— Знаешь, Сейитиро, — наконец, произнесла Лилиан, — тебе надо хорошенько выспаться, а завтра мы разберёмся, как ко мне следует обращаться, договорились?
И, не дождавшись, пока я начну возражать или задавать вопросы, она исчезла. Мне так и не удалось понять, действительно ли она забыла своё имя, или просто не пожелала признавать истину.
В ту ночь тоска навалилась на меня особенно остро. Я размышлял о том, что случится, если Мураки из этого мира так и не обнаружится, а мне не удастся перенести амулет в точку соединения пяти стихий в августе следующего года, и я стану косвенным виновником гибели двух вселенных…
Я вставал, пил остывший чай — подогревать воду не хотелось — бессмысленно смотрел в окно, опять ложился с гудящей головой. Под утро я уснул, но сон был поверхностным и тревожным.
Вскочил я от пронзительного сигнала мобильного. Пришло сообщение с номера, состоящего из одних нулей. Оно гласило: «Фудзивара Моэка в опасности».
«Нулевой абонент», как тогда в Камакуре. Но почему Око стало вдруг помогать мне?
В любом случае, размышлять некогда. Я торопливо оделся, и только натянув рубашку и брюки, осознал, что понятия не имею, куда надо отправляться.
Проблема решилась сама собой: стоило подумать о перемещении, и вихрь телепортации подхватил меня.
Через мгновение я очутился в огромном подземелье, освещённом фосфоресцирующими зелёными огнями.
В нескольких шагах от меня на каменной плите лежали двое: женщина и младенец. В несчастной жертве с разбитым в кровь лицом я узнал Фудзивара-сан. Асахина открывала рот, но у неё не получалось издать ни звука. То же самое происходило с Моэкой. Ребёнок плакал, но ничего не было слышно. Все крики словно поглощала невидимая стена, окружавшая этих двоих.
Седовласый человек в чёрном плаще с откинутым на плечи капюшоном чертил на земляном полу непонятные символы лезвием ножа, бормоча под нос:
— Когда господин дарует мне вечную молодость, я прекращу охоту за этими смертными ничтожествами и стану правой рукой Его Светлости! Хотя могло быть намного лучше! Я сам получил бы власть над миром! Ну чего орёшь?! — с неожиданной злобой крикнул он Асахине. — Кто тебя просил спать с преступником и убегать с тщедушным мальчишкой, не способным никого защитить?! Только я мог скрыть тебя от глаз хозяина! А ты? Сама выдала вас обеих! Зачем отреклась от Дара в пользу этой соплячки? — он трясущимся пальцем указал на Моэку. — И не говори, будто не знала о происходящем! Теперь ты умрёшь, ибо господину нужно, чтобы сила следующего носителя быстрее раскрылась, — и, поудобнее перехватив нож, старик сделал шаг вперёд.
Тени были наготове, собираясь обезоружить мага, если он сделает попытку напасть. Фудзивара-сан изо всех сил тянулась к дочери, пытаясь закрыть её от возможного удара.
Внезапно старик застыл на месте.
— Нет, ещё не поздно, — сказал он и поспешно нацарапал на краю плиты новые неразборчивые каракули, напоминающие древние пиктограммы. — Я поверну процесс вспять! Девчонка создаст для меня сильнейший амулет и уничтожит остальные, которые могут помешать! А ничтожный бастард умрёт ради нашего общего будущего. Да, я так решил! — и он захохотал, запрокинув голову.
Медлить было нельзя.
— Никто сегодня не умрёт, — спокойно вымолвил я, становясь видимым.
Маг обернулся, и в мою сторону полетел шквал чёрных молний. Тени нейтрализовали атаку, ухватили старика поперёк туловища и туго спеленали его конечности. Маг в бессильном гневе выкрикнул заклинание, но я был настороже. Заклятие отскочило от окружавшего меня барьера.
Шеф Коноэ всегда учил: как бы низок ни был противник, нельзя при задержании опускаться до его уровня. И я вежливо спросил:
— Аки Вада, если не ошибаюсь?
В ответ раздался поток брани на неизвестном языке. Судя по звучанию, альвеолярных сибилянтов* — на позднем среднекитайском, хотя, конечно, я мог и ошибиться.
— Зря стараетесь, — из его пламенной тирады я не разобрал ни слова. — Настоятельно рекомендую сдаться, это потом зачтётся.
Но он не думал сдаваться, а зашипел что-то совсем маловразумительное. Я вдруг ощутил сильный жар в теле. Три Тени отделились от остальных и метнулись ко мне. Неприятные ощущения пропали.
— Если сдадитесь добровольно, суд Мэйфу будет к вам благосклонен, — продолжал я. — А теперь в ваших интересах честно ответить на мои вопросы. Для начала объясните, с какой целью вы похитили Фудзивара-сан и её дочь?
Тишина.
— Каким образом вам удалось на протяжении многих лет выдавать себя за молодого мужчину?
Нет ответа.
— Когда вы родились?
Молчание.
— Подозреваю, что вы намного старше, чем кажетесь. Кровь людей, приносимых в жертву, помогала вам скрывать истинный облик, но это было неэффективное средство. Проходило время, и требовалось всё большее количество жертв для поддержания фальшивого внешнего вида, а вы не хотели превращаться в старика даже на мгновение? Я угадал?