Повесть об Андаманах: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Иногда покойников хоронят в земле. Считается, что таким образом мертвому воздаются большие почести. Но и в этом случае после окончания траура тело откапывают, кости промывают, дробят и используют в качестве украшений и талисманов от всех болезней.

Совсем по-иