Е. Н. Крутень сбил в воздушных боях 17 самолетов противника. Однажды он сбил немецкий самолет, взял в плен летчика и начал допрос. В это время послышался гул другого вражеского самолета. Крутень быстро взлетел, сбил и эту немецкую машину. На ней летел командир немецкой эскадрильи, разыскивавший своего пропавшего летчика. В другой раз Крутень охранял корректировщика. Находясь на высоте 3000 м и израсходовав весь бензин, начал планировать на свой аэродром, но встретил немецкий самолет. Не раздумывая, он обстрелял противника и сбил его, не имея в баках ни капли горючего.
Крутень рекомендовал летчикам всегда нападать внезапно, первыми, пользоваться мертвыми углами зрения и стрельбы противника, для надежности стрельбы подходить в упор к противнику. Надо, говорил он, иметь глаза сзади, атаковать один раз. О боевой деятельности летчика Крутеня свидетельствует приказ от 2 августа 1916 г. по войскам 2-й армии Западного фронта. В нем говорится: "1 августа сего года, около 19 часов, над Несвижем появился неприятельский самолет. Командир 2-го авиационного отряда истребителей штабс-капитан Е. Н. Крутень, всего лишь 30 июля сбивший немецкого летчика в районе Своятичи, тотчас же поднялся на своем "Ньюпоре", нагнал немца и вступил с ним в бой.
Я, многие чины моего штаба и весь город любовались смелым поединком двух самолетов. Штабс-капитан Крутень коршуном налетал на немца и после короткого, но чрезвычайно эффектного боя сбил немецкий самолет "Альбатрос", вынудив раненого летчика спланировать недалеко от города.
Летчик Е. Н. Крутень у сбитого им немецкого самолета
Население, с захватывающим интересом следившее за смелыми и искусными действиями нашего героя-летчика, радостно кинулось за город, где и устроило ему овации.
Штабс-капитану Кру-теню за проявленную им исключительную выдающуюся удаль, бесповоротную решимость и доблесть в борьбе с врагом объявляю мою сердечную благодарность. Приказываю представить его к награде.
Командующий армией генерал — от инфантерии Смирнов".
Этот эпизод связан с обеспечением боевой работы разведывательной авиации. На истребительные группы была возложена задача прикрывать корректировщиков от нападения неприятельских истребителей. В частности, самолеты 2-го артиллерийского авиационного отряда охранялись истребителями группы, которой командовал капитан Крутень. Тогда это называлось барражем— истребители барражировали над корректировщиками, прикрывая их от нападения самолетов противника.
Из-за небольшого запаса горючего охрана продолжалась не более полутора часов, но на смену улетевшей машине, как правило, прилетала другая. Самолет-истребитель не покидал самолет-корректировщик без сигнала. Улетая он слегка покачивал крыльями, что означало: "Я ухожу, оставляю тебя одного, смотри за небом в оба".
В неопубликованных воспоминаниях летчик Н. М. Брагин писал, что дважды его самолет охранял Крутень. "В одном из полетов капитан Крутень сбил на моих глазах самолет противника. Заметив немца, Крутень атаковал его сверху со стороны солнца. Две — три коротких очереди из пулемета, и мы увидели, как немецкий самолет стал падать. Эта была предпоследняя воздушная победа Крутеня. Через несколько дней, находясь на своем аэродроме (у деревни Денисув) вблизи Тарнополя, я услышал короткие пулеметные очереди. Бой шел в стороне от аэродрома на высоте 2000–2500 м. В синеве безоблачного неба, освещенного лучами летнего южного солнца, трудно было различить самолеты, ведущие воздушный бой.
Через час на аэродром пришла телефонограмма от капитана Крутеня с просьбой выслать в указанный им район самолет "Вуазен" с бидоном горючего и "мандолиной" (так назывался костыль самолета "Ньюпор-23" за его сходство с этим музыкальным инструментом). Кроме того, Крутень просил выслать санитара с перевязочными материалами. По приказанию командира авиаотряда я, несмотря на сильную болтанку, вылетел с санитаром в указанный район, где легко нашел два рядом стоявших на земле самолета. Один из них — сбитый немецкий аэроплан, рядом — самолет Крутеня со сломанным костылем и без капли горючего.
Пока санитар оказывал помощь раненым в воздушном бою немецким летчикам, мы с Крутенем произвели ремонт самолета. Сдав раненых в ближайшую воинскую часть, я вылетел на свой аэродром, а капитан Крутень, наполнив баки самолета бензином, вылетел в расположение своей истребительной группы"[256].
Это была последняя победа прославленного летчика. Спустя несколько дней, 7 июня 1917 г., совершая посадку без горючего на свой аэродром у деревни Плотычи возле Тарнополя, капитан Крутень на самолете "Ньюпор-23" сделал разворот на небольшой высоте и, потеряв скорость, разбился. В приказе командования было сказано: "Возвращаясь с боевого полета, разбился насмерть один из самых доблестных и отважных наших летчиков капитан Крутень". В одной из газет того времени писали по поводу его гибели: "После великого Нестерова он был наиболее видным из боевых летчиков. Погибшему Крутеню шел всего лишь двадцать пятый год… Для характеристики боевой деятельности погибшего авиатора достаточно указать, что в одну последнюю неделю им было сбито три немецких самолета". В России считался асом летчик, сбивший пять самолетов противника. Среди русских летчиков широко распространенной была тактика ведения боя парами. Часто вылетали звеном, при этом третья машина служила как бы приманкой. Летая над вражеским аэродромом, она старалась привлечь на себя внимание противника. Если это удавалось, и вражеский самолет поднимался в воздух, то на него неожиданно обрушивался ас со своим ведомым, решая исход боя в свою пользу. У каждого аса были свои отработанные приемы борьбы— свой "почерк". Всякий поединок носил всегда индивидуальные черты противников, но в то же время основные приемы борьбы были выработаны твердо.
Русские асы смело шли в лобовую атаку, от которой противник обычно старался уклоняться, и с расстояния 15–20 м расстреливали самолет противника.
Большой известностью пользовался на фронте русский ас А. А. Казаков — командир 1-й истребительной авиагруппы. Он смело шел на сближение с противником и вел бой с небольших дистанций. А. А. Казаков имел 17 зарегистрированных побед в воздухе. Общее число немецких аэропланов, которые он сбил, составило 32. Никому на русском фронте не принадлежало больше побед в воздухе. 1-я авиагруппа устроила непроницаемую завесу для аэропланов противника, пытавшихся прорваться к Луцку. 13 сентября 1915 г. летчики авиагруппы рассеяли 16 немецких бомбардировщиков и обратили их в бегство.
Полет с "кошкой"
Только в течение этого месяца группа Казакова провела 40 воздушных боев, сбила несколько немецких самолетов, потеряв всего один свой.
Последователь П. Н. Нестерова штабс-ротмистр А. А. Казаков летал на самолете "Моран-Ж". Вначале он придумал "кошку с лапками". Задача состояла в том, чтобы зацепиться за самолет противника. Это приводило к взрыву капсюля и детонированию пироксилиновой шашки, прикрепленной к "кошке".
9 марта 1915 г. летчик А. А. Казаков в районе деревни Гузав, западнее Вислы, обнаружил немецкий "Альбатрос" и напал на него. Зацепить "кошкой" самолет не удалось, и тогда летчик пошел на таран. Это был второй таран воздушного противника в истории авиации. Казаков так описывает его: "Что было делать — два фронта, сорок тысяч глаз русских и немецких смотрят на нас из окопов, уйти, не сделав ничего, находясь в нескольких метрах от противника, позор перед этими 20 000 русских глаз… Проклятая кошка зацепилась и болтается под днищем самолета…
Тогда я решил ударить "Альбатроса" колесами по его верхней поверхности. Не долго думая, дал руль вниз… Где-то рвануло, толкнуло, засвистело, в локоть ударил кусок от крыла моего "Морана". "Альбатрос" наклонился сначала на один бок, потом сложил крылья и полетел камнем вниз… Я выключил мотор — одной лопасти в моем винте не было. Я начал планировать, потеряв ориентировку, и только по разрывам шрапнелей догадался, где русский фронт. Садился парашютируя, но на земле перевернулся. Оказывается, удар колесами был настолько силен, что шасси было вогнуто под крылья". Это был второй таран воздушного противника в истории авиации и первый таран, окончившийся благополучно для таранившего пилота. Летчик Смирнов, овладев искусством высшего пилотажа, сбил около двух десятков немецких машин. В приказе по особой армии от 27 декабря 1916 г. рассказывалось: "20 декабря 8 самолетов фронтовой авиагруппы капитана Якобешвили вылетели для боя и фотографирования. Во время полета самолеты выдержали четыре боя, причем два неприятельских самолета были сбиты, один — прапорщиком Н. К. Кокориным, другой — старшим унтер-офицером И. В. Смирновым с наблюдателем штабс-капитаном Пентке. Неприятельские летчики (три офицера и один унтер-офицер) убиты ружейными пулями в воздухе".
28 октября 1917 г. в районе Гусятина (Юго-Западный фронт) произошел воздушный бой трех немецких "Бранденбургов" с двумя русскими истребителями 19-го корпусного авиаотряда, которые пилотировали прапорщик Смирнов и унтер-офицер Липский. Смирнов сбил один из аэропланов противника, который упал, объятый пламенем, в тылу русских войск у деревни Зеленая Слобода. Остальные два немецких аэроплана повернули назад, пытаясь уйти. Преследуя их, Липский сбил второго "Бранденбурга", который упал на проволочные заграждения у деревни Зелена. Третий самолет противника ушел в свой тыл с большим снижением и сел, по-видимому, вынужденно, у деревни Кру-живенка.
Большой известностью пользовался военный летчик Ф. Ф. Зверев, летавший в составе 4-го истребительного отряда. Он не побоялся атаковать немецкий самолет типа "Летающая крепость"— хорошо вооруженную двухмоторную машину типа "Румплер". Зверев попал пулей в правый мотор, пробил картер. Мотор заглох. Немецкий самолет совершил вынужденную посадку, экипаж попал в плен.
Самолет Зверева также получил 37 пробоин, винт разлетелся, повреждены были капот и масляный бак, пробит шлем у летчика. Несмотря на все эти повреждения, Зверев сумел сделать посадку на свой аэродром возле Браилова. Всего Зверев сбил более десяти немецких самолетов.
Отважно сражался с врагом русский ас М. А. Орлов. 15 июня 1916 г. он сделал 10 боевых вылетов и сбил австрийский аэроплан, 22 сентября провел б воздушных боев и снова сбил самолет противника. М. А. Орлов написал брошюру "Приемы ведения воздушного боя". Он рекомендовал следующие способы воздушного боя. Первый: пикировать со стороны солнца перпендикулярно полету неприятельского аэроплана, нырнуть под него, начать петлю и кончить ее переворотом на крыло, с выравниванием под неприятельским аэропланом в непосредственной близости от него. При втором способе летчик опускается к неприятелю с хвоста, делая все время зигзаги, пока не займет нужного положения под хвостом противника.
После гибели М. А. Орлова начальником 7-го истребительного отряда стал летчик Гильшер. Он имел перелом костей правого предплечья, после аварии (штопор) на самолете ему ампутировали левую ступню. В таком состоянии Гильшер продолжал летать и 4 апреля 1917 г. сбил в бою немецкий аэроплан. 7 апреля он совершил свой последний полет. В паре с летчиком В Н. Янченко на истребителе "Ньюпор" Гильшер смело вступил в бой с восемью немецкими самолетами. На помощь к врагу прилетели еще 10 самолетов. Русские храбрецы вдвоем рванулись в атаку на 18 самолетов противника. Самолет Гильшера был подбит и камнем упал на землю. Летчик Янченко сумел приземлиться рядом с погибшим героем, взял его тело и доставил на свой аэродром в Тарнополь.
Храбрым и умелым летчиком зарекомендовал себя В. М. Ткачев. В конце 1916 г. он выпустил "Материал по тактике воздушного боя", составленный на основании боевой практики в Луцком районе осенью 1916 г. В нем перечислены и рассмотрены: требования к пилоту, ведущему бой, боевые элементы аэроплана, вопросы вооружения, искусство пилотажа, меткость стрельбы, умение учитывать обстановку во время боя, основные принципы боя — внезапность, маневры, способы атаки и пр. В учебнике давались указания, как вести бой целыми эскадрильями истребительной авиации. При этом подчеркивалось, что целью активных воздушных средств (истребительных) является бой, бой решительный на малой дистанции, так как только в этом случае можно с большой уверенностью рассчитывать на победу.
В приказе по 4-му армейскому корпусу от 13 мая 1916 г. говорится о том, что с наступлением весны начались воздушные бои с аппаратами противника, с которыми летчики отряда смело вступали в бой, летая на тихоходных "Вуазенах". В четырех воздушных боях сбито два немецких "Альбатроса", первый — 15 марта военным летчиком прапорщиком Н. И. Компанейцем с наблюдателем подпоручиком Куницей. Аппарат Компанейца вернулся на аэродром, имея 16 пробоин, нанесенных разрывными пулями. Второй немец сбит 16 апреля военным летчиком подпоручиком Н. В. Осиповым и наблюдателем подпоручиком Калиновским. Во время боя летчик был легко ранен, а наблюдатель тяжело (он умер 24 апреля). А "Вуазен" получил 152 пробоины, повредившие ответственные части аппарата и вынудившие авиаторов спуститься, не долетев до аэродрома.
На Южном фронте прославился летчик-истребитель поручик Г. В. Янковский, бывший летчик-испытатель и шеф-пилот Русско-Балтийского завода, где строились самолеты "Илья Муромец". Г. В. Янковский за свои воздушные победы получил все существовавшие тогда награды. Там же летал известный военный летчик донской казак Тихоцкий, наводивший ужас на немецких пилотов.
[256] ЦГВИА, ф. 2008. оп. 2. д. 317. л. 56.