Треблинка. Исследования. Воспоминания. Документы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

3. Однако были такие, которые, уже даже став убийцами, готовы были пойти на риск и пытались искупить вину побегом и кровью. Эти вахманы выбирали путь борьбы с немцами, присоединяясь к партизанам. Беглецы тоже боялись наказания, поэтому скрывали службу в лагерях смерти, но они раскаивались в содеянном, хотели отомстить за страдания в лагерях для военнопленных и за совершенные совместно преступления. Таким образом, для большинства вахманов решающим стимулом для трудного выбора: оставаться в рядах убийц и изменников, встать на путь борьбы с немцами или просто бежать и всевозможными способами скрыть сотрудничество с врагом, были победы Красной Армии, особенно после разгрома немцев под Сталинградом в феврале 1943 г.

Одним из первых осенью 1942 г. бежал из Треблинки служивший в лагере со дня его основания вахман Певцов, до войны солист одного из московских театров, попавший в плен в 1941 г.[198] В октябре 1942 г. бежал из Треблинки вахман Михаил Бородин[199].

Роттенвахман СС Сергей Василенко, служивший в Треблинке с июня 1942 г. до осени 1943 г., и обервахман СС Михаил Горбачев, служивший в Треблинке с сентября 1942 г. до марта 1943 г., во время процесса в Киеве на судебном заседании 21 марта 1962 г. показали: «Бежать из Треблинского лагеря смерти было очень трудно. Вахманы Хохлов, Поляков и другие бежали из лагеря, но они были пойманы поляками. Приведены в лагерь. ‹…› Всех вахманов выстроили возле ^“лазарета” и всех их расстреляли. ‹…› Поэтому бежать из лагеря было бесцельно. ‹…› Поляки выдавали бежавших из Треблинского лагеря вахманов потому, что были запуганы немцами»[200].

В феврале 1943 г. из Треблинки бежал вахман Сергей Сергеев, служивший в лагере с августа 1942 г. Он был пойман в лесу и передан гестапо. Вместе с ним бежал и Владимир Хлопячий, который добрался до Варшавы и жил под чужой фамилией[201].

В июле 1943 г. бежали из Треблинки обервахманы Василий Руденко и Николай Осичанский[202]. Оба под чужими фамилиями жили в Варшаве. Вахман Алексей Поляков также бежал из Треблинки, однако, по словам его сослуживца Кирьянова, был убит[203]. Вахман Талич (Тадич), до войны проживавший в Воронежской области, в июле 1943 г. пытался бежать из Треблинки, но был пойман и расстрелян[204]. Расстрелы совершались для устрашения других вахманов и подавляли волю к сопротивлению. Однако побеги не прекращались. Тем же летом 1943 г. из Треблинки бежал и вахман Василий Бульченко[205].

Об обстоятельствах некоторых побегов известно более подробно. Надо отметить, что ни один из вахманов, совершивших побег не к партизанам, а с целью начать новую жизнь в Польше со своими подругами, не бежал с пустыми руками. В начале сентября 1943 г. из Треблинки бежал обервахман Павел Лелеко. Его девушка Модеста Боровая, с которой он состоял в интимных отношениях, происходила из деревни Кутаски, что неподалеку от Треблинки. Она раздобыла для возлюбленного фальшивый паспорт на имя Казимира Возняка. За этот документ П. Лелеко заплатил 10 тыс. злотых. По его словам, при побеге из лагеря он взял с собой ценности – 55 руб. золотом, 12 золотых колец, 100 долларов и несколько золотых часов. После побега П. Лелеко вместе с девушкой перебрался в Варшаву, где работал на железной дороге Варшава – Прага до момента ареста[206].

В октябре 1943 г. дезертировал из Треблинки и проживал в Варшаве под фамилией Калиновский до своего ареста вахман Михаил Кирьянов[207]. Вахман Иван Ткачук перед ликвидацией лагеря смерти Треблинка бежал в ноябре 1943 г. в город Люблин, а затем в Гдыню. В феврале 1950 г. он, боясь ареста за службу у немцев, пытался перебраться из Польши в Швецию, но 14 февраля был задержан в порту Гдыня на борту шведского парохода и передан польскими властями командованию Советской Армии[208].

Колонисты-охранники лагеря смерти

В конце 1943 г. после ликвидации лагеря смерти Треблинка кирпичные здания и душегубку разломали, ямы заровняли, пепел сожженных трупов смешали с песком и рассеяли по полю. Всю территорию лагеря вспахали и посеяли траву люпин (люцерну). На месте лагеря построили кирпичный дом[209]. Цугвахманам СС Освальду Штребелю (в советских документах – Штрейбель), Александру Егерю и обервахману СС Николаю Демидюку было приказано остаться на территории бывшего лагеря и охранять его, «чтобы местное население на территорию лагеря не допускать»[210].

Построенный кирпичный дом немцы записали на Освальда Штрейбеля и разрешили ему привезти семью. На допросе 15 апреля 1948 г. А. Егерь показал: «Штрейбель привез в Треблинку свою жену – Штрейбель Антонину, и тещу (фамилию не знаю), и сестру жены – Верман Эльфриду с двумя детьми. Немецкое командование Треблинского лагеря № 1, а именно фон Ойпен, которому мы были подчинены, выдал в личное пользование Штрейбелю две лошади, две коровы, телку, овец, кур и свиней ‹…› вместе со Штрейбель выезжал в Житомирскую область за своей семьей и Николай Демидюк, но по неизвестной мне причине семью не привез. В конце 1943 г. женился на полячке. ‹…› В январе 1944 г. фон Ойпен разрешил мне жениться на украинке Тимофеенко Надежде Евстафьевне, которая работала официанткой в Треблинском лагере смерти. Я с ней жил до 15 июля 1944 г. на территории Треблинки»[211].

Николай Демидюк, женившись на полячке, с ее помощью приобрел документы на имя Павла Степановича Григорчука, уроженца с. Руда Холмского повята Люблинского воеводства. Однако продолжал служить под фамилией Демидюк[212].

Чтобы представить, в каком месте счастливо жили семьи троих «поселенцев» в 1944 г., как и где играли их дети, чем они дышали, приведу строки из бюллетеня Главной комиссии по расследованию немецких зверств в Польше. Речь идет о лете 1945 г. В результате судебно-медицинского осмотра территории лагеря Треблинка установлено, что «имеется масса пепла, смешанного с песком. В песке встречаются многочисленные человеческие кости, часто с остатками разлагающегося мяса. ‹…› На расстоянии несколько сот метров чувствуется противный запах паленого и разложения, усиливающийся при приближении»[213]. Можно предположить, что вахманы привыкли к тошнотворному запаху разлагающихся тел. А как чувствовали себя семьи – жены и дети – вахманов, жившие и игравшие даже вовсе не на кладбище…

Возмездие

Всего за время существования лагеря смерти Треблинка в нем в разное время служили более 240 вахманов. Поиски их велись спецслужбами СССР с 1944 по 1988 г. Нижеследующие неполные списки составлены по документам следствия. К высшей мере наказания были приговорены и приговор приведен в исполнение в отношении 45 вахманов СС, служивших в лагере смерти Треблинка: Бородин Дмитрий, Бондарь Петр, Василенко Сергей, Гапиенко Григорий, Горбачев Михаил, Гончаров Петр, Егерь Александр, Левчишин Филипп, Карплюк Яков, Кирьянов (Калиновский) Михаил, Козлов Павел, Коротких Дмитрий, Кулак Николай, Куринный Иван, Лелеко Павел, Мачулин Иван, Полищук-Шкарупо Михаил, Остапенко Андрей, Парфенюк Евдоким, Прищ Самуил (Евгений), Рекало Никита, Рожанский Валентин, Рябеко Федор, Рябцев Прокофий, Сеник Николай, Сирота Григорий, Скакодуб Николай, Стрельцов Антон, Терехов Иван, Ткачук Иван, Федоренко Федор, Шалаев Николай, Шевченко Иван, Шульц Эммануил, Федоров Николай, Щербак Николай, Ялынчук (Еленчук) Василий, Аккерман А. В., Бесовский С. И., Денисенко Ф. Т., Ихно (Ивахненко) И. Г., Пащенко Н. Ф., Паевщик Н. В., Олюнин В. В., Шенмайер Ф. Г.

Значительная часть из 194 нижеперечисленных вахманов была найдена и приговорена к различным срокам заключения в ИТЛ сроком на 25 лет с последующим поражением в правах сроком на 5 лет (на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 мая 1947 г. об отмене смертной казни)[214]. Однако после Указа Президиума Верховного Совета СССР от 17 сентября 1955 г. «Об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупантами в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.», многие из осужденных, которым удалось скрыть участие в карательной деятельности, были амнистированы и в 1955–1956 гг. вышли на свободу. Позже некоторые из них были привлечены к ответственности «по вновь открывшимся обстоятельствам» и приговорены к расстрелу. Их фамилии входят в первый список. Некоторые убийцы так и не были найдены, другие нашли убежище в США, ФРГ, Австралии. Известно, что травниковцы Михаил Дудник и Петр Шилов обосновались в Австралии, а их сослуживец Федор Федоренко – в США, но в 1984 г. он все-таки был депортирован в СССР.

Алексеев Иван, Алексеенко Яков, Бабенко Федор (Петр), Балакарь (Болокарь) Ефим, Бежан Жорж, Бинеман Франц, Бобрик Андрей, Бондаренко Йохан (Иван), Бондаренко Николай, Борисенко Иван, Бородиняк Михаил, Боющик (Бающик) Николай, Браун Анатолий, Брик Федор, Бульченко Василий, Буряк Яник, Бучаринов Петр, Вагнер Йохан (Иван), Ведерников Михаил, Вилчун Федор, Вилчинский Владимир, Войтенко Дмитрий, Волошенко Александр, Вороньков (Воронко) Василий, Галескеров Анвар, Гиатулин Касым, Гирманчук Иван, Говоров Леонид, Губер Иван, Деменчук Иван, Демиденко Николай, Демидюк Николай (Григорчук Павел), Демитренко Андрей, Донченко Петр, Дорофеев Николай, Доценко Денис, Дудник (Дудников) Михаил, Душенко Федор, Дьяченко Семен (Григорий), Дьячук Роман, Жук Иван, Журавлев Василий, Завиденко Трофим, Звездун Иван, Зинковский Петр, Кайзер Александр, Кандзюба Иван, Каплун Леонид, Кейр Эвальд, Керезор Яков, Кирилюк Василий, Коваленко Жорж, Коваль Петр, Козлов (Козловский) Павел, Кондратенко Иван, Коротких (Пилсудский) Михаил, Кравцов Иван, Кравченко Корней, Кривенко Иван, Кроворотенко Петр, Кудашенко Тодя (Иван), Кудель Виктор, Кузминский Ананий, Кулинич Алексей, Лебеденко Николай, Лисковский Михаил, Литвинов Федор, Мазур Петр, Малогон Николай, Макаренко Иван, Малышев Николай, Манзюк Михаил, Марко Йозеф, Марченко Иван, Мартошенко Филипп (Михаил), Матус Карл, Мельник Григорий (Федор), Мещеряков Иван, Милютин Алексей, Михайлов Иван, Москаленко Александр, Москалев Степан, Москун Иван, Мундир Анатолий, Нагорный Леонид, Недозрелов Николай, Никитин Федор, Овсянников Василий, Осичанский Николай, Орунеа Арно, Островерг Иосиф, Павлий Николай, Попрыщен Иван, Паращенко Александр, Пашков Семен, Поляков Алексей, Понамарев (Пономарь), Иван Попов, Прохоренко Дмитрий, Прохоренко Кирилл, Радченко Петр, Резниченко Григорий, Ритих Александр, Робертус Давид, Романчук Александр, Рубец Григорий, Руденко Василий, Рябоконь Филипп, Рябчинский Виктор, Савенко Яков, Савицкий Василий, Савчук Роман, Садыков Саки, Саитов Абдурахман, Сафонов Иван, Сафронов Борис, Сергеев Сергей, Сидоренко Григорий, Синковский (Зинковский) Петр, Сиротенко Александр, Скидан Егор, Стежка Иван, Склюдов Иван, Степаненко Константин, Столетний Григорий, Тадич Петр, Тарасов Иван, Титаренко Владимир, Ткачук Григорий, Унрау Якоб, Усов Николай, Устюченко Михайло (Михаил), Фоменко Василий, Хайда Бронислав, Хайчук (Гайчук) Франц, Хамулин Виктор, Харьковский Семен, Хлопячий Владимир, Циба Станислав, Цицурин Иван, Чаусов Жорж, Чернявский Владимир, Черняков Григорий, Чичмаренко Николай, Чурилов Вильгельм (Василий), Феслер Пауль (Павел), Филиппов Иван, Шапар (Шапаров) Иван, Шарковский (Черковский) Семен, Шевченко Тимофей, Шейко Михаил, Шефер Николай, Шилов Владимир (Василий), Шилов Петр, Ширяев Василий, Шпак Димитрий, Штрейбель Освальд, Шишаев Николай (Василий), Юшкин Александр, Яворов Федор, Янович Владимир, Ярош Дмитрий., Нуртдинов Н. С., Галактионов В. П., Белан, Бернацкий, Бугаенко, Ведерников, Волосян, Квашук, Лесковский, Лех, Лисичанский, Михайлюк, Драгальчук, Поляков, Сенников, Удовенко, Черников, Шибен (Щибен), Шуст, Гадискаров, Певцов, Феликс, Хелюк.

В Треблинке № 1 служили вахманы: Аманавичус Владас, Балчис Вильгельм, Гузганогов Яков, Колгушкин, Кобылко Андрей, Лейч Николай, Свитерский Франц, Кайрис Людвиг, Лукоша, Янушкин.

Документальные приложения

1. Приговор Военного трибунала Киевского военного округа, 31 марта 1962 г.

31 марта 1962 года. Военный Трибунал Киевского военного округа в составе: председательствующего полковника юстиции Захарченко и народных заседателей капитана Кононова и старшины Клименчука, при секретарях Лавриненко и Чепелюк, с участием ст[аршего] пом[ощника] военного прокурора КВО подполковника юстиции АРИКЬЯНЦА и адвокатов ГЛАБАЙ, МАКСИМЕНКО, НИКОЛАЕВА, ГРЕХОВА, СМОЛЕНСКОГО, БОЛХОВИТИНОВА и КАРПЕНКО в закрытом судебном заседании в городе Киеве рассмотрел дело по обвинению бывших военнослужащих Советской Армии:

1) ГОРБАЧЕВА Михаила Петровича, 1922 года рождения, уроженца села Ардабьево Елатомского района Рязанской области, русского, беспартийного, с образованием в объеме 9 классов, женатого, до ареста проживавшего в гор[оде] Ангарске Иркутской области и работавшего слесарем-сантехником предприятия п/я 86/1;

2) ВАСИЛЕНКО Сергея Степановича, 1917 года рождения, уроженца и жителя села Ленино Радомышльского района Житомирской области, украинца, беспартийного, с образованием в объеме 3 классов, женатого, до ареста работавшего в колхозе по месту жительства;

3) ПРИЩА Самуила Мартыновича, 1913 года рождения, уроженца и жителя села Молчановка Ракитнянского района Киевской области, украинца, беспартийного, с образованием в объеме 2 классов, женатого, до ареста работавшего в колхозе по месту жительства;

4) ГОВОРОВА Алексея Евсеевича, 1916 года рождения, уроженца села Малиново Краснозоренского района Орловской области, русского, беспартийного, с образованием в объеме 7 классов, женатого, до ареста проживавшего в пос[елке] Кулига указанного выше района и области и работавшего в колхозе «40 лет Октября»;

5) ТЕРЕХОВА Ивана Сергеевича, 1922 года рождения, уроженца деревни Тереховка Солнцевского района Курской области, русского, беспартийного, с образованием в объеме 7 классов, женатого, до ареста проживавшего в пос[елке] Нелькан Оймяконского района Якутской АССР и работавшего диспетчером автопарка прииска Нелькан;

6) КАРПЛЮКА Якова Андреевича, 1916 года рождения, уроженца села Кошелев Новоград-Волынского района Житомирской области, украинца, беспартийного, с образованием в объеме 4 классов, женатого, до ареста проживавшего в селе Токарев указанного выше района и области и работавшего в колхозе;

7) ЛЕВЧИШИНА Филиппа Федоровича, 1913 года рождения, уроженца и жителя села Мазуровка Тульчинского района Винницкой области, украинца, беспартийного, с образованием в объеме 5 классов, женатого, до ареста работавшего дезинфектором Тульчинской райбольницы;

8) КУРИННОГО, его же КУРЕННОГО, Ивана Николаевича, 1921 года рождения, уроженца села Петропавловки Городищенского района Черкасской области, украинца, беспартийного, с образованием в объеме 7 классов, женатого, до ареста проживавшего в гор[оде] Багратионовске Калининградской области и работавшего стрелочником жел[езно]дор[ожной] станции Багратионовск;

9) БОРОДИНА Дмитрия Андреевича, 1918 года рождения, уроженца пос[елка] Маслов Хутор Воловского района Тульской области, русского, беспартийного, с образованием в объеме 5 классов, женатого, до ареста проживавшего в гор[оде] Железногорске Курской области и работавшего мастером дорожно-строительного района № 5;

10) ПАРФИНЮКА Евдокима Семеновича, 1910 года рождения, уроженца и жителя села Терновки Новоград-Волынского района Житомирской области, украинца, беспартийного, с образованием в объеме 3 классов, женатого, до ареста проживавшего по месту жительства и работавшего в колхозе;

[198] АЯВ. JM-23/505. Л. 555.

[199] АЯВ. TR-18/42 (3). Л. 238.

[200] АЯВ. TR-18/62 (36). Л. 93, 101–102.

[201] АЯВ. JM-23/505. Л. 552, 555; TR-18/62 (33). Л. 83, 86–87.

[202] АЯВ. JM-23/505. Л. 555–556; TR-18/62 (33). Л. 86.

[203] АЯВ. TR-18/42 (3). Л. 238.

[204] АЯВ. TR-18/62 (17). Л. 36.

[205] АЯВ. JM-23/505. Л. 552.

[206] АЯВ. JM-23/505. Л. 509, 536, 601.

[207] АЯВ. TR-18/42 (3). Л. 237; TR-18/62 (33). Л. 79.

[208] АЯВ. М-37/290. Л. 2–3.

[209] АЯВ. TR-18/68 (33). Л. 132.

[210] АЯВ. TR-18/68 (33). Л. 133.

[211] АЯВ. TR-18/68 (33). Л. 133, 144. В других документах указано имя Анастасия. См.: АЯВ. TR-18/62 (23). Л. 67, 75; М-37/290. Л. 224–225.

[212] АЯВ. М-37/290. Л. 224–225.

[213] АЯВ. TR-18/68 (33). Л. 222. В деле документ на русском языке переведен с польского.

[214] АЯВ. TR-18/62 (7). Л. 29, 40, 44.