— Лет пять.
— Долго и неэффективно.
— Да ладно, не придирайся! — обиделся на мою скоропалительную критику Ватари. — Лучше порадуйся за меня! Наконец-то я создал действительно нужную вещь!
Я и порадовался. Только Ватари даже представить себе не мог, что любуется своей чудо-красавицей в последний раз.
====== Глава 27. Мучительное бессмертие ======
Скромная комната, выделенная для меня повелителем Сорю, разительно отличалась от шикарных апартаментов в замке леди Лилиан. Впрочем, я не удивился. Целью Эшфорд-сан было внушить трепет и благоговение перед её могуществом. Повелитель Генсокай намеревался расследовать загадочное появление двух людей на вверенной ему территории. Не имело смысла поражать нас роскошью.
Я сбросил ботинки на пол и растянулся на кровати, закинув руки за голову. В комнате не было ничего, кроме металлической вешалки в углу, деревянного стула и круглого стола. Последний располагался возле окна с видом на пустынную равнину.
С невольной тоской я подумал о том, что в этом унылом месте мне, возможно, предстоит провести несколько часов или даже дней. Если, конечно, не попробую договориться с амулетом. Я прижал руку к карману, где находился рубин, и мысленно обратился к нему: «А не пора ли отсюда телепортироваться, приятель?»
Внутри послышался знакомый голос, с достоинством лорда заявивший: «Я бы вам не советовал этого делать, хозяин. Из Генсокай существует четыре выхода, пройти через которые возможно только с помощью стражей врат. А телепортация здесь запрещена в связи с появлением около пятнадцати лет тому назад чёрных дыр или «червоточин», куда можно провалиться и не вернуться обратно. Считается, что использование телепортации, вызывает возникновение «червоточин». Мир нестабилен. Ваше с Каэдэ-сан появление через запечатанный портал, о котором знали только Сорю-сама и его ближайшие помощники, ещё больше усилило панику. Я бы вам рекомендовал сидеть тихо и пока ничего не предпринимать. Разумеется, вы всегда можете рассчитывать на мою защиту».
«Что ж ты меня не защитил, когда мы сюда попали?»
«На вас никто не нападал».
«А как насчёт женщины в красном платье, едва не проткнувшей меня мечом?»
«Сузаку-сан не опасна. Она беспокоится о Цузуки-сан. Посчитав вас причастным к его исчезновению, она немного рассердилась».
«Немного? Представляю, что она натворит, если рассвирепеет не на шутку».
«Она сожжёт всё вокруг, превратившись в гигантскую красную птицу».
«Благодарю за разъяснения. А теперь скажи мне, почему все эти существа называют Асато-сан своим хозяином?»
«Задолго до того, как Цузуки Асато стал вашим духом-хранителем, он подчинил себе двенадцать шикигами из Генсокай. Бьякко, Тода, Сорю, Сузаку и многие другие в их числе. Они будут служить своему хозяину до конца времён».
«Хочешь сказать, эти существа подчиняются Асато-сан?»
«Безусловно. И они никогда не причинят вам вред, поскольку ваш дух-хранитель этого не позволит. Следовательно, хозяин, вы здесь находитесь в полной безопасности, как на курорте. Наслаждайтесь отдыхом».
«У тебя совесть есть? В моей клинике на шестое января назначены семнадцать операций! Три из них по расписанию у меня! Мне нужно немедленно выбираться отсюда!»
«Пока Сорю-сама не решит выпустить вас, ничего не могу поделать. Я не позволю вам провалиться в чёрную дыру, а это весьма вероятно, если мы попробуем куда-нибудь переместиться прямо сейчас. Нет и ещё раз нет, хозяин!»
«Я требую, чтобы ты позволил мне поговорить с духом-хранителем!»
«Духа-хранителя нельзя вызывать по собственной прихоти, когда вам вздумается. Он появится, если возникнет критическая, безвыходная ситуация».
«И какие происшествия, например, ты относишь к критическим?» — мягко полюбопытствовал я.
«Да почти никакие… У меня всё под контролем. Такие ситуации бывают редко, а то и не случаются никогда. Если вспомнить, ведь даже из замка Эшфорд-сан вы выбрались самостоятельно».
«Я с удовольствием позволю Тацуми-сан аннигилировать тебя», — откровенно признался я.
«Обязательно, но не раньше дня Апокалипсиса».
«Так тебе известна дата этого события?»
«Лилиан Эшфорд была в курсе, я — нет».
«Твоя поразительная информированность по наиболее важным вопросам восхищает меня всё больше. А как ты работаешь с текстом, напечатанным на бумаге?»