Тётя Люси кивнула, но Молли не была уверена, что она её слышала. Она поднялась, тяжело опираясь руками о край стола, потом метнулась в угол и подхватила на руки Питера: тот уже потянулся к корзинке Берти. Малыш возмущённо завыл, но тётя Люси не стала его утешать и качать на руках – она молча вышла из кухни, прижимая к себе ревущего ребёнка.
Задняя дверь распахнулась, и в кухню ворвались Джон с Роуз.
Молли устало обернулась к ним.
– Ужин готов? – спросил Джон.
– Нет, – отозвалась Молли ровным, бесцветным голосом. – И, наверное, ужина уже не будет. В хлебнице должен быть хлеб.
– Что случилось? – нахмурился Джон. – Ты не заболела? Ты какая-то странная.
Роуз подошла к Молли, прильнула к её плечу и принялась гладить по голове.
Молли положила руки на стол и прижалась к ним лбом.
– Тётя Люси хотела, чтобы Роуз поговорила с её мужем. Пришлось ей признаться, что Роуз не разговаривает с духами мёртвых, и тётя Люси… расстроилась.
Она услышала тихий вздох и почувствовала, как напряглась рука Роуз.
Джон долго молчал, а потом выпалил, сердито глядя на Молли:
– Я сразу сказал, что затея идиотская!
– Ты такого не говорил! – Молли резко выпрямилась. – Ты нас поддержал! И помог нам с привидением на кладбище. А теперь хочешь отмазаться? Вроде как ты ни при чём?
– Всё равно мне не нравилась эта идея, – пробормотал Джон. – Я помогал, потому что хотел заступиться за Роуз. – Он схватил сестру за руку и оттащил от Молли. Роуз споткнулась, возмущённо вскрикнула и сердито оттолкнула брата. Но осталась стоять на месте, не попытавшись вернуться к Молли. – И что теперь? А вдруг тётя Люси нас выгонит из-за твоих глупых выдумок?
– Значит, это я во всём виновата? – с горечью проговорила Молли.
Она так и не поняла: он действительно считает её виноватой, или ему просто нужно обвинить кого-то другого, чтобы не винить себя.
Джон что-то буркнул себе под нос и, громко топая, вышел из кухни. Роуз поплелась следом за ним, а в дверях обернулась и с тревогой посмотрела на Молли растерянными глазами.
Глава четырнадцатая
В тот вечер тётя Люси так и не вышла из своей комнаты. Уже совсем поздно ночью Питер проснулся и громко расплакался, и тётя Люси встала его успокоить. Молли слышала её шаги за стеной. Она не спала – сидела в кровати и размышляла, что, наверное, надо пойти к тёте Люси и сказать, что ей жаль, что всё так получилось. Но она никуда не пошла. Не сумела набраться смелости.
Утром Молли проснулась сама, её никто не разбудил. Да, сегодня суббота, и в школу не надо, но всё равно как-то странно просыпаться так поздно. Намного позже обычного, если судить по тому, что за окном совсем светло. В любой другой день Роуз давно бы её разбудила. Она всегда будила Молли и просила помочь ей нарезать хлеб к завтраку, хотя прекрасно справилась бы и сама – но ей нравилось, когда Молли делала всё за неё.
Сегодня Роуз всю ночь проспала в своей кроватке.
Молли быстро оделась и побежала вниз. Ей нужно скорее найти тётю Люси и всех остальных и поговорить с ними, пусть даже она совершенно не представляет, что им сказать.
Даже Берти не выбежал ей навстречу.
Когда Молли была уже на середине лестницы, снизу донёсся громкий стук в дверь. Молли испуганно замерла и попятилась. Но тут же встряхнулась и отругала себя за глупость. Это наверняка почтальон. Она поскорее спустилась вниз и открыла дверь.
Это был не почтальон. На крыльце стояла миссис Теннант, жена викария, а рядом с ней – полицейский. И даже не их марш-эндовский полицейский, папа Мартина, а какой-то совсем незнакомый. Молли никогда раньше его не видела.
На них всё-таки кто-то наябедничал из-за проделки на кладбище? Спустя столько времени? Молли застыла на пороге, растерянно глядя на нежданных гостей.
Миссис Теннант улыбнулась Молли, но выглядела она встревоженной и расстроенной. Она была близкой подругой тёти Люси и, часто бывая у них в гостях, всегда приносила что-нибудь вкусное к чаю или пару яиц от своих кур. Именно миссис Теннант, ведающая распределением эвакуированных в Марш-Энде, позаботилась о том, чтобы к тёте Люси никого не подселили – она за неё беспокоилась и боялась, что ей будет трудно справляться…
Молли ещё крепче вцепилась в дверную ручку, глядя на незнакомого полицейского. У неё кружилась голова, а в голове бешеным вихрем кружились мысли. Может, это её наказание за выдумку с общением Роуз с духами мёртвых? Божья кара, или рука судьбы, или просто ужасное невезение.
– Кто-то пришёл? – крикнула тётя Люси из кухни. Молли услышала, как включилась вода в кране над кухонной раковиной. Видимо, тётя Люси была в огороде, копалась на грядках и теперь моет руки, прежде чем выйти к гостям. В коридор, скользя когтями по натёртому полу, выскочил Берти. Молли присела на корточки, чтобы его погладить, и он тут же принялся облизывать ей лицо. Она боялась поднять глаза: вдруг тётя Люси всё ещё на неё сердится?!
– Молли! Что же ты держишь гостей на пороге?! Пригласи их войти. – Тётя Люси вышла из кухни с Питером на руках. – Здравствуй, Эмма.