Я сидел, тщетно пытаясь совладать с дрожью в теле.
— Я знаю, Сейитиро-кун, ты был там и спас многих. Не представляешь, как мы с Асато-кун тебе благодарны за то, что ты позволил хоть некоторым жертвам выбраться! Мой хранитель всего лишь успел разбросать по одному из верхних этажей несколько защитных офуда, прежде чем Око окончательно поглотило его сознание. Я не могла сопротивляться своему двойнику, а Асато-кун мне… Мы были виновны в одном и том же преступлении. Однако — злая насмешка! — именно массовые смерти в торговом центре позволили мне договориться с Оком и даровать брату некое подобие свободы. На один день в месяц он получал физическое тело и способность не подчиняться амулету. Разумеется, если только моим сознанием не овладеет вторая Лилиан. После того пожара я металась, не зная, как поступить дальше. Я не могла бросить амулет, равно как и оставить его при себе, ибо через него на меня постоянно влияла чья-то «злая воля», как я тогда называла её. До определённого момента я действительно не понимала, кто именно заставляет меня совершать такие ужасные поступки. Кроме того, из моей памяти выпал огромный фрагмент. В отчаянии я обратилась к Мураки-сан и попросила применить ко мне гипноз. Я надеялась вернуть утраченные воспоминания о пропавших годах жизни и понять, как бороться с силами, воздействующими на меня. Во время гипноза я начала смутно догадываться, что незримо присутствовавшая в моей жизни девушка, называвшая себя то моей подругой, то сестрой, то «Ририкой-тян» и есть та сама «злая воля», заставляющая Асато-кун сжигать людей и периодически влияющая на моё собственное сознание. Правда, конечно, я всё ещё не догадывалась, кто эта женщина на самом деле… Под гипнозом я также увидела тот миг, когда ударила тебя кинжалом, но твоего лица мне вспомнить не удалось. К тому времени моя «сестра» вышла из-за кулис на сцену и начала требовать, чтобы я заманила в ловушку Мураки-сан, угрожая, что в противном случае отнимет у меня моего хранителя. Она впервые призналась, что у неё есть похожий амулет и свой дух-хранитель, но он намного сильнее Асато-кун и легко победит его в случае необходимости. И тогда душа моего брата также будет принадлежать ей, а она, в отличие от меня, не собирается щадить его. Асато будет постоянно убивать ради увеличения силы её амулета. Я не знала, правду она говорит или блефует, но всё же попыталась на некоторое время спрятать Око в сейфе и не носить при себе. Другая Лилиан перехитрила меня. В ту ночь, когда я отправилась ужинать в ресторан с Мураки-сан, она прислала через администратора записку, где было сказано, что в соседнем зале меня ждёт «личный охранник сестры». Я спешно отправилась туда. Впервые я увидела духа-хранителя второй Лилиан. Он был точной копией Мураки-сан. Я спросила его, почему они так похожи, но тот, другой ответил, что это просто генетическая ошибка. Разумеется, я ему не поверила. Он передал мне оставленный в сейфе отеля амулет и потребовал, чтобы я отныне всегда держала его под рукой. Я прекрасно понимала, чем мне это грозит в будущем, пыталась воззвать к чувствам этого мужчины, но всё было бесполезно.
— Неудивительно, — пробормотал я. — У этого садиста нет чувств.
— И всё же на мгновение, когда он заговорил о наказании за предательство и посоветовал мне не повторять его ошибок, мне показалось, что …
— Не обольщайся, — перебил я её. — Нам всем предстоит столкнуться с этим маньяком в день Апокалипсиса. Надеюсь, он не сумеет повлиять и на тебя. Довольно и того, что он, вне сомнений, попытается воззвать к чувствам Асато! И весьма вероятно, ему это удастся. Будь кто другой на месте духа-хранителя второй Лилиан, я бы не опасался, но Мураки… Наихудший вариант. Нам всем надо быть начеку.
— Для этого есть особые причины? — насторожилась Лилиан.
И я со вздохом заговорил, тщательно подбирая слова.
— Мы никогда ранее не касались этой темы, и я не хотел говорить об этом, но придётся… В моём мире Цузуки испытывал сильные чувства к Мураки. Какие — лучше не спрашивай! Со стороны трудно судить. Впрочем, многое было очевидно, хотя Цузуки свой внутренний мир ни с кем и никогда не обсуждал. Я предпочитаю не думать о том, что сейчас происходит в Сибуйя между здешней улучшенной версией доктора и Асато… Он не ребёнок, ему самому решать, как распоряжаться своей жизнью! Однако даже если между ним и этим Мураки всё сложится удачно, безумный маньяк, которого пытался спасти Цузуки до того, как изменил судьбу его двойника, никуда не пропадёт. Хорошо зная Асато, я уверен, что в глубине души он по-прежнему надеется «исцелить» Мураки из нашего мира, и это благородное намерение делает его крайне уязвимым перед уловками доктора. Прости, я весьма косноязычен, когда волнуюсь, а сейчас я совершенно не в себе! Надеюсь, мне удалось донести основную мысль?
— Выходит, двойник моего брата до сих пор влюблён в лорда Артура Эшфорда? В другого Мураки? — задумчиво спросила Лилиан.
— Любовь — сильно сказано. Я бы назвал это болезненной одержимостью вкупе с ненавистью и чувством вины за каждую из его жертв. Но я сторонний наблюдатель и заинтересованное лицо к тому же. Возможно, сужу поверхностно.
— Асато бросился ради него в прошлое, — покачала головой Лилиан. — Это о многом говорит.
— Отнюдь не ради доктора. В 1999 году нашего мира напарник Цузуки, находившийся под влиянием проклятия Мураки, впал в кому. Асато пытался спасти Хисоку, ради этого и воспользовался машиной времени.
— Речь о Куросаки-сан? — уточнила Лилиан.
— Именно.
— Как вижу, всё действительно непросто. Меня бы нисколько не огорчали и не настораживали близкие отношения между Асато-кун и Мураки-сан, если бы не наглядная картина того, во что потенциально может превратиться этот доктор. Однако, — она призадумалась, — если вспомнить выходки моего двойника, я и сама не менее опасна, чем лорд Артур.
— Не могу отрицать очевидного, — подтвердил я. — Твой двойник — настоящий демон во плоти. Надеюсь, ты никогда не станешь подобной ей.
— Я этого боюсь больше смерти, Сейитиро! Ты не представляешь, как горько я сожалела, что некогда из любопытства и чувства одиночества начала отвечать ей! Мне следовало не верить, не поддаваться. Я могла оборвать нашу ментальную связь, пока она ещё не окрепла. Но откуда мне было знать, чем всё обернётся? Со мной в детстве никто не хотел дружить. Другие дети меня боялись. Общение с Ририкой-тян и отцом стало моей единственной отдушиной. Поначалу другая Лилиан была так добра, что я про себя называла её «сказочной феей». Она знала все мои потаённые надежды, мечты, помогала справиться со страхами, утешала, давала советы. Она заменила мне мать и старшую сестру, но с годами «фея» превратилась в беспощадного демона, охотящегося за нашими с Асато-кун душами…
— И как скоро превратилась?
— Довольно быстро. Только я чересчур долго обманывала себя: списывала происходящее на волю Ока, на сторонние демонические силы, на что угодно. Потом поняла, но было поздно. В новогоднюю ночь, когда лорд Эшфорд пришёл ко мне в качестве посланника, я клялась, что не поддамся больше её влиянию! Но как только Око оказалось при мне, я опять ощутила, как медленно, но верно прогибаюсь под давлением чужой воли. Я заманила Мураки-сан вглубь парка Дзодзёдзи, начертила на земле магический круг и отправила доктора в Замок Тьмы Несотворённой… Я тогда ничего не знала о другом Цузуки и амулете синигами, но, боюсь, даже если бы и знала, это мало что изменило бы. Я не сумела бы сопротивляться и сотворила то же самое. А потом я встретила тебя в том же парке, в ту же ночь. Помнишь?
— Такое забыть трудно.
— Я потратила очень много энергии на создание магического круга, а Саргатанас решил воспользоваться моей кратковременной слабостью. Он намеревался сразиться с моим духом-хранителем и заполучить амулет, не понимая одного: не в его силах победить Асато-кун! Я просто не хотела использовать силу хранителя, чтобы не заставлять моего брата в очередной раз убивать. Но ты вмешался, и мне пришлось вызвать Асато. Как же я злилась на тебя! Я бы с удовольствием стёрла твою память, однако вспомнила про Тени, которые ты применил в схватке с Саргатанасом, и у меня возникла идея о защите своего сознания с их помощью. Если бы я стала Повелителем Теней, то сумела бы закрывать себя в нужные моменты от влияния Ока. Я выяснила, где ты живёшь, подслушала твой разговор с Ютакой-кун и поняла, что у меня есть шанс! Куросаки-сан был тебе небезразличен. Ради его спасения ты вполне мог согласиться обучать меня. Согласна, условия, выставленные тебе, смахивали на шантаж, но я не видела иного выхода. Да, некоторое время я относилась к тебе довольно цинично, но во время расследования в Камакуре мы начали тесно общаться, и прежние забытые чувства… Впрочем, — перебила она саму себя, — всё давно в прошлом.
— О каких чувствах ты сейчас сказала? — заинтересовался я.
— Не имеет значения!
— Почему ты так реагируешь на простой вопрос? — искренне изумился я. — Например, я легко могу сказать, что испытываю к тебе, и мне нет необходимости лгать или уходить от ответа.
В её глазах вспыхнуло живое любопытство.
— И что же ты чувствуешь? — не совладала она с желанием выяснить правду.
— Тепло, нежность, желание защитить. Ничего не изменилось после того, как я вспомнил прошлое. Я по-прежнему считаю себя частью твоей семьи, и я тебе доверяю, несмотря на твою «ментальную связь» с двойником. Теперь твоя очередь.
Щёки её подозрительно заалели.
— Из всех мужчин в моей жизни ты был и остаёшься единственным, кроме Асато-кун, ради кого я готова пойти на ложь, предательство, даже на смерть. Но я прекрасно осознаю, что Джорджа Эшфорда не вернуть, как бы сильно мне этого ни хотелось. Надеюсь, мы больше не будем возвращаться к этой теме? Она причиняет мне боль.
Я стоял, замерев, и ясно осознавал, что любые слова сейчас будут лишними. Я не сумею выразить то, что хочу. Тем не менее, произнёс: