− Но ты же на прошлой своей работе был менеджером?
− Ну да.
− Менеджер наша ушла в декрет.
При слове «декрет» я вспомнил Евочку, и как её увозили…
− Ну так что, Антоний… а отчество?
− Павлович.
− Так что, Антоний Павлович? – мне понравилось, что отчество никак не смутило собеседника, я всегда завидовал таким людям, ни отчеств писателей не знают, ни имён, никакой рефлексии по поводу прочитанного или просмотренного, ничто в этом бренном мире не отвлекает их от бизнеса.
− Я согласен, − ответил я. А что я ещё мог ответить? Я остался без работы. Салоны связи я любил, там всё мне было родное, телефоны, аксессуары, всё чисто, даже стерильно, когда плёнки на экран ставишь… Тут – лучший в городе ресторан с традициями и историей. Я прикидывался − конечно же я знал, кто такой менеджер в ресторанном бизнесе, но приблизительно. Это заместитель директора, в принципе не очень сложно в ресторане быть менеджером, да ещё в таком ресторане. Отлично, что не метрдотель. Метрдотель ближе к официантам, это чаевые, я ненавидел чаевые. Чаевые – подтверждение холуйства, иногда в салоне, когда вставал на кассу люди не брали сдачу, я не бежал конечно же за ними, но сразу делал какую-нибудь копеечную покупку – чтобы, если это тайный клиент, предъявить чек и сказать что покупатель просто забыл аксессуар или батарейку. Покупатель… я вспомнил пятничное «дело» , вздрогнул и скривился. В ресторанах нет тайных клиентов в таком количестве, в каком они шастают по супермаркетам и другим лавчонкам. Ресторан – это не для простых смертных, тем более такой ресторан. Наверняка тут «крыша», без сомнения… Не надо будет постоянно думать о тайниках. Как всё-таки сильно вывело из равновесия пятничное происшествие. Я до сих пор был в каком-то крене, и если уж быть честным, собирался тонуть. Не могу сказать что в моей душе, выражаясь высокопарным языком старинных бульварных романов, образовалась пробоина, но я был разбит, это точно. И какая удача, подумал я в десятый за это утро раз, что я зашёл сюда, хотел полюбоваться видом, осмотреться в этом оазисе рядом с главным проспектом… И вот такая случайность. Судьбой назвать происшествие клавиатура не даёт, но всё-таки… что-то есть в том, что в первый же день без работы я нашёл работу. Неизведанную, незнакомую, но всё-таки работу очень приличную. Тем более для нашего города. У меня сразу пронеслись мысли о коллективе, о сотрудниках, поварах, официантах, бухгалтерах. Все – в одном месте. Всё-таки в салоне было не так, там мы все подчинялись большому брату.
− Хорошо, − сказал я. – Согласен.
− А почему не спросишь, как меня зовут?
− Извините.
− Так вот зовут меня обыкновенно − Николаем Георгиевичем. И Петровичев соответственно фамилия. А почему не спросишь условия?
− Сколько?
Он назвал сумму, вполне себе норм.
− На иномарке, пусть и простенькой, через год разъезжать будешь, а не на скейте.
− Привык я к скейту. Физика утром и после работы, как говорит один человек, физкультура не отходя от кассы.
− Один человек – это Староверов что ли?
− Д-даа, − я напрягся.
− Понятно. Говорят, бизнес у него прёт. Может, ты к нему обратишься насчёт работы?
− Зачем? – я старался не показать виду, что напуган и озадачен: тема скользкая. Всегда и все праздные разговоры о машинах заканчиваются для меня чем-нибудь неприятным.
− Ну всё-таки любимый ученик. Хотя…
− Что?
− Мне Савва сказал − ты в кафе к Староверову не пришёл, он первого сентября всех собирал у наших конкурентов, на прощальный вечер.
− Я не мог, я учился в Москве. – солгал я.
− Ну ради такого случая мог бы и пропустить день в институте.
− Да. Мог.
− Но не захотел.
− Не захотел, − согласился я.
− Почему?
Я не знал, что ответить и поэтому наврал: