Девочка оказалась во взрослой душевой. Единственным отличием плит, покрывающих стены, от тех, что в коридоре, были черные точки по центру. В душевой горела только одна лампочка, от чего комната опустилась в полумрак. Здесь абсолютно никого не было, что очень огорчало. Девочке казалось, что вот-вот она упадет от страха на эту холодную плитку, которая обжигала ее голые ступни холодом.
Она дико боялась тех, кто сейчас в коридоре. Сердце екнуло, когда шаги остановились возле двери. Секунда, еще секунда и еще. Время словно замедлилось. Девочка не пыталась спрятаться, ее приковало к одному месту. Она потеряла контроль на телом, мысленно отсчитывая секунды и задержав дыхание. Девочка была готова верить в чудо до конца жизни, в которое никогда не верила, но она словно услышала треск надежды, когда ручка заскрипела и дверь открылась.
Девочка рефлекторно отступила назад, и ее слух резанул неприятный с глубоким акцентом голос:
— Далеко собралась?
На пороге показалась кучка девчонок, во главе которых стояла черноволосая, скрестив руки на груди. Ее глаза горели ужасной злобой, ненавистью и жаждой ломать чьи-то судьбы.
— Видно, помыться решила, — выкрикнула рыженькая девочка, выше всех остальных, и все одновременно захохотали. Наигранно, неестественно, издевательски.
— С лапочкой Дженсоном, — протянула рыжая, натянув на лицо улыбку.
— Я… я, — девочка заикалась от страха, и слова с трудом вылетали из уст. — Не трогайте меня, — очень тихо произнесла она.
Громкий смех заполнил вновь душевую комнату. Девочки присоединились к черноволосой и стали хохотать громко и долго. Некоторые не выдерживали и откашливались, прочищая горло. Но через время все замолчали, когда вновь заговорила черноволосая:
— Ну, что же ты, — улыбнулась та, раздвинув руки в стороны. — Мы немного поправим твой образ. Вот и все, — голос звучал фальшиво мило. В этой девчонке не было ничего доброго, сердце — камень.
— Не надо, — прокричала девочка и ринулась назад, прочь от девочек.
— Взять ее, — скомандовала главная из шайки, и толпа погналась за жертвой.
Девочку схватили за руки почти моментально, подняли на сантиметр от пола и жестоко бросили как мешок картошки. Девочка простонала от боли и, сжавшись в комочек, перевернулась на бок. Спину словно поразило множество игл, а затылок — пронзила стрела. Но боль не прекратилась.
Первый удар нанесла рыжая в живот. Девочка прохрипела от боли.
Словно по команде все девочки стали избивать свою жертву. Та закрыла глаза, сгибаясь, от чего ей доставалось по рукам и по голове.
Девочки не прекращали бить. Они не целились, у них не было цели отбить что-то. Они просто били.
Жертва нуждалась в воздухе. Как только девочка набирала его, он мигом выходил из легких при каждом ударе в живот. Маленькая особа была готова умереть от боли. Органы словно превратились в кашу.
Неожиданно удары прекратились, и девочка закашляла. Это удалось с болью. Сердце стучало со скоростью света.
Главная девочка подошла к ней, приподняла голову и, схватив волосы, обрезала их. Черноволосая слащаво улыбнулась и пренебрежительно откинула клок волос.
Она опустилась на пол, взяла голову девочки и, погладив по волосам, с рыком откинула головку на холодную плитку.
— Нет, — прокричала громко девушка, вскочив с постели. Она схватилась за голову и только через минуту поняла, что это было просто сном.
========== Часть 9. Трамва, уступки ==========
— Только будь аккуратнее, — попросил Галли, посмотрев грозно на напарницу.
Гвен лишь на секунду подняла глаза, посмотрев на парня с укором, и принялась забивать осторожно, как попросил Галли, гвоздь. Парень держал его двумя пальцами и не отрывал взгляд от движения вверх-вниз молотка. Признаться честно, девушка очень хорошо справлялась и отлично подходила на роль строителя, но мысль, что он будет видеть её каждый день — девушку, которая запросто выводила его из колеи, — не покидала целый день и заставляла злиться. Злиться в первую очередь на себя, а во вторую — на Томаса. Этот мальчишка поселился в голове у строителя, и Галли даже не заметил, как Гвен оказалась в его бригаде.
Куратор строителей оторвал пальцы, когда гвоздь плотно вошел в древесину и смысла держать его не было. Гвен довела дело до конца двумя ударами.
— Ваши пальчики не отвалились, мисс? — протянула последнее слово девушка, состроив рожицу.
— Не поясничай, — прошипел Галли. — Если бы не Ньют, ты бы никогда не оказалась в моей команде.
Парень спрятал руки в карманы и наблюдал, как щеки Гвен алеют. Он невольно улыбнулся. Ему чертовски нравилось, когда девушка злилась, и с этим он согласился еще тогда, когда она вцепилась в Мишель. Ее щеки становились красными, глаза метали молнии, а Галли почему-то в этот момент становилось смешно.
Строитель отвернулся от девушки и прокричал кудрявому пареньку:
— Адам, не спать! Ты должен доски подавать, а не прохлаждать свою задницу! — паренек вскочил с места, как только голос Галли пронзил его, и потянулся за доской, которую быстро приволок к строителю. Галли пронзил его взглядом, но ничего не сказал, махнув рукой, давая понять, чтобы паренек испарился. Через секунду Адам оказался на своем месте, внимательно наблюдая за остальными строителями.