Чем я отличаюсь от леди Эшфорд? Мне ли осуждать её? Я позволил себе погрязнуть во тьме. Где-то оступилась и она, начав ненавидеть весь род людской.
Нет, нельзя сдаваться! Я должен найти выход раньше, чем наступит август девяносто девятого. Я поговорю с Эшфорд-сан, заставлю её вспомнить о человеческих чувствах. Она ведь некогда была в точности такой, как её двойник, а, значит, может снова стать прежней!
Мои размышления прервала Ририка, попросив отправиться следом за ней, чтобы увидеться с важным для нас человеком. Я согласился, втайне надеясь встретить душу отца, но ошибся. На два поколения.
Мы очутились в саду вечноцветущих сакур, и я удивлённо охнул:
— Это Мэйфу?
— Да, — Лилиан коснулась Ока, и аметист ярко вспыхнул, осветив ближайшую аллею.
— Сейчас тут весь Сёкан соберётся, — предупредил я. — Слетятся, как мотыльки, на проявление чужеродной магии.
— Не беспокойся. Придёт лишь тот, кто нам нужен.
— Отец? — не утерпев, поинтересовался я.
Лилиан не успела ответить. В вихре из лепестков космей на аллее возник шеф Коноэ.
Сначала он непонимающе моргал, разглядывая нас, но вдруг лицо его просветлело, и он бросился обнимать Лилиан:
— Как я рад тебя видеть, девочка моя! — воскликнул он, потом его взгляд остановился на мне, и он сделал шаг вперёд, раскрывая объятия, но я поспешно отступил назад.
— Это ведь другой Асато? — обернулся Коноэ-сан к моей спутнице.
Лилиан кивнула.
— Он знает?
— Насчёт наших родителей — да. Насчёт тебя — нет. Скажи ему сам. Ты ведь хотел.
Здешний Коноэ-сан неуверенно оглядывал меня, словно решая, как лучше поступить.
— Асато-кун, — наконец, произнёс он, — наверное, стоило немного повременить и отложить этот разговор, но, я считаю, если уж Рири-тян решила признаться, ты должен узнать всё до конца прямо сейчас. Ты и так чересчур долго пребывал в неведении относительно своей семьи. Ладно, довольно предисловий. Моё имя — Коноэ Кеиджи. Я дед твоего родного отца и, соответственно, твой прадедушка.
Если бы в следующий миг земля разверзлась под ногами, я провалился во владения герцога Астарота, а тот обнял и назвал меня «сынком», я бы, наверное, уже ничему не удивился.
Захотелось телепортироваться в Сибуйя, отдышаться, а потом, спустя пару недель, продолжить беседу с очередным объявившимся членом семьи, но Эшфорд-сан интуитивно почувствовала моё намерение.
— Не убегай! — воскликнула она, хватая меня за руку. — Это непросто выдержать, понимаю, но если ты хочешь спасти оба мира, тебе придётся задержаться и выслушать нас!
Я устыдился собственной слабости, но ничего не мог поделать. Предательское желание сбежать и спрятаться где-нибудь не пропадало.
Шеф кивком предложил нам усесться на скамейку. Сцепил руки в замок и промолвил:
— Каждый раз, приходя сюда, Ририка возвращает мне память, а, уходя, забирает её. Это необходимо, чтобы я случайно не выдал никому из синигами или демонов своих мыслей. Сейчас мы беседуем, находясь за барьером, созданным Оком, Тенями и моей магической силой, поэтому можно не опасаться. Нас не увидят и не услышат. Будет только один побочный эффект — когда вы вернётесь в реальный мир, там пройдут сутки. А теперь, скажи, Асато-кун, ты догадываешься, почему именно ты так ценен сейчас для демонов?
Я нервно рассмеялся.
— Понятия не имею. Я же просто дух-хранитель! Ну, ещё Бог Смерти, конечно…
— Когда это с тобой всё было просто? — скептически хмыкнул Коноэ-сан. — На самом деле даже сейчас, оставаясь связанным с рубином, ты по-прежнему способен стать владельцем Ока. Ририка сказала тебе об этом?
— Нет, и я вовсе не собираюсь становиться хозяином какого-то жуткого амулета!
— Однако представь, что кто-то, овладев твоим сознанием, заставит тебя захватить Око против твоей воли?
— Кто же это сделает?