Да провались оно всё в тартарары! Как некоторые ухитряются добывать информацию в таких условиях?!
Немного отстранившись от Графа, я уточнил:
— Так списки существуют?
— Какие? — невинно переспросил Хакушаку-сама.
Он вообще слушает меня?
— Душ, которые возникли непонятно откуда!
— Нет, — снисходительно пояснил Граф. — Мы ищем пропавшие души, но появившиеся из ниоткуда невоплощённые существа нас не интересуют.
— Погодите-ка, — возмутился я. — Это явная недоработка! Если одни души могут пропасть в неизвестном направлении, то что мешает другим неизвестно откуда появляться? И почему такие перемещения никого не волнуют?
Граф задумался.
— Верно, — согласился вдруг он. — Следует внести предложение, чтобы списки неизвестно откуда появляющихся душ составлялись. Я доложу Энма-Дай-О-сама, что это была ваша идея!
— Не стоит! — поспешно воскликнул я. — Пусть лучше всё будет выглядеть так, словно вы сами догадались.
— Тацуми-сан, вы столь умны, я просто не могу выразить своего восхищения! Неужели вы сегодня снова ускользнёте, как дым, как облако, оставив в моих руках лишь печаль одиночества?
«Ускользну, разумеется, будь ты хоть трижды романтик. Не ночевать же в объятиях того, кто за столько лет не додумался завести у себя нужные списки? Кроме того, замены меня не интересуют».
Откланявшись, под благовидным предлогом мы с Ютакой покинули Дворец Свечей.
— Жаль, — вздохнул Ватари, когда мы снова оказались в моей гостиной, — ничего нового не выяснили.
— Ещё как выяснили! — гневно воскликнул я. — Граф, оказывается, клеится к моему двойнику! И ко мне заодно, поскольку не видит между нами разницы!
— Ну да, есть немного, — как ни в чём не бывало заметил Ютака, сосредоточивая внимание на своих ногтях, явно понесших урон от последнего эксперимента со взрывающимся оранжевым веществом. — Однако Тацуми-сан активно избегает встреч с ним. Особенно — наедине. Граф уже всю голову сломал, как его покорить.
— И ты решил помочь Графу осуществить задуманное?
— Я просто знал, что тебе он ни в чём не откажет. Если Граф сказал, что списков нет, значит, их действительно нет. И вообще он в прошлом году ко мне кадрился, но с некоторых пор я его не интересую, — тут Ватари умолк, поняв, что сболтнул лишнее.
— Тогда понятно, каким образом ты увидел его во плоти! — усмехнулся я. — Стало быть, Хакушаку-сама действительно никому не показывается, кроме особых случаев?
— Я делал ему массаж! — начал поспешно оправдываться Ватари. — И ничего больше!
— Да-а? — в моём голосе прозвучало гораздо больше ехидства, чем я собирался продемонстрировать.
— Сейчас я всё объясню, — лицо Ютаки порозовело. — Как-то раз я пришёл к Графу обсудить свойства магических растений и заодно попросить для своих опытов несколько образцов. В тот день Хакушаку-сама мучили боли в спине, вот он и попросил растереть его согревающей мазью, заодно сделав ему хороший массаж. Больше ничего не было!
— Возможно-возможно.
— Это правда!
— Успокойся, — рассмеялся я, увидев его растерянность и смущение, — это я тебе отплатил за твои двусмысленные намёки на меня и Цузуки-сан. Твои отношения с кем-либо меня не касаются, конечно. Лучше подскажи, как быть с Мураки?
Ватари немедленно посерьёзнел, услышав упоминание о докторе.
— Не хочу показаться пессимистом, — продолжал я, — но этот доктор, в отличие от своего пропавшего двойника, в совершенстве владеет мастерством телепортации и вызова шикигами. Слежка вряд ли окажется эффективной. Хотя ничего другого всё равно не остаётся.
— Не отчаивайся. Я уже почти придумал одну штуковину, чтобы тебе помочь.
— Какую «штуковину»? — опасливо поинтересовался я, зная, что изобретения Ютаки никогда не бывают безвредными.