Хозяйка дома еще раз всхлипнула, достала из прозрачной папки помятый листок и положила его перед капитаном Пищиком. Алексей прочитал вслух уже знакомый со слов шефа текст: «Вакцинация? Нет! Смерть!» и передал листок Рите.
— Догадываетесь, чьих рук это дело?
— Действительно, похоже на угрозы антиваксеров, — сказала Рита. — Только вот кто это сделал? К сожалению, я не видела почерк никого из моих знакомых ковид-диссидентов и не могу сравнить их писанину с этой мазней.
— Вот и займитесь плотнее этими вашими антиваксерами, — сказал капитан, как бы случайно, по дружбе касаясь руки агента Мышкиной. Этот невинный жест воодушевил следователя, и он продолжал: — Попросите в воскресенье ваших новых друзей написать что-нибудь на листочках. Предлог придумайте сами.
— Какой предлог? — вздрогнув, спросила Рита.
Прикосновение прохладной руки капитана словно замкнуло электрическую цепь, и Марго, получив легкий удар «током», на мгновение утратила нить разговора и подумала, что глупеет с каждой секундой.
— Нужен стопудовый предлог, вот его и придумайте, — проворчал Алексей в сторону Риты и обернулся к Анжеле. — Отдайте мне, пожалуйста, этот листок, я покажу его нашим экспертам.
— С удовольствием, — откликнулась хозяйка. — Не хочется хранить подобную гадость в доме.
— Может быть, вам стоит на время прикрыть ваш ютуб канал? — осторожно посоветовала Рита. — Чтобы не дразнить антиваксеров. Пускай вакцинные страсти немного улягутся, и жизнь войдет в прежнее русло.
— Ни за что! — тихо сказала Анжела. Ее глаза потемнели, превратились из незабудковых в темно-лиловые, а красивое еще секунду назад лицо стало похоже на мордочку злого зверька.
— Мой покойный муж не одобрил бы подобную трусость, — холодно пояснила она, но внезапно побледнела и пробормотала: — простите, что-то мне нехорошо, я сейчас вернусь.
Анжела вскочила с места и, слегка пошатываясь, побрела вверх по лестнице.
— Бедняжка. — сказала Рита, — многовато неприятностей свалилось на голову одной женщины. Вы заметили, на ней лица нет!
— Боюсь, пока мы не найдем этого ночного «почтальона», ее неприятности не закончатся, — проворчал следователь.
— Почтальона? — удивилась Рита. — вы думаете, это не он писал?
— Пока ничего не ясно, — пожал плечами Пищик. — следствие продолжается.
Зинаида появилась с двумя чашками кофе на подносе, а следом за ней спустилась к гостям Анжела.
— Простите, мне уже лучше, и я могу продолжать разговор. — сказала она. — Итак, на чем мы остановились?
— На том, что к вам в дом пробрался незнакомец, — сказал капитан и спросил: — Вы что, совсем ничего не слышали?
— Да говорю же вам, я в ту ночь спала, как убитая, — всхлипнула Анжела. — Приняла снотворное и уснула в десять вечера. Если бы не Зинаида Михайловна, этот подонок мог прихлопнуть меня, спящую, как муху. В общем, Зина, вы — мой ангел-хранитель.
— Пожалуйста, не преувеличивайте мою роль, я всего лишь его спугнула, — потупилась Зинаида.
— Следствие продолжается. Ждите сообщений и, пожалуйста, соблюдайте осторожность. — сказал Алексей. Он понял, что разговор пошел на второй круг, и взял Риту за руку: дескать, пора ехать. Рита подумала: если бы ее рука была лампочкой, она непременно сейчас зажглась бы, поскольку электрическая цепь между ними опять замкнулась.
— Домработница намекала на крепкий запах пота, — сказала Рита, усевшись в машину. — Я знаю одного типа, который так же отвратительно пахнет.
— Антиваксер? — уточнил Алексей.
— Ну, конечно, кто же еще! — рассмеялась девушка. — Надо будет проверить кое-какие подозрения.
— Ты Лермонтова любишь? — внезапно поинтересовался капитан.
— Стихи да, а роман про Печорина — нет.
— Это еще почему? — обиделся Алексей, с детства представлявший себя хладнокровным отважным героем, которого писатель отправил на вечно неспокойный Кавказ.
— Он подло поступал с женщинами. Влюбил в себя княжну Мери, обнадежил ее, но не женился. Позволил Казбичу украсть Беллу, вернул ее, а потом разлюбил… Нет, это герой не нашего времени. Женщина не должна быть объектом. Даже объектом поклонения. Она — субъект.
— Ого, да ты феминистка! — расхохотался Алексей.