— Я же сказал вам…
— Следует поторопиться. Менгерхаузен говорил об автобусах, о перевозке. Вы должны этому помешать!
Бивен опустил глаза: Минна не отпускала его рукав.
— Сядьте, — повторила она. — Пожалуйста. Я еще не закончила.
Он подчинился.
— Что еще?
— На меня сегодня ночью напали.
— В Брангбо?
— Нет. В Моабите, рядом с клубом, который называется «Гинекей».
— Знаю такой.
Минна не смогла скрыть замешательства. Бивен чуть не добавил: «Гестапо знает все», но воздержался. Тот факт, что Минна фон Хассель лесбиянка, его не удивил.
— Я встречалась с подругой.
— Ну конечно.
— У меня нет таких склонностей, если вы об этом.
— Я ничего не спрашивал.
— Значит, я что-то не так расслышала.
— И что произошло?
— Было около трех часов ночи, какой-то человек пошел за мной следом…
— Вор?
— Нет. Убийца.
Вообще-то, Бивен не жаловался ни на скорость реакции, ни на свою способность применяться к обстоятельствам, но тут вынужден был признать, что обстоятельства взяли верх. Как эта попытка убийства вписывается в общую картину?
— Он ждал меня на выходе из клуба и преследовал до набережных Вестхафенского канала.
— Вы от него оторвались?
— Нет. Он поймал меня в доках, но в последний момент пощадил.
— Почему?
— Я думаю, что…
— Ну?
— Он спутал меня с кем-то другим. Когда мы оказались лицом к лицу, он понял свою ошибку.
— С кем он мог вас спутать?
— С подругой, к которой я приходила в «Гинекей». Мы были одеты совершенно одинаково.