Девушка посмотрела подозрительно, потом ещё раз посмотрела. Потом сказала:
− В тех домах банк, там можно снять.
А я ответил:
− Я опоздаю на занятия. – У меня по серьёзке в этот в скором времени начинались вечерние лекции.
Тогда она сказала, что идёт в тот же интернет-магазин, и там в предбаннике дала мне наличность. Я сразу перевёл ей деньги, мы получили свои заказы и вместе вышли. Я рассыпался в благодарностях, утопал в дежурных словах. Девушка не отставала, мы вместе доехали до моего универа, она потом ещё долго мне названивала, насилу от неё отвязался… Я знал одно: лично я никогда бы и никому деньги таким образом не дал. Иногда в целях эксперимента я стал разыгрывать такие же попрошайничества, всегда когда бывал в этом пункте самовывоза. И ни разу мне не отказали. Причём из трёх случаев в двух девушки давали мне деньги в пределах тысячи прямо на переходе, пока ждали зеленого пешехода на светофоре. Может быть, мне попались тупицы, а может у меня есть какое-то очарование или от меня идут такие флюиды, которые заставляют девушек глупеть. Именно тогда я въехал, как действуют мошенники и альфонсы − открытость, искренность, наивность, хорошо подвешенный язык. Дан мне ещё в школе говорил, что мне легко склонить девушку, скажем так, на свою сторону, ну или легко познакомиться. Дан удивлялся, что я никогда не ходил на дискотеки… К чему я это всё тут болтаю? Да к тому, что я перестал лыбиться как дебил, предложил Тоне сесть и не суетиться.
− Ты же не торопишься?
Она села послушно, не успев вынуть пакет с банками из сумки на колёсиках. И вот как раз тут я увидел, что руки её трясутся. Руки и вправду были в каких-то чёрных трещинах. Она поймала мой взгляд и стала оправдываться:
− Это сок от крыжовника въелся, чёрный крыжовник, «негус», и ещё яблоки. У нас сок на вино…
− У вас уродились яблоки? – год-то неяблочный.
− Н-нет. Мы сделали закупку, для вина.
− Произошла неприятная вещь давно, − косноязычно сказал, не глядя на неё: − в силу обстоятельств мне пришлось стащить твой айфон, Тоня. Я вам возвращаю вот этот.
Она не посмотрела на меня ни опасливо, ни испуганно, она обрадовалась, скрывая радость, счастливо приняла коробку и тут же открыла:
− Ой…
− Ты на меня не обижаешься?
− А ты?
− Я очень обижаюсь. За всё плохое приходится заплатить, я так рассуждаю.
− Тебя уволили с работы − я прочитала.
− А я ещё не читал такой новости.
− Вчера написали на… − она назвала портал брата.
− А ты получила вознаграждение за обморок?
− Да. Но я не специально. Я просто должна была отвлекать продавца. − Она покраснела, губы её стали дёргаться и она всхлипнула.
− Тоня!
Она не поднимала головы, рассматривала телефон, я и не мог представить, что смартфон произведёт на неё такое впечатление. Волосы её немного вились, они были схвачены в хвост, чёлка повисла сосульками.
− Тот самый, который у вас эта вобла сушёная купила?
− Да. Она брала с наклеенной плёнкой, симкой и услугами…
− С симкой?
− Я выбросил симку.
− Ой… − опомнилась она и полезла за банками. Она достала гремящий пакет, потом транспортировочный полиэтилен, с пузыриками.
− Я вам упакую. Вы в пакете … − она развернулась и оглядела меня.
− Нет. Я пока не в пакете. Я пока живой.