– Парни только и говорят, что о тебе. И я не слышал ничего хорошего.
Я понимаю, что это не угроза, а предостережение – он делится со мной информацией.
– Послушай, Мириам, просто… будь начеку, – продолжает он. – Война выбирает своих Фобосов не за честь и благородство.
Значит, на мне теперь клеймо. Даже мурашки по коже.
Мы подходим к шатру Войны. Гуссейн пятится в темноту, оставляет меня одну. Я набираю в грудь воздуха и заставляю себя забыть о том, что меня тревожит. Сейчас есть другие неотложные дела.
Откидываю полог и вхожу в шатер. Всадника нигде не видно. Я чувствую страх. Это подстава. Что бы ни имел в виду Гуссейн, он говорил не о том, что будет, а о том, что произойдет прямо сейчас. Выхватываю из ножен кинжал, и в этот момент полог шатра откидывается.
Входит Война, обнаженный до пояса и пьяный. Очень пьяный.
– Жена.
При виде меня у него загораются глаза. Он идет через комнату, не обращая внимания на кинжал в моей руке. Откинув мои волосы назад, берет мое лицо в ладони. Его взгляд затуманен.
– Возляг со мной.
На мгновение я перестаю дышать и замираю, хотя эти три слова уже вызвали неуместные реакции моего тела. Минуту назад я была уверена, что попала в засаду, но вместо этого получила предложение от пьяного Всадника.
– Ты, кажется, хотел подождать, пока я сдамся, – напоминаю я.
– Я передумал.
Большими пальцами он нежно гладит меня по щекам, и это чертовски соблазнительно. Очень, очень соблазнительно. Должно быть, Всадник замечает, что я поддаюсь, он наклоняется ко мне и страстно целует. Я чувствую вкус алкоголя на его языке. И отстраняюсь.
– Сколько же ты выпил? – спрашиваю подозрительно. Война – крупный мужчина. Вероятно, понадобилась целая бочка, чтобы добиться такого результата.
– Достаточно, чтобы отбросить сомнения.
Возляг со мной.
Я утыкаюсь лбом в его плечо, и тут мне в голову приходит мысль.
– Даже если бы я хотела…
– Ты хочешь, – заявляет он уверенным тоном.
Желудок скручивается в узел от его голоса – он такой низкий и уверенный, и снова похож на голос любовника, моего любовника.
– А что насчет защиты? – задаю я вопрос о том, что до сих пор совершенно не приходило мне в голову, хотя должно было бы прийти.
Он заглядывает мне в лицо, прищуривает мутные глаза.
– Защиты? – переспрашивает он. – От кого? Я – воплощение войны. Любой, кто попытается мне противостоять, будет мертв.
Мне хочется смеяться. Хочется стать невидимкой и слиться с полом.
– Защищаться нужно не от этой опасности, – говорю я.
Ох-х. Не ожидала я сегодня такого разговора.
Брови Всадника сходятся на переносице.
– Я могу забеременеть, – объясняю я.
Не могу определить по выражению его лица, понимает он меня или нет. Может, это я все неправильно понимаю. Что, если Война не способен иметь детей? Ну, он же не простой смертный. Бросаю взгляд на его мускулистое тело. Будь я проклята, если когда-нибудь видела более роскошного мужчину. У меня такое чувство, что я могу залететь от одного только взгляда на него. Следующий вопрос сам срывается с языка: