Теперь она заметно расслабилась. Посмотрев на девушку, я понял, что признание ее членом отряда было важно для нее не столько с финансовой точки зрения, так как она не могла бы надеяться на щедрую оплату еще очень долго, сколько для самоутверждения. Очевидно, в детстве ее слишком баловали, и она привыкла к вседозволенности, к тому, что любой ее каприз немедленно исполнялся. Перестав ставить себе ограничения, Циммер несомненно была в шоке, когда семья изгнала девушку лишь, по ее мнению, за то, что она удовлетворяла некоторые свои «невинные» желания. Теперь же Анжела хотела доказать и самой себе, и семье, что может добиться в жизни успеха сама и сделать это очень опасным, но уважаемым в обществе способом. Пожалуй, на это и рассчитывал ее отец, даря мех.
— Вот что, Анжела, — сказал я. — Отведи своего «Ангела» в боксы, которые я арендовал для отряда. Там встретимся с еще одним сослуживцем и наметим планы на ближайшее будущее.
— Слушаюсь, командир! — Циммер попробовала отдать честь и щелкнуть каблуками. Учитывая ее наряд, это выглядело очень забавно.
Поймав такси, я быстро добрался до места назначения. Хайнц был там и вместе с техами проверял работу механики коленных сочленений своего меха. Вчера на очередной совместной тренировке «Коммандо» неожиданно захромал. Теперь вот приходилось проверять миомеры ног и все механические приводы, пытаясь найти причину неполадок. Мозер отвлекся от работы. Увидев мое озабоченное лицо, он поинтересовался:
— Что у нас еще случилось?
— В общем-то новость радостная — я завербовал еще одного члена отряда…
— Так ведь это прекрасно. Почему тогда такой безрадостный тон?
— Сам увидишь…
Анжела привела мех примерно через полчаса. Я внимательно наблюдал, как вышагивает одиннадцатиметровый гигант (или правильней будет сказать «гигантесса», учитывая, что прозвище меха подразумевало все же женский род?). К моему удивлению, «Падший Ангел» шел вполне твердо и уверенно, пусть и без той плавности и изящества, которыми отличаются движения меха под управлением опытного пилота. Циммер без особых затруднений завела «Феникс-Хока» в ворота громадного ангара, провела по узкому (по меркам стальных великанов, разумеется) коридору между двумя рядами боксов и припарковалась в первое свободное «стойло». Я украдкой покосился на Хайнца. Тот с любопытством рассматривал экстравагантную окраску машины. Я с усмешкой подумал, что же будет, когда он увидит хозяйку меха. Мои ожидания оправдались. Мозер не отрывал от Анжелы взгляд, пока та спускалась с плеча меха сначала по гибкой втяжной лестнице, а затем по скобам, вделанным в ногу «Феникс-Хока». Наконец она подошла к нам. Как и любой мехвоин, который не может использовать хладожилет, Циммер постаралась максимально обнажить тело, оставив лишь топик и шортики. На ногах теперь вместо ботфорт красовались легкие тапочки. От духоты кокпита ее лицо и грудь были покрыты мелкими бусинками пота, а волосы намокли и теперь влажными прядями обрамляли ее красивое лицо, которое, впрочем, сильно портили разводы от потекшей косметики. В прохладе кондиционированного воздуха ангара пот быстро высыхал, и девушка стала слегка дрожать от холода. К счастью, она догадалась прихватить с собой свою куртку, которую немедленно натянула, застегнув до подбородка. Мозер до сих пор не мог прийти в себя от вида нашей новой сослуживицы и молчал, а я с интересом изучал новую «боевую раскраску» Анжелы. Очевидно, заметив в моих глазах легкую насмешку, она резко спросила:
— Что-то не так?!
— Еще не смотрела на себя в зеркальце?
Мгновенно сообразив в чем дело, девушка тихонько ойкнула и, спросив, где туалет, устремилась туда. Я мрачно подумал: «Да… Все-таки это обычная избалованная девчонка, привыкшая только вертеть хвостом. До амазонки ей еще очень далеко. Опытная женщина-мехвоин просто никогда бы не оставила на лице косметику, залезая в кокпит меха». Очевидно мысли Мозера текли в том же направлении, он как-то обреченно спросил:
— А сражаться-то она хоть умеет?
— Надеюсь…, - я пожал плечами. — Ты думаешь, у нас есть выбор? К нам что, стоят в очередь на вербовку? У нее хоть есть собственный мех. Кстати, хочу дать тебе один совет — не пытайся приударить за ней. Самое большее — отнесись с братским чувством. Пусть лучше вся ее энергия будет тратиться на тренировки и службу. Пожалуй, сейчас она сама хочет того же.
— Хорошо, — кивнул Хайнц. — Как ее хоть зовут?
— Анжела Циммер.
В это время вернулся объект нашей беседы. Она смыла всю косметику и выглядела даже как-то посвежевшей и похорошевшей. Сейчас девушка уделила внимание нашим мехам. Как и ее «Феникс-Хок», оба они выглядели необычно. «Коммандо», стоявший опутанным лесами для ремонтных работ, был выкрашен в пятицветный камуфляж со светло-зеленым фоном и пятнами темно-зеленого, светло-коричневого, черного и желтого цветов. На его «животе», под ракетной установкой «Shannon», был нанесен отличительный знак — зверского вида полуобнаженный мужик с ножом в руке. Мой «Центурион» выглядел не менее эффектно. Он был полностью выкрашен в белый цвет, имея в центре груди и на спине свой герб — изображение призрака в виде скелета в женском платье с развевающимися пепельными волосами. Анжела долго рассматривала оба меха, особенно «Леди Смерть», потом подошла к нам.
— Да…, - протянула она, обращаясь ко мне. — Твоя «дама» выглядит поистине устрашающе. Не хотела бы я встретить такую гостью у себя в спальне ночью.
Мы поговорили некоторое время об условиях ремонта и снабжения мехов, потом Циммер получила указание переселиться в ту же гостиницу, где жили мы с Хайцем, и отбыла. Мы же вместе с техами вернулись к ремонту «Коммандо». К завтрашнему утру все должно было быть готово, так как ожидалась очередная тренировка, важность которой значительно повышалась необходимостью проверки боевых качеств нашего нового товарища по оружию. Когда причина неполадки ноги была, наконец, найдена и исправлена, наступила очередь профилактического осмотра «Центуриона» и «Феникс-Хока». Мы добрались до гостиницы уже поздней ночью, уставшие и голодные. Счастливица Анжела давно спала…
Утром во время совместного завтрака мы «обрадовали» девушку сообщением о тренировке, которая должна была начаться часа через два. Было заметно, что Циммер, узнав об этом, сильно заволновалась. Она, конечно, понимала, что это будет один из самых ответственных моментов в ее жизни. Если она не выдержит испытания, то карьера наемника будет закончена, даже не начавшись.
К моменту нашего прибытия в ангар техи уже успели подготовить мехов — все боеприпасы были заменены на практические, а мощность лазеров уменьшена до чисто символического уровня. В бортовые компьютеры была введена учебная программа, которая учитывала все условные попадания, обрабатывала их и посылала на актуаторы и гироскопы меха команды, имитирующие ущерб от повреждений. Нам оставалось лишь забраться в кокпиты и отправиться на тренировочное поле, которое было недалеко от Галапорта — примерно в часе ходьбы мехов со средней скоростью. Эта арена представляла собой обширное открытое пространство площадью примерно десять квадратных километров со множеством песчаных барханов. По полю там и сям были разбросаны разные металлические конструкции, которые имитационная программа могла превратить в изображения стационарных целей на соответствующем дисплее кокпита. Еще там был «поселок» из щитовых домиков, которые было легко восстановить. Он служил для отработки задач по атаке или, напротив, защите объекта. В целом, арена была весьма удобна и позволяла тренироваться одновременно паре копий, а то и целой роте. Стоила аренда поля дороговато, но денег у отряда было пока достаточно, а тренировки я считал абсолютно необходимыми, учитывая нашу неопытность.
Когда мы переодевались, я с удивлением обнаружил, что Анжела собирается пилотировать мех в прежнем «облегченном» наряде. Смущаясь, она пояснила, что не имеет хладожилета. Я вздохнул. В принципе, в этом нет ничего необычного. Таким эффективным средством охлаждения тела в «парилке» кокпита пользуются в основном мехвоины регулярных соединений армий Наследных Государств, а наемники и пираты часто обходятся без него, но я хотел, чтобы бойцы моего отряда были оснащены как можно лучше.
— Дочь барона могла бы и потребовать хладожилет у отца вместе с мехом, — недовольно пробурчал я.
Циммер, не зная, как на это ответить, лишь опустила голову. Я молча вручил ей мой запасной хладожилет, после чего мы с Мозером покинули раздевалку.
Через пять минут я уже сидел в «Леди Смерть», приступив к процедуре запуска меха — прикрепил к бедрам и торсу медицинские датчики, подключил разъемы хладожилета в соответствующие штекеры кресла, с легкой дрожью встретив бег по коже тела первых ледяных мурашек, когда охлаждающая жидкость стала циркулировать по множеству капилляров жилета, и одел нейрошлем, закрыв глаза, чтобы легче перенести головокружение и приступ тошноты, пока сенсоры шлема настраивались на биоритмы моего мозга. Теперь можно было приступать к активации меха. Я протянул руку и щелкнул соответствующим тумблером на главной приборной доске. Полумрак кокпита осветился призрачным светом дисплеев, а на бронестекле обзорного экрана головы гигантского механизма высветились данные встроенного индикатора. Лишь центральный монитор главной приборной доски, где демонстрировалась топографическая карта местности с наложенными на нее данными локаторов, пока был выключен. Я сдвинул выходящую из левого подлокотника кресла рукоять скорости меха на первое деление и, осторожно работая ножными педалями, вывел «Центурион» из ангара. Повернув голову моего боевого механизма налево, я наблюдал за тем, как «Феникс-Хок» выходит следом за мной. Циммер подтверждала уже сложившееся у меня мнение, что она неплохой «водитель». Движения ее «Падшего Ангела» были вполне уверенными. Путь по извилистым улицам Галапорта был не то, чтобы сложен, но утомителен, поэтому, когда мы выбрались на открытое пространство, я вздохнул с облегчением. Теперь можно было немного расслабиться, убрать ноги с педалей и, врубив пятую скорость, просто слегка корректировать курс, сверяясь с картой. Когда мы подошли к месту назначения и заглушили реакторы, я связался с Анжелой и передал ей план учений, который разработали мы с Мозером вчера, возвращаясь в гостиницу. Согласно ему, Циммер должна была выдержать два боя поочередно — один с Хайнцем, другой со мной. Возможно, это было не совсем честно по отношению к неопытной девушке, но нам все-таки хотелось проверить ее боеспособность. Анжела, разумеется, не высказала восторгов от этой ситуации, но спорить благоразумно не стала. Я дал ей полчаса на то, чтобы укрыться в любом месте тренировочного поля.
Когда этот срок истек, «Коммандо» пришел в движение. Я проводил его задумчивым взглядом, гадая о том, кто же победит. Вообще-то, по моему убеждению, силы собственно мехов были примерно равны. Сорокапятитонный «Феникс-Хок» имел в два раза более прочную броню, чем двадцатипятитонный «Коммандо», и лучшую мобильность, так как мог прекрасно прыгать, чего полностью лишен его более легкий собрат, зато преимуществом в огневой мощи отличался именно «Коммандо», ведь при бое на ближних дистанциях его средний лазер и пара пусковых установок ракет малой дальности с общим залпом в десять ракет и солидным боекомплектом выглядели предпочтительнее двух средних лазеров и такого же числа пулеметов «Феникс-Хока». Конечно, опытный мехвоин воспользовался бы преимуществом этого механизма в мобильности, чтобы оставаться на значительном расстоянии от «Коммандо» вне пределов досягаемости его оружия, и при этом быть способным поражать его из еще одного лазера «Феникс-Хока» — большого. Но сможет ли использовать такую тактику Анжела? В любом случае, у нее были неплохие шансы победить Мозера. Вот только Хайнц вряд ли захочет поддаться ей из галантности, так что будет использовать все возможности своего меха и все ошибки Циммер, чтобы добиться победы.
Их бой продолжался минут сорок. Потом я увидел возвращавшегося на исходную позицию «Коммандо». Если смотреть на него из обзорного бронестекла кокпита, то нельзя было заметить никаких следов повреждений, хотя он сильно хромал. Из любопытства я зафиксировал на нем прицел, включил режим сопровождения и глянул на дисплей левой приборной доски. Здесь по желанию можно было вывести полную информацию о повреждениях как собственной машины, так и меха-цели. Сейчас там должны были высветиться «модифированные» данные от бортового компьютера «Коммандо», управляемого учебной программой. Нажав на соответствующую кнопку, я покачал головой. Если бы мех реально имел такие повреждения, то следовало бы удивиться, как он вообще может самостоятельно передвигаться. На дисплее вся поверхность машины была покрыта пятнами либо красного цвета, что символизировало тяжелое повреждение брони, либо черного, что означало ее отсутствие. Соответственно были «повреждены» и многие внутренние системы стального гиганта. Его правая рука на изображении дисплея отсутствовала. Да… Если Анжела и проиграла более опытному мехвоину, то в полной степени сделала так, что победа далась Хайнцу дорогой ценой. Мне было очень интересно узнать подробности боя и оценку Циммер как мехвоина, поэтому я связался с Мозером, чтобы услышать его рассказ.
— Ну что я могу сказать? — раздался в наушниках нейрошлема его слегка хриплый после напряжения боя голос. — Как водитель меха она действительно очень неплоха. Врожденное чувство равновесия у нее явно есть, и машину Анжела тоже чувствует хорошо. Как стрелок она несколько ниже среднего уровня — довольно часто мажет и не умеет хорошо контролировать нагрев. А вот «кузнечик» из нее никакой.
— Хочешь сказать, что она не умеет прыгать?
— Абсолютно. Один раз попыталась уйти от меня скачком. Результат был не слишком удачным — очень жесткое приземление. Хоть «Феникс-Хок» и устоял на ногах, но с трудом, из-за чего он и получил финальный залп, который и принес мне победу. К тому же, Анжела повредила ноги меха — по-настоящему. Ослабло крепление броневых листов и вышла из строя пара внутренних механических приводов. Пока что это не играет никакой роли, но перегрузкам такие ноги лучше не подвергать.