую голову на моём бедре, она перестала шевелиться, внимательно сосредоточив на мне гипнотизирующий взор тёмных глаз.
— Офидофобией не страдаете? — заботливо поинтересовался лорд Эшфорд. — А то я могу вызвать другое существо, менее неприятное для вас.
— Да нет, со змеями обычно всегда находил общий язык. Благодарю за беспокойство.
Лорд Эшфорд небрежно кивнул.
— Тогда начнём. Техасский холдем, омаха, стад-покер?