— Приведите его ко мне и, если вы честный человек, поклянитесь, что не будете задавать ему никаких вопросов.
— Я не любопытен, сударь, к тому же знаю об этой истории все, что мне важно знать.
Герцог все еще с беспокойством смотрел на молодого человека.
— Сударь, — сказал Эрнотон, — я был бы рад, если бы вы дали ваше поручение кому-нибудь другому.
— Я неправ, сударь, признаю это, — сказал Майен, — но будьте столь любезны и окажите мне услугу, о которой я вас прошу.
Через пять минут солдат входил в конюшню.
Он вскрикнул, увидев герцога Майенского, но у того хватило сил приложить палец к губам. Солдат тотчас же замолчал.
— Сударь, — сказал Майен Эрнотону, — я вам благодарен навеки, и, конечно, когда-нибудь мы встретимся при более благоприятных обстоятельствах; могу ли я спросить, с кем имею честь говорить?
— Я виконт Эрнотон де Карменж, сударь.
Майен ждал более подробного объяснения, но молодой человек в свою очередь оказался весьма сдержанным.
— Вы следовали по дороге в Божанси, сударь? — продолжал Майен.
— Да.
— Я вам помешал, и вы, вероятно, не продолжите свой путь сегодня?
— Напротив, сударь, я надеюсь тотчас же выехать.
— В Божанси?
Эрнотон посмотрел на Майена, весьма раздраженный его настойчивостью.
— В Париж, — ответил он.
— Простите, — возразил Майен, — но как же так? Вы, направляясь в Божанси, без всяких серьезных причин отказываетесь от путешествия?
— Ничего нет проще, сударь, — ответил Эрнотон, — я ехал на свидание. Случай с вами задержал меня, и я опоздал: мне остается только вернуться.
Майен тщетно пытался прочесть что-либо на бесстрастном лице Эрнотона.
— Почему бы вам не остаться со мной несколько дней, сударь! — сказал он наконец. — Я пошлю в Париж солдата, чтобы он привез мне врача. Вы же понимаете, я не могу остаться здесь один с незнакомыми мне крестьянами.
— А почему бы, сударь, — возразил Эрнотон, — с вами не остаться солдату? Врача пришлю я.
Майен колебался.
— Знаете ли вы имя моего недруга? — спросил он.
— Нет, сударь!
— Как, вы спасли ему жизнь, а он не сказал вам своего имени?
— Вам я тоже спас жизнь, сударь, а разве я пытался узнать ваше имя? Зато вы оба знаете мое. Пусть лучше спасенный знает имя своего спасителя.
— Я вижу, сударь, — сказал Майен, — что вы столь же скрытны, сколь доблестны.
— А я, сударь, чувствую в ваших словах упрек и очень сожалею об этом. Ведь если я скрытен с вами, то и с другим не слишком разговорчив.
— Вы правы; вашу руку, господин де Карменж.