Оторвавшись от фотографий, Анна Стерхова подняла глаза на Бабаджанова:
– Шкарбун показывала вам эти снимки?
– Нет. Никогда.
– Сможете дать экспертное заключение?
– По фотографии не смогу. Это несерьезно.
– Зачем же по фотографии… – Выдержав интригующую паузу, Анна договорила: – Я покажу вам этот автомобиль.
Глава 8
Разруб
В понедельник утром Анна Стерхова стояла у окна в темном кабинете и держала в руках пальто. Ее глаза находились на уровне форточки. Во мгле, перед рассветом, фонтан казался еще уродливее, а веранда выглядела заброшенной хижиной. Все доброе и хорошее давно отсюда ушло, исчезло вместе с детскими голосами. Возможно, поэтому здесь так не хватало простора. На этот раз вселенная установила слишком узкие рамки. Она смотрела в окно и хотела лишь одного: как птица выпорхнуть в форточку и, рассекая крыльями воздух, перелететь в другие пространства.
Стерхова знала, что никуда не уедет, пока не закончит расследование. Она мысленно определила алгоритм своих действий: нацепить на вешалку пальто, сесть за стол и начать работу. Но когда Анна приблизилась к вешалке, из коридора послышались шаги, которые затихли у двери, и прозвучал голос Шкарбун:
– Подожди, Лара, найду ключи… Алло, я не слышу… Что, говоришь? Ей-богу, не вру! Утром в воскресенье они вдвоем прикатили к отделу на машине Домрацкого. Наша кадровичка видела их из окна. С Домрацкого как с гуся вода – он разведен, а вот у Стерховой – мужик, я слышала их разговор. Вызнать бы телефон да рассказать ему в подробностях, чем она здесь занимается!
Ключ вставился в скважину, но провернуться не смог – замок был не заперт. Дверь отворилась, и в комнате вспыхнул свет.
– Вы здесь?.. – На несколько секунд Шкарбун застыла в проеме, потом вошла в кабинет и громко хлопнула дверью.
Предположить, что Стерхова не слышала ее слов, было глупо, поэтому Ирина Ивановна предпочла сделать вид, что ничего не произошло.
По истечении пятнадцати минут Анна спросила:
– Что с Воронцовым? Нашли?
Шкарбун встала с места, прошла к ее столу и протянула листок:
– Здесь его адрес.
Стерхова забрала листок и сказала:
– На вашем столе лежит синяя папка, ее принес Бабаджанов. Почему вы не показали ему материалы из дела Савельева?
– Криминалисты работают с костями. Бабаджанов – криминалист. Неужели не ясно?
– Я говорю о материалах двадцатилетней давности.
– Это лишнее.
– Вы так считаете?
– Уверена, – с нажимом проговорила Шкарбун, – пока вы не появились, дело вела я. Соответственно, поступала так, как считала нужным.
– А я показала Бабаджанову фотографии с места происшествия, – сказала Анна.
– И что?
– Узнала много интересного.
– Поздравляю.
– Теперь о вещественных доказательствах по делу Савельева. Вы их осмотрели?
– Зачем? Это бы ничего не дало. Их и до меня много раз осматривали. Взгляните на перечень улик: пистолет, две стреляные гильзы и дамская сумочка со всяким барахлом.