— Тогда я заеду за вами около десяти вечера. Отдыхайте. Вам нужно немного прийти в себя.
Когда я уже собрался уходить, она вдруг спросила:
— Скажите, если бы вы попали в ситуацию, не имеющую решения, более того, никто из окружающих вам был бы не в силах помочь, как бы вы поступили?
Ответ пришёл в голову почти мгновенно.
— Я бы подождал, какую карту подкинет мне судьба, и с неё сделал бы следующий ход.
Она тепло улыбнулась.
— Мудрое решение. Так я и поступлю.
Комментарий к Глава 7. Расщепление *“Прости, Кадзу-кун. Я никогда не забуду тебя. Я никогда не прощу тебя. Я никому не позволю прикоснуться к тебе. Прости. Я вынуждена поглотить твою душу”.
**“Спи. Ты устал. Забудь о моём присутствии”.
====== Глава 8. Потерянные души ======
Ватари появился неделю спустя после отправленного ему сообщения.
Его номер телефона я знал с того самого дня, как мы с ним столкнулись нос к носу в октябре девяносто второго года в магазине мужской одежды, по другую сторону витрины которого стоял другой точно такой же «я». Помню, Ватари тогда едва не хватил удар, несмотря на то, что для синигами это в принципе невозможно. Хорошо, что Тацуми меня не заметил. Неизвестно, к каким последствиям это привело бы.
Потом была откровенная беседа в ночном кафе, в течение которой Ютака периодически хватался то за голову, то за сердце, а на следующий день он обещал во всём помогать мне и дал тот самый номер мобильного.
«Телефон я буду держать постоянно при себе, ибо он куплен специально для связи с тобой, — сказал Ватари. — Смело отправляй на него любые сообщения, особенно когда произойдёт что-то из ряда вон выходящее».
Моя встреча в Гинзе с Мураки как раз подпадала под это определение. В тексте SMS я кратко передал Ватари суть нашего с доктором разговора и стал ждать.
Через полчаса получил ответ: «Понял. Скоро буду». Но, судя по всему, Ютаке не удалось выбраться сюда ни перед Рождеством, ни вскоре после него.
«Я всё ещё опасаюсь того, что может случиться, если остальные узнают о тебе, особенно здешний Тацуми-сан, — говорил Ватари. — Вероятно, это вызовет панику. Или межвременной парадокс. К тому же, мне совсем не хочется отвечать за последствия действий моего двойника из будущего перед шефом Коноэ. Короче, маскируйся тщательнее. Никто не должен догадаться о твоём присутствии в этой реальности!» — проинструктировал меня он.
Я маскировался пять лет. А толку? Мураки в итоге пришлось рассказать правду. Моё инкогнито постепенно начинало раскрываться. А теперь обо мне узнал и ещё один человек…
Нет, лучше пока о нём не думать, а то опять мыслительные способности откажут. После позавчерашнего происшествия я чувствовал себя безнадёжно выпавшим из реальности. Обычный крепкий кофе не помогал взбодриться, а напиваться, как тогда в Кванджу, я не собирался, поэтому, чтобы успокоиться, затеял генеральную уборку. Говорят, это помогает упорядочить мысли.
Стоило только приступить к этому занятию, как через пятнадцать минут в мою комнату телепортировался Ватари. Ничего не объясняя, он демонстративно установил на столе в гостиной новенький ноутбук и гордо произнёс:
— Взгляни, какую великолепную штуковину я приволок! «Селерон» на основе второго «Пентиума». Недавно в продаже появился!
Вполне в его духе: свалиться без предупреждения с каким-нибудь своим бесценным приобретением или изобретением, как снег на голову.
— Даже не буду интересоваться, откуда взял, — ответил я, не отрываясь от важного процесса чистки ковра при помощи пылесоса, купленного год назад на распродаже в Тиба.
— Откуда! Ты… То есть, Тацуми расщедрился вдруг и выписал из одной фирмы, с которой у нас давняя договорённость по поставкам техники. Правда, они не знают, что их заказчик — мир Богов Смерти. Что-то случилось с нашим ответственным секретарём, не иначе, — добавил Ватари с ехидцей. — Должно, заболел. Обычно у него денег на что-либо выпросить — целая история… Слушай, прекращай свои страдания с этой рухлядью. Я тебе новый подарю. Мне вчера премию выписали. Давай, садись и выкладывай свои новости, — Ватари плюхнулся на диван и кивнул мне на место рядом с собой.
Я вздохнул, щёлкнул кнопкой на корпусе пылесоса. Гул в комнате стих.
— На кухне есть лазанья и спагетти, — признался я. — В холодильнике — бифштекс, овощи, молоко и пирожные. Короче, выбирай, что понравится. Всё равно мне одному столько не съесть.
— Гостей, что ль, ждал?
— Вроде того. Но они не придут.
— Тогда тащи лазанью. Можно не разогревать.
Однако я всё же разогрел её и принёс, порезав на ломтики и снабдив Ватари вилкой. Он подцепил с тарелки первый кусок, положил в рот и начал с аппетитом жевать: