В сияющем небе то и дело проносились военные самолёты и вертолёты. Видимо, армия вела борьбу с потерянными всеми доступными средствами. В новостях мелькали заголовки о появлении «зомби» в других штатах, о закрытии на карантин городов, о бомбардировках особо опасных районов. Если и дальше так пойдёт, то они просто скинут на страну атомную бомбу. В кино про апокалипсис они всегда так делают.
Время от времени Майк звонил родителям, говорил, что идёт домой. Пока телефон не сел. Он даже не стал заряжать его в той закусочной. Не захотел оставаться там даже ради этого. И оружие тех отморозков не стал забирать. Растратил второй магазин, отбиваясь от потерянных по дороге, и теперь мог разве что огреть противника пистолетом по голове.
Похоже, Невада и Аризона покорились потерянным. Единственный обитатель блокпоста лежал на асфальте с дыркой от пули в виске. Видимо, не захотел превращаться в зомби с тупой улыбкой на лице. Ещё пару дней назад у Майка возникла бы уйма вопросов. Почему боец застрелился, хотя у него ещё оставались патроны? И где, собственно, то, из чего он пустил себе пулю в висок? А его товарищи? Не один же он тут сидел. И почему уходя они не забрали с собой его тело? Или они все полегли в неравной схватке с потерянными? Но тогда где следы боя и трупы? Ещё пару дней назад всё это заставило бы Майка крепко призадуматься. Но теперь ему было уже всё равно.
Майк обыскал мертвеца. Нашёл М4 с одним магазином и одним зарядом в подствольном гранатомёте и рацию. Рация молчала. Тишина в эфире нарушалась только шумом помех. Похоже, в радиусе действия не было никого, с кем можно было бы связаться. Он повесил винтовку на плечо и пошёл охотиться.
БАХ
Мясо койота воняло псиной и было адски жёстким. Майк рвал его зубами, не чувствуя вкуса. Жевал и думал.
Он всегда был довольно везучим. Ему повезло переехать из Мурманска в штаты. Повезло без особого напряга закончить престижную школу и попасть в сборную США по биатлону. Он даже выиграл несколько чемпионатов. И с девушками проблем никогда не было. Словно всю жизнь судьба заранее извинялась перед ним за этот финт ушами, мол, не всё коту масленица – пора платить по счетам.
И он платил. За эти три дня он перенёс больше страданий, чем за всю свою жизнь. И похоже, закончился. Майку не давали покоя слова Юки, и перед глазами снова и снова возникала сцена вознесения её души. А что, если она права и человечество зря трепыхается?
Когда воздух заполнил тяжёлый смрад немытых тел, он уже знал, что не убежит. Подкрепления ждать неоткуда. Рация молчит, и никто не услышит его просьб о помощи. Поэтому он просто встал, поднял винтовку и по всем правилам изготовился к стрельбе из положения стоя. Девятнадцать патронов. Девятнадцать мишеней можно поразить. А дальше – последний аргумент. Почти допинг. Граната в подствольнике.
БАХ-БАХ-БАХ-БАХ-БАХ-БАХ
Затвор сухо щёлкнул, сообщая о пустом магазине. Поредевшая толпа потерянных поняла, что враг безобиден, и ускорила наступление.
– Извини, мам, – вздохнул он. – Я не приеду домой на Новый год. Говорил же, что нельзя загадывать. Скоро увидимся, Юк.
Майк улыбнулся и нажал на спусковой крючок.
Туман
Таня Андреева @tatyana_copy
– Живой? – бросил мужчина не повернувшись.
Жека приоткрыл глаза в попытке осмотреть комнату.
– Хорошо ж тебя приложило, – продолжил незнакомец. – Сначала подумал, один из них, прошёл мимо, а потом смотрю, кровь на снегу…
Комната была небольшой – квадратов двадцать-двадцать пять. Дверь плотно закрыта. Окно затянуто одеялом, поверх которого ещё задёрнуты портьеры.
Жека лежал на диване под ватным одеялом. Холодно. Метрах в двух спиной к нему сидел седовласый мужчина в тёмно-коричневой куртке. На столе перед ним мерцала свеча, отбрасывая блики на потолок.
– Живой, – согласился Жека, выдохнув пар в воздух. – Где это я?
– Садись, на вот, поешь, – мужчина протянул небольшой бутерброд со шпротами. – Не бог весть что, но и на том спасибо, – добавил он и откусил такой же.
– Звать-то тебя как?
– Жека.
– А я дед Митя, – представился незнакомец, подмигнув. – Вдвоём, согласись, оно веселее.
Деду Мите было около шестидесяти. Худощавый, среднего роста с густыми усами и множеством мелких морщин вокруг серых глаз. Он сидел в ватных штанах, тёплой кофте с высоким воротником да в куртке нараспашку.
– Давно я тут? – спросил Жека.
– Пару часов, как нашёл. Бабка ушла утром в магазин, да так и не вернулась. Ходил искать, – дед Митя замолчал, шумно выдохнул и продолжил: – Не нашёл. Уже возвращался, смотрю – лежишь. Сначала прошёл мимо, подумал, один из них. Да что-то было не так – кровь на снегу никак покоя не давала. Решил проверить. Ну а подошёл ближе, смотрю, дышишь. Я тебя на плечо и домой. Жить будешь, – подмигнул дед, улыбнувшись, – череп не задет, а шкурка заживёт.
Жека мало что помнил о сегодняшнем дне. Утром он вынес мусор и направился в соседний квартал за лекарством для сына. Внезапно город затих, небо почернело, полностью спрятав солнце, и подул сильный ветер, поднимая в воздух всё вокруг. Жека с трудом добежал до ближайшего магазина и решил там переждать стихию.
К вечеру погода успокоилась, и народ начал расползаться по домам. Он помнил, как вышел на улицу, прошёл пару метров, а дальше провал…