Анекдоты и предания о Петре Великом: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Дозволено цензурою. С.-Петербургъ. 8 Мая 1896.

Типографія Инж. Г. А. Бернштейна, Орловскій пер., №1.

ПЕТРЪ ВЕЛИКІЙ.

(Род. 30 мая 1672 г., ум. 28 янв. 1725 г.)

Предисловіе.

Ив. Ив. Голиковъ — авторъ «Дѣяній Петра Великаго», изъ которыхъ заимствованы главнымъ образомъ настоящіе анекдоты и преданія о Петрѣ Великомъ — родился около 1735 года въ городѣ Курскѣ. Отецъ его былъ одинъ изъ богатѣйшихъ мѣстныхъ купцовъ. У приходскаго дьячка Голиковъ научился читать по церковно-славянски и кое-какъ писать, что и составило весь кругъ его воспитанія, такъ какъ въ Курскѣ, по его словамъ, научиться въ то время больше было буквально нечему. Для любознательнаго мальчика оставалось одно средство къ полученію образованія и умственному развитію — чтеніе, но и этому мѣшала скудость книгъ во всемъ городѣ. Случайно первымъ самостоятельнымъ чтеніемъ Голикова были рукописныя тетради о нѣкоторыхъ событіяхъ царствованія Петра Великаго. Это чтеніе навсегда рѣшило его судьбу; въ немъ, несмотря на его малолѣтство, пробудилось сильное желаніе знать о Петрѣ болѣе, — но для этого надо было уѣхать изъ Курска.

Судьба, хотя и жестокимъ путемъ, способствовала этому стремленію: отецъ Голикова разорился, и сынъ долженъ былъ ѣхать въ Москву заслуживать отцовскій долгъ «натурою» къ купцамъ Журавлевымъ, у которыхъ онъ и прослужилъ около десяти лѣтъ. Пребываніе за эти годы въ Москвѣ, потомъ черезъ годъ поѣздка по хозяйскимъ дѣламъ въ Оренбургъ и наконецъ въ Петербургъ — доставили молодому Голикову доступъ къ книгамъ о Петрѣ Великомъ. Онъ набросился на нихъ съ жадностью; онѣ казались ему какимъ-то сокровищемъ и возбудили въ немъ непреодолимое стремленіе къ отыскиванію и собиранію всего, что только могло имѣть отношеніе къ исторіи Петра Великаго. Счастливая случайность какъ разъ приводитъ Голикова въ Оренбургъ, гдѣ начальникомъ края былъ одинъ изъ пламенныхъ почитателей Петра Великаго — Ив. Ив. Неплюевъ. Благодаря знакомству съ нимъ, а затѣмъ, особенно во время пребыванія въ Петербургѣ, и съ другими современниками Петрова царствованія, Голиковъ собираетъ такіе матеріалы и записываетъ такіе факты изъ жизни Петра, которые безъ него погибли бы невозвратно и извѣстны теперь, только благодаря ему.

Голикову было 27 лѣтъ, когда онъ отслужилъ Журавлевымъ отцовскій долгъ. Ставъ свободнымъ, онъ самостоятельно занялся торговлею. Средства, доставленныя ею, онъ употреблялъ на составленіе библіотеки печатныхъ и рукописныхъ сочиненій, относящихся къ исторіи Петра Великаго. Но цѣль этого собиранія пока не была ясна для Голикова: онъ удовлетворялъ только собственнымъ своимъ потребностямъ, занятіе это доставляло ему удовольствіе, и никогда не приходила ему въ голову мысль о томъ, что когда-нибудь на основаніи собранныхъ имъ матеріаловъ онъ можетъ написать многотомную исторію Петра Великаго. Надо было случиться несчастью, чтобы въ немъ наконецъ назрѣло подобное рѣшеніе.

