Три секрета под одной крышей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– И как это связано с вашим побегом? Я не понимаю…

– Пошли разговоры, что собаки могут взбеситься, испугавшись бомбёжек. У нас рядом с домом ветеринарная клиника, и я видела очередь… человек пятьдесят, может даже больше… Люди привели к ветеринару своих собак, чтобы они их усыпил. И кошек тоже.

– Но зачем?

Молли пожала плечами:

– Не знаю. Я тоже не понимаю, зачем это нужно. Просто люди и сами боятся бомбёжек. Все были в панике. Носились по улицам как сумасшедшие, искали чёрные шторы для затемнения, переживали, хватит ли на всех бомбоубежищ. Вы, наверное, не знаете, вы тогда уже уехали в эвакуацию… Но в тот день, когда объявили войну, сразу после того как по радио передали речь мистера Чемберлена, в Лондоне включились сирены воздушной тревоги. – Молли закрыла глаза, вспоминая тот жуткий день. – Одна женщина с нашей улицы… Она бежала в бомбоубежище и всю дорогу кричала. Я о ней совершенно забыла, а теперь вспомнила. Мама считала, что Берти точно взбесится, когда начнутся бомбёжки. Так она говорила. Но мне кажется… – Молли с трудом сглотнула. – Мне кажется, она просто хотела избавиться от всего, что не жизненно важно. Потому что никто не знает, что будет дальше.

– И вы сбежали, чтобы его не усыпили?

– Да. – Она на секунду замялась, но всё же решила рассказать Джону и Роуз то, о чём не осмелилась рассказать девочкам в поезде. Всё-таки Джон рассказал ей, как их предал отец. Это очень тяжёлая, горькая правда. Значит, и Молли скажет им правду. – Но Тома я не забрала. Это наш кот. Он выскочил из корзинки по дороге к вокзалу. Мама собиралась усыпить и его тоже, но мне пришлось его бросить. Я бы точно его не догнала.

Роуз смотрела на неё широко распахнутыми глазами, прижимая к груди своего рыже-коричневого плюшевого котёнка. Молли стало так стыдно, что она отвела взгляд:

– И я не знаю, что с ним стало. – Она принялась нервно вертеть пуговицы на кофте, только чтобы не смотреть на ребят, а потом вздрогнула от неожиданности, когда Роуз подошла и обняла её за шею. Никто не обнимал Молли, с тех пор как она тайком вышла из дома уже почти две недели назад. Молли замерла точно статуя, боясь пошевелиться. Ей так не хотелось, чтобы Роуз разжала руки.

Глава девятая

В течение следующих недель Молли не раз убедилась, что путешествовать компанией гораздо приятнее, чем в одиночку. И дело не только в том, что всегда есть с кем поговорить. Ночи становились всё холоднее, но если теснее прижаться друг к другу, то спать в амбарах и садовых сараях – а однажды и вовсе под крыльцом крикетного павильона – не так уж и плохо. Обычно Роуз ложилась посерединке, Молли и Джон – по бокам от неё, а Берти плюхался сверху, вытянувшись поперёк на всех троих. Когда Джон и Роуз жили у Кемпов, их заставляли работать на ферме: кормить кур и собирать яйца, – и теперь эти навыки очень им пригодились. Джон объяснил Молли, что куры не всегда несутся в положенном месте, и если как следует поискать в траве вокруг курятника, то можно найти яйцо или даже пару яиц. Сначала Молли не видела в этом смысла – во всяком случае, для себя: она никогда в жизни не стала бы есть яйца сырыми, – но у себя в школе Джон состоял в скаутском отряде и умел разводить костёр и готовить еду на огне. Он научил Молли запекать яйца в золе от догоревшего костра.

И, в отличие от Молли, его вовсе не мучила совесть из-за краж. Джону всё виделось так: они ещё дети и о них должен кто-то заботиться. Но поскольку никому до них дела нет, они заботятся о себе сами, и иногда это подразумевает: надо взять что-то без спроса. Свою точку зрения он объяснял вдумчиво и убедительно, и в его изложении всё казалось вполне логичным. Но по ночам, наедине со своими мыслями, Молли всё-таки сомневалась в его правоте. Впрочем, она каждый раз убеждала себя, что Джон прав. Без него Молли и Берти, наверное, давно бы уже умерли с голоду.

Но они всё равно голодали, все четверо. И чем холоднее становилось на улице, тем сильнее хотелось есть. Сентябрь выдался солнечный и теплый, а в октябре зарядили дожди, затяжные холодные ливни, а значит, теперь Молли, Джону, Роуз и Берти придётся ходить промокшими и продрогшими постоянно. Берти заметно прихрамывал: от вечной влажности у него распухли подушечки лап, кожа на них стала нежной и очень ранимой. У Молли совсем развалились ботинки, и ей пришлось надеть летние сандалии, в которых ноги промокали мгновенно.

Молли тратила деньги очень экономно, буквально по пенсу за раз – на хлеб или печенье, – и, пока она расплачивалась у кассы, Роуз потихонечку прятала в рукав коробок спичек. Но теперь они обе стали такими оборванными и грязными, что продавцы сразу же напрягались, как только они заходили в магазин, и не сводили с них бдительных глаз. В общем-то, Молли их понимала. Мама, наверное, и вовсе бы не впустила их с Роуз к себе в магазин. А если бы и впустила, то Стелла уж точно ходила бы за ними по пятам и следила, чтобы они ничего не украли.

Воровать в садах и огородах оказалось значительно проще. Главное – убедиться, что во дворе нет никого из хозяев. В основном они жили на украденных яйцах, фруктах и овощах. Однажды Роуз заставила их украсть кабачок. Он был огромный и очень тяжёлый. Там же, на грядке, рос кабачок ещё больше, но такую громадину они бы просто не утащили, и Джон сказал, что было бы несправедливо забирать у людей призовой овощ. Молли вообще была против любых кабачков, потому что никыто из них не умел их готовить, но Джон ответил, что кабачок можно разрезать на маленькие кусочки и запечь на костре. И они всё-таки его взяли, потому что Роуз устала, промокла, и была такая несчастная, и просила именно кабачок. Она несла его на руках, как ребёнка, и расплакалась, когда Джон начал его разрезать перочинным ножом. Кабачок оказался не очень вкусный, но они всё равно его съели.

Осень близилась к середине, фруктов и овощей становилось всё меньше и меньше. В ближайшей округе почти не осталось садов, где ещё не собрали урожай яблок и слив. Иногда в чьём-нибудь огороде находилась грядка моркови или зелёной фасоли, но «улов» был небогат. Ежевика почти сошла, а у Молли в кармане остались последние два шиллинга.

Когда дети нашли сад, где ветки яблонь буквально клонились под тяжестью яблок, а огромный огород оказался неубранным и частично зарос высокой травой, их охватила настоящая радость. Значит, сегодня – впервые за много дней – им не придётся ложиться спать голодными. Но во дворе кто-то сидел. Какая-то женщина, видимо хозяйка дома. Хотя лил дождь, женщина сидела в шезлонге посреди лужайки у дома и задумчиво смотрела куда-то вдаль. Молли первая заглянула во двор сквозь приоткрытые ворота в высокой кирпичной стене. Женщина сидела так неподвижно, что Молли даже не сразу её заметила. Она обернулась к Джону и Роуз, чтобы их позвать, но Джон вдруг сделал большие глаза, прижал палец к губам, а другой рукой указал на шезлонг посреди мокрой лужайки.

– Можно где-нибудь подождать и вернуться, – прошептала Молли. – Вы видели, сколько там яблок? А в огороде растёт морковь.

Молли уже начала разбираться в съедобных растениях и узнала пушистую морковную ботву. Морковь можно есть прямо сырой, она сладкая, вкусная и достаточно сытная. Уж точно сытнее яблок. Трое детей дошли до конца старой кирпичной стены, отделяющей сад от дороги, и спрятались в небольшой рощице неподалёку. Ветки деревьев хоть как-то защитили их от дождя, но всё равно было холодно и промозгло. Джон и Молли приплясывали на месте, обхватив себя руками за плечи. Роуз примостилась на чемодане Молли и вся сжалась в несчастный промокший комочек.

– Она же не станет сидеть там весь день, – сказала Молли, убирая с лица мокрые волосы.

– И охота же человеку мокнуть под дождём, – пробурчал Джон. – У неё есть свой дом. Большой, тёплый дом.

– Может, она любит дождь? – неуверенно предположила Молли. Ей было сложно представить, что на свете есть люди, которые так любят дождь. Кто станет мокнуть нарочно, когда можно не мокнуть?

– Я залезу на стену и посмотрю, что и как, – сказал Джон.

– Она тебя увидит!

– Я только быстренько гляну. Она не заметит.

Он снял промокшее пальто – всё равно от него никакого толку, – подбежал к стене, ловко вскарабкался наверх, цепляясь за выбоины в старой кирпичной кладке, и осторожно заглянул в сад.

– Её нет, – обернулся он к девочкам. – В шезлонге нет точно. И в саду вроде бы тоже. Но тут плохо видно, деревья мешают. – Он подтянулся и уселся на стену верхом, свесив ноги с двух сторон. – Да, её нигде нет. Я спущусь и нарву в огороде побольше всего.

– Подожди! – крикнула Молли. Она подумала, что, наверное, лучше дождаться, когда стемнеет. Но Джон уже полез вниз. Теперь Молли видела лишь его бледные пальцы, вцепившиеся в верхний край стены.

Молли с Роуз стояли внизу, прислушиваясь в ожидании, когда с той стороны донесётся глухой удар, означающий, что Джон спрыгнул на землю. Но вместо удара раздался крик – и звон разбитого стекла.

– Что случилось?! – взвизгнула Молли.