— Эй, — кончиками пальцев она невесомо провела по моей щеке. — Что с тобой?
— Хисока ушёл.
Это всё, что я смог сказать.
— Не страшно, — Лилиан не выглядела расстроенной, скорее, наоборот. — Даже к лучшему, мне кажется.
— Он снова вляпается в историю, а защищать будет некому.
— У него есть Фудзивара-сан. Никто ему не запрещает, если начнутся серьёзные трудности, уехать в Осаку.
— Ты знаешь, где он сейчас? — я с надеждой поднял на неё глаза.
Она недовольно поморщилась. Было видно, что моя просьба ей неприятна. Однако она сосредоточилась и спросила у Ока о местонахождении Хисоки.
— Он снял себе капсулу в «Миллениалс Шибуйя». Забавно, что гостиница находится неподалёку от статуи Хатико… Долго там, конечно, не проживёшь. Я бы уже через пять минут начала страдать клаустрофобией. Однако некоторые ухитряются так жить неделями. Сейчас он сидит там с развёрнутой газетой объявлений и ищет подходящее жильё.
— Я иду к нему! — ноги сами подбросили меня с дивана.
— Стой! — она схватила меня за руку. — Оставь его. Дай ему время успокоиться. И даже если он решит не возвращаться, у него есть такое право. Он справится сам.
Верно. Хисока достаточно взрослый, чтобы самостоятельно решать, где ему жить. И если он обходился без меня достаточно долгое время, то и дальше справится. Но на душе было тревожно. Я не мог ничего с собой поделать.
— Скажи, — заинтересовалась моей реакцией Лилиан, — ты просто волнуешься за его безопасность или есть что-то ещё, чего я не знаю?
Спросит ли она у Ока, если я промолчу? Наверняка спросит.
— Он видел меня вместе с Асато, когда мы прощались возле дверей и… В общем, наговорил мне кучу всего и убежал.
— Мальчик против однополых отношений?
— У него… появились чувства ко мне. Я не ожидал, что это случится.
Лилиан криво усмехнулась.
— Да ты ловелас, Сейитиро. Соблазнил меня, потом Асато, а теперь ещё и мальчишку? — было непонятно, всерьёз она это говорит или шутит. — Тебе скоро придётся составлять список разбитых сердец.
— Я не хотел ничего такого!
Она с силой сжала мою руку.
— Я знаю. Насчёт меня не переживай. Я со своими чувствами справилась давно. Главное, не заставь страдать Асато, для меня это важнее. А Хисока… Он молод. Поверь, он влюбится ещё тысячу раз, прежде чем найдёт своего единственного.
Я кивнул. Однако мне не хотелось признаваться в том, что где-то глубоко в сердце я осознавал: Хисока вовсе не такой, каким его считает Лилиан. Влюбиться снова и опять всецело довериться кому-то для него теперь будет очень непросто.
Сентябрь прошёл, словно в сумрачном сне. Я ходил на работу, готовил одну и ту же еду, пил один и тот же чай, время от времени общался с Лилиан, Ватари и Цузуки.
Новостей не было. Ничего не происходило. События застыли в вязком сиропе бессмысленности. Цузуки и Ютака пытались меня расшевелить, не понимая, что со мной происходит. Я молчал, не желая признаваться больше никому. Правда, Цузуки, кажется, что-то заподозрил.
— У тебя в сердце появилась звезда! — удивлённо воскликнул он однажды, когда мы вместе отправились посидеть в кафе и съесть по куску яблочного пирога. — Раньше я видел свои чувства, как костёр, ветер, облако или волны, как цветущие сакуры или ручьи с чистой водой, а теперь вместо всего этого сияет крупная звезда, а лучи у неё — хрустально-голубые! Интересно, что это за вид эмоций такой? Что ты чувствуешь, Сейитиро?
Я едва не поперхнулся пирогом, но сдержался. Самому мне вовсе не казалось, что со мной происходит что-то необычное.
— Да! — продолжал восхищённо тараторить Цузуки. — Точно звезда! Красивая-то какая… Ни у кого ещё такую не видел, — глаза моего бывшего напарника засветились восторгом. — Наверное, она ощущается очень круто! Ты счастлив?
— Не сказал бы.
Цузуки сочувственно смотрел на меня.