Занимаясь питейными откупами, Голиковъ подвергся обвиненію въ уголовномъ преступленіи, былъ посаженъ въ тюрьму и потерялъ почти все свое состояніе, а дальнѣйшій ходъ дѣла грозилъ ему еще худшимъ бѣдствіемъ — ссылкою въ Сибирь. Но 7 августа 1782 года по случаю открытія памятника Петру Великому былъ объявленъ императрицею Екатериною II милостивый манифестъ, благодаря которому Голиковъ получилъ свободу. Прямо изъ тюрьмы онъ поспѣшилъ въ церковь, а оттуда къ памятнику того, котораго такъ чтилъ и которому такъ удивительно былъ обязанъ своимъ спасеніемъ, и здѣсь на колѣняхъ публично далъ обѣтъ посвятить всю остальную жизнь прославленію дѣлъ Петра Великаго.

Съ тѣхъ поръ Голиковъ отказался отъ торговыхъ предпріятій, переселился въ Москву и занялся исключительно обработкою и приведеніемъ въ порядокъ собранныхъ имъ матеріаловъ. Результатомъ этого труда и были двѣнадцать томовъ «Дѣяній Петра Великаго, мудраго преобразителя Россіи» (1788–1789 гг.).

Недостатокъ образованія не позволилъ Голикову обработать свои матеріалы научнымъ образомъ, и книга его заключаетъ въ себѣ не мало прямыхъ ошибокъ и невѣрныхъ взглядовъ, не говоря уже о чрезмѣрномъ поклоненіи Петру Великому, — но она была первою полною исторіею Петра, имѣвшею многочисленныхъ читателей въ теченіи полувѣка, и облегчила путь для дальнѣйшихъ изслѣдователей. Въ этомъ заслуга Голикова передъ потомствомъ. Самъ онъ былъ человѣкъ крайне скромный и хорошо сознавалъ несоотвѣтствіе своихъ силъ съ взятымъ на себя трудомъ; объ этомъ онъ говоритъ откровенно съ благородною простотою въ предисловіи къ своей книгѣ.

По выходѣ «Дѣяній» Голиковъ дополнилъ ихъ новыми матеріалами, которые и издалъ въ восемнадцати томахъ, въ видѣ «Дополненіи къ Дѣяніямъ Петра Великаго» (1790–1797 гг.).

Умеръ Голиковъ 12 марта 1801 г.

Въ 1837–41 годахъ «Дѣянія Петра Великаго» вмѣстѣ съ «Дополненіями» были изданы (въ 15-ти томахъ) во второй разъ; по этому-то изданію и составлена настоящая книга. Кромѣ того нѣсколько анекдотовъ заимствовано нами изъ «Достопамятныхъ повѣствованій и рѣчей Петра Великаго» Андрея Нартова[1] и исправлены по этому источнику нѣкоторые анекдоты, взятые у Голикова. Третье существующее оригинальное собраніе анекдотовъ о Петрѣ — Штелина — цѣликомъ вошло въ книгу Голикова; во всякомъ случаѣ мы просмотрѣли и это собраніе[2] и сдѣлали по нему нѣкоторыя исправленія во взятыхъ уже у Голикова анекдотахъ.

Возобновляя здѣсь анекдоты и преданія о Петрѣ по указаннымъ источникамъ, мы по необходимости должны были обновить ихъ устарѣлый языкъ (сохраняя понятные архаизмы лишь въ рѣчахъ дѣйствующихъ лицъ) и придать ему современный литературный характеръ, но стараясь, по возможности, не нарушать привлекательной наивности и простоты оригиналовъ. Чтобы нашему читателю можно было имѣть отчасти и точное понятіе объ оригиналахъ, мы привели три анекдота (LI — LIII) безъ всякихъ измѣненій; анекдоты эти взяты изъ записокъ Неплюева, и въ той редакціи, въ какой приведены у Голикова. Вмѣстѣ съ тѣмъ намъ пришлось устранить анахронизмы, которые нерѣдко встрѣчаются въ указанныхъ источникахъ, и позаботиться вообще о приданіи нашимъ разсказамъ вѣрнаго историческаго тона и обстановки, не разрушая однако вовсе преданія. Главнымъ пособіемъ для этого служили намъ сочиненія Устрялова[3] и Соловьева[4].

Порядокъ расположенія анекдотовъ въ нашей книгѣ, насколько это возможно было сдѣлать, хронологическій. — Одинъ изъ анекдотовъ (XXI) къ Петру собственно не относится, но мы ввели этотъ анекдотъ для болѣе полной характеристики кн. Я. Долгорукова, занимающаго въ другихъ анекдотахъ видное мѣсто.

Первоначальный текстъ настоящей книги[5] былъ любезно просмотрѣнъ М. А. Андреяновымъ и С. Н. Шубинскимъ, которымъ и приношу здѣсь свою искреннюю благодарность. Благодаря ихъ указаніямъ (особенно С. Н. Шубинскаго), я могъ сдѣлать нѣкоторыя необходимыя исправленія и дополненія въ своей работѣ.

Ив. Ѳ.

I.

Ранняя любовь къ воинскимъ упражненіямъ.

Когда Петру было три года, то въ день его именинъ въ числѣ другихъ подарковъ одинъ купецъ поднесъ ему маленькую саблю. Царевичъ на всѣ другіе подарки смотрѣлъ равнодушно, но саблю принялъ съ необыкновенною радостью. Онъ велѣлъ купцу себя приподнять, поцѣловалъ его въ голову, спросилъ, какъ его зовутъ, и сказалъ, что онъ его не забудетъ. Послѣ этого просилъ онъ своего отца опоясать себя саблею, а купца чѣмъ-нибудь наградить, Царь Алексѣй Михайловича, позвалъ духовника и по прочтеніи имъ молитвы опоясалъ сына саблею, а купца велѣлъ пожаловать званіемъ гостя[6]. Обрадованный царевичъ приказалъ позвать купца и самъ объявилъ ему царскую милость, а саблю не могли уже съ тѣхъ поръ съ него снять, такъ что нерѣдко и засыпалъ онъ съ нею.

Алексѣй Михайловичъ, видя въ сынѣ склонность къ военнымъ упражненіямъ, приказалъ собрать изъ дворянскихъ дѣтей нѣсколькихъ однолѣтокъ царевичу, сдѣлать подходящее для нихъ оружіе и обучить воинскимъ пріемамъ. Это распоряженіе такъ обрадовало царевича, что онъ, цѣлуя руки отца, плакалъ; и съ того времени не было для него лучшаго веселья, во дворцѣ и на дворѣ, какъ играть съ тѣми дѣтьми въ солдаты.

Такая сильная склонность къ военнымъ забавамъ въ маленькомъ ребенкѣ удивляла всѣхъ окружающихъ, и они говорили: «что будетъ съ этимъ ребенкомъ, когда онъ придетъ въ возрастъ?»

II.

Первая потѣшная рота.

Любовь къ воинскимъ упражненіямъ съ лѣтами только росла въ Петрѣ. Во время правленія царевны Софьи онъ жилъ, удаленный отъ дѣлъ, въ подмосковномъ селѣ Преображенскомъ. Здѣсь, познакомившись съ иностранцами, жившими въ Нѣмецкой слободѣ[7], устроилъ онъ при ихъ помощи изъ своихъ сверстниковъ и охотниковъ изъ придворныхъ служителей настоящую солдатскую роту на иностранный образецъ. Чтобы пріучить какъ самого себя, такъ и товарищей своихъ безпрекословному повиновенію и вообще правиламъ строгой дисциплины, а также и испытать на самомъ себѣ, что солдатъ можетъ и долженъ дѣлать, Петръ записалъ себя въ эту роту — сначала барабанщикомъ, а потомъ рядовымъ, и не только былъ внесенъ въ солдатскій списокъ, но и несъ на себѣ всѣ условія солдатской жизни и всѣ обязанности простыхъ солдатъ: спалъ вмѣстѣ съ ними въ одной и той же палаткѣ, ѣлъ ту же пищу, что и они, такъ же одѣвался, стоялъ въ очередь на караулѣ, исправлялъ всѣ солдатскія работы, возилъ для постройки крѣпости землю въ телѣжкѣ, сдѣланной своими руками, — и проч., и проч. За усердное исполненіе всѣхъ солдатскихъ обязанностей онъ былъ произведешь въ сержанты, и это повышеніе было принято имъ съ великою радостью.

Бояре, видя молодого государя въ такихъ трудахъ, по ихъ мнѣнію неприличныхъ царскому достоинству и вмѣстѣ съ тѣмъ изнуряющихъ молодыя силы, неоднократно старались отговорить его отъ нихъ, но Петръ и не думалъ слушаться. Наконецъ, по просьбѣ бояръ и самой царицы, его матери, убѣждалъ его и самъ патріархъ не утруждать себя свыше мѣры.

— Вѣдаю, — говорилъ патріархъ, — что упражненія твои полезны, но здоровье твое всего дороже. И мы, богомольцы твои, со всѣми подданными просимъ и молимъ тебя не приводить въ ослабленіе безмѣрными трудами твоего здоровья.

Молодой царь[8], терпѣливо все это выслушавъ, сказалъ, что, конечно, кто-нибудь лишнее наговорилъ патріарху о его трудахъ. Патріархъ признался, что дѣйствительно, кромѣ того, что самъ онъ знаетъ о трудахъ царя, и бояре, сокрушаясь о томъ, не разъ ему говорили. На это Петръ отвѣчалъ, что усердіе бояръ къ нему ослѣпляетъ ихъ, и что они худо знаютъ, какъ въ остальной Европѣ государи воспитываютъ своихъ дѣтей, которыхъ они съ самыхъ малыхъ лѣтъ, не давая имъ никакой воли и покоя, утруждаютъ постояннымъ ученьемъ. Его же занятія, дѣлающіяся по собственной охотѣ, не только не ослабляютъ его здоровья, но еще болѣе его укрѣпляютъ.

— Къ тому же, — прибавилъ Петръ. — много времени проходить у меня, владыко святый, и въ пустыхъ забавахъ, отъ, которыхъ, однако никто меня не отвлекаетъ.

Такимъ образомъ онъ съ прежнимъ увлеченіемъ продолжалъ свои военныя занятія, и скоро за первою потѣшною ротою образовалась и вторая — въ селѣ Семеновскомъ. Эти-то двѣ роты и были началомъ первыхъ нашихъ гвардейскихъ полковъ — Преображенскаго и Семеновскаго.

[1] Разсказы Нартова о Петрѣ Великомъ. Л. Н. Майкова. Прилож. къ LXVII тому записокъ Импер. Академіи Наукъ. 6. Спб. твщ.

[2] Подлинные анекдоты Петра Великаго, слышанные изъ устъ знатныхъ особъ въ Москвѣ и Санктпетербургѣ; изданные въ свѣтъ Яковомъ фонъ-Штелинымъ, а на Россійскій языкъ переведенные К. Карломъ Рембовскимъ. Изданіе третіе. Въ Москвѣ. 1789 года.

[3] Н. Устряловъ. Исторія царствованія Петра Великаго. Т. т. 1–4 и 6. Спб. 1858–63 г.г.

[4] С. Соловьевъ. Исторія Россіи съ древнѣйшихъ временъ. Т. т. 13–18. Москва, 1863–68 г.г.

[5] Въ «Родникѣ» за 1895 годъ, №№ I, III, IV–VI, VIII, XI и XII.

[6] Гость — высшая степень купеческаго званія въ Московскомъ государствѣ.

[7] Поселеніе около Москвы, гдѣ до Петра было позволено селиться иностранцамъ, пріѣхавшимъ въ Москву на службу или для занятій торговлей и ремеслами.

[8] Петръ въ это время считался царемъ московскимъ вмѣстѣ, съ братомъ своимъ Иваномъ, но настоящею правительницею государства была старшая ихъ сестра Софья.