Ночные сумерки опустились на Глэйд. Было немного холодновато, но возле костра ребята чувствовали себя хорошо. Маленькая кучка глэйдеров решила еще немного посидеть, когда большинство отправились спать.
Когда Алби слег, мир Глэйда пошатнулся в плане дисциплины. Ньют иногда прогибался под глэйдерами, но полностью сесть себе на шею не позволял. Он шел им навстречу. Вот и сейчас он разрешил остаться тем, кто хотел, и даже сам остался, но только с одним условием: если они завтра встанут как обычно. Все дружно заверили его, что так и будет. Ньют доверял им и был уверен во всех, кроме Гвен.
Эта девчонка не слушала его и делала ровно наоборот. Она как очень обиженный, неприрученный зверек, злой и агрессивный.
Сейчас Гвен громко смеялась. Ей быстро удалось сдружиться со всеми ребятами из бригады, и теперь они о чем-то очень бурно разговаривали и жестикулировали.
Звезды осыпали ночное небо и ярко сверкали, но до них никому не было дела, кроме Ньюта. Он, запрокинув голову, всматривался в каждую внимательно, словно хотел увидеть что-то большее, чем их сияние. Их, наверное, было чуть больше миллиона.
Ньюту нравилось находиться в одиночестве. Это его лучший друг, который не оставит и никогда не предаст его. Иногда ему составлял компанию Минхо, но друг сегодня решил лечь спать в законное время.
В последнее время Минхо ходил сам не свой, и это можно объяснить. После той ночи, проведенной в Лабиринте, бегуны входили в него раньше обычного и возвращались под самый конец закрытия ворот. В их сердцах зажглась надежда найти выход, но ничего нового парни не находили, и их поиск не сдвинулся ни на шаг.
Звезды очаровывали своим блеском. Ньют смотрел на них и думал о других мирах. Но фантастические представления, где огромные планеты крутились вокруг синего шара, где жители этого мира могли путешествовать без летательных аппаратов, где они могли спокойно уменьшаться и увеличиваться, где способны понимать животных, не могли сравниться с фантазиями о красивом доме, в котором он жил с родителями. Парень представлял себе, как он сидит на удобном диване, раскачивая ногами и приобнимая за плечо младшую сестренку. Ньют не мог объяснить, но он словно чувствовал, что связан с кем-то родственно, но этот человек где-то далеко.
Норма подошла слишком незаметно сзади. Ньют дернулся, когда заметил справа силуэт девушки. Она поменяла свое простое белое платье, которое изрядно потрепалось и испачкалось, на вещи, что предоставил ей паренек, который был одного с ней роста. Одежда немного висела на исхудалом теле девушке.
Норма присела на одно бревно с Ньютом и запрокинула голову назад, направляя свой взгляд на звезды.
— Некоторые звезды сияют ярче, не знаешь почему?
Ньют нахмурился и прикусил губу. Парень недоумевал, зачем ему задавать этот вопрос. Но, подумав немного, он пришел к выводу, что девчонка всего лишь разряжает обстановку для дальнейшего общения. Но с какой целью пришла Норма? Обычно она молчит и говорит только по делу, если это необходимо, не болтает лишнего, как делает это Минхо. Значит, разговор будет не менее серьезным. От этой мысли Ньют немного напрягся.
— Не знаю, — помотал головой светловолосый.
— Это светят нам погибшие глэйдеры, — повернула голову к Ньюту девушка. — Они видят нас и улыбаются.
Ньют опустил взгляд, но после перевел на звезды. Всего лишь пара штук горели ярче всех. Ньют улыбнулся. Он и сам думал об этом. Был такой момент, когда он хотел присоединиться к ним, но один шанк помешал этому случиться. Хромота и притупленная боль в ноге напоминают ему об этом дне.
— Я слышала сегодня крики Алби. Ему все хуже? — заданный вопрос вернул заместителя вожака в реальность.
— Да, — тихо прошептал Ньют, опустив взгляд вниз. — Мне кажется, что нам придется…
— Выгнать его из Глэйда, — закончила за него светловолосая.
Парень нахмурился и с подозрением взглянул на нее:
— Откуда ты знаешь?
— Мне Клинт рассказал.
Ньют сжал челюсть. «Эти шанки когда-нибудь заткнутся?!».
— Скажи мне, пожалуйста, почему мне нельзя подходить к Альби, ведь я тоже медак?
«Вот, зачем ты пришла».
— Ты — начинающий медак. И тебе не следует видеть Превращение.
— Бережете мою психику.
— Что-то типо того.
— Не бейпокойтесь за меня, моя психика уже давно сломана. Я хочу увидеть Алби! — отчеканила каждое слово девушка, рассердившись. Она скрестила руки на груди.
— Нет! И разговор закончен, — твердо проговорил Ньют.
Норма сжала кулаки и еле сдержала себя, чтобы не напрыгнуть на светловолосого с дикими воплями. Девушка стала громко дышать. Вдох-выдох, вдох-выдох. «Ничего, я найду выход, как попасть к Алби. Я буду не я, если этого не сделаю». Норма до боли прикусила губу.