Приняв решение после пяти лет взвешивания «за» и «против», он нехотя поменял планы под давлением извне. Лоусон выругался себе под нос и проклял того, кто отдал приказ. Но у него не было выбора. Приказам Правительства нужно было подчиняться.
На новое задание уйдет, по меньшей мере, два месяца, и месть Троттеру придется отложить. Зато у Лоусона появилось еще несколько недель на то, чтобы убивать его мысленно…
Седьмой Экваториальный Район представлял собой красную равнину, исполосованную каналами и оросительным траншеями. Воду нужно было качать, антибиотики — разбрызгивать, чтобы убить летающие в воздухе бактерии, угрожающие уничтожить ослабленные растения, а пестициды — рассыпать, чтобы извести насекомоподобных животных, поедающих оставшиеся бактерии. Эта непрекращающаяся рутинная работа, в основном, физическая по своей природе, не давала Лоусону возможности погрузиться в мысли о мести в течение дня. С наступлением ночи он, лишившись сил, падал на кровать и уже был не в состоянии придумывать новые способы убийства Троттера.
Несмотря на все усилия, команде Лоусона удалось спасти всего лишь двадцать семь процентов обычного урожая, и, отправив начальству отчет, он почувствовал, что не справился с задачей. Он сделал все, что мог, но этого оказалось недостаточно. Задание было провалено, и расплачиваться за это будут марсиане.
Лоусон осмотрел кабинет, но не нашел ни следа Троттера. Он спросил об этом его секретаршу, и та улыбнулась.
— Ах, да, вас же не было, и вы ничего не знаете, мистер Лоусон. Мистер Троттера с нами больше нет.
У Лоусона невольно подогнулись ноги, и он сел.
— Где… что случилось?
Девушка стала говорить тише, и он предположил, что ей нравится рассказывать об этом.
— Ну, мистер Лоусон, тут особо не о чем говорить, но, кажется, он встречается с замужней женщиной.
— Правда?
— Несомненно. Не понимаю, почему ему вздумалось разрушить чью-то счастливую жизнь, особенно, когда вокруг столько одиноких и привлекательных девушек. Мистер Лоусон, вы знаете, что женщин на Марсе в четыре раза больше, чем мужчин?
— К несчастью, — пробормотал он.
— Ну, в любом случае, кажется, эта женщина решила, что не может жить без мистера Троттера, и, после того, как его судили за убийство двух марсиан — вы помните о них, не так ли, мистер Лоусон?
Он кивнул — он все прекрасно помнил.
— Так вот, после того, как его судили и отпустили, она погрозила ему, что, если он не уедет отсюда вместе с ней, то она обо всем расскажет своему мужу. Для мистера Троттера это закончилось бы плачевно. Новости быстро дошли бы до начальства, и мистера Троттера ждало бы разбирательство, его бы уволили и занесли в черный список, а, может, даже оштрафовали бы за моральный ущерб. Поэтому он решил, что лучшим выходом будет написать заявление об увольнении и поехать с ней. А самое смешное заключается в том…
— Тут есть еще и что-то смешное?
— Конечно! Суть в том, что… в общем, муж этой женщины ни о чем даже не догадывается и думает, что она улетела на Землю, чтобы встретиться с матерью!
— Откуда вы об этом узнали? — настойчиво спросил Лоусон.
— Мистер Лоусон, да всем об этом известно. История ходит по всему городку. Даже марсиане распространяют слухи!
Слухи, подумал Лоусон, намеренно пущенные слухи. Он знал Троттера лучше других и был знаком с женщиной, которой тот уделял внимание последние несколько месяцев. Это была пожилая вдова, и ни о каких мужьях не могло быть и речи. Ее помыслы были чисты, а, в свете ее положения, чистым был и Троттер. Он бы никогда не убежал отсюда, как с ней, так и от нес.
Его забрали. Лоусон вспомнил о докторе Ло-Мран и об ее тихом обещании отомстить за смерть своих сыновей и понял правду. То, что слухи разошлись по всему городу и даже добрались до марсиан, было не случайно. Троттер попал им в руки, и они специально распустили слухи, возможно, даже подложили фальшивые улики, чтобы направить следователей по ложному пути.
Марсиане обхитрили всех, но только не Лоусона. И если Троттер был уже мертв, если они лишили его возможности отомстить, он позаботится о том, чтобы их наказали по всей строгости закона.
Лоусон провел оставшуюся часть дня в кабинете, почти не обращая внимания на то, чем он должен был заниматься. Когда рабочий день закончился, он сел на скутер и направился прямо к дому доктора Ло-Мран.
Над головой была серая темнота позднего вечера, маленькое яркое солнце уже начало садиться, а на небе появились первые тусклые звезды. Два крошечных спутника неслись за облаками, словно убегая друг от друга. В марсианской части города уже блестела длинная осветительная труба наверху, отбрасывающая странный зеленый свет, лучше всего подходящий для марсианских глаз.
Лоусон припарковал скутер, прикрепил его, при помощи магнитного замка, к специальному стальному столбу и зашагал к двери большого серого дома. Марсианину это здание показалось бы вполне удобным жилищем, светящимся ультрафиолетовым излучением и уж точно не чрезмерно роскошным. А Лоусону дом напомнил унылую лачугу-переростка.
Когда он поднял руку, чтобы позвонить, дверь открылась, и в проеме появился марсианин.
— Мистер Лоусон? — спросил тот. — Вас уже ждут.
Значит, Ло-Мран знала, что он все поймет и придет сюда. Войдя в дом, Лоусон мрачно улыбнулся сам себе.
Внутри он обнаружил стандартную марсианскую обстановку: на полу были кресла на магнитной подушке и изящные раздвижные столики, на стенах — барельефы. На потолке висели банки и коробки всех видов и размеров, любую из них можно было достать, нажав на соответствующую кнопку на стене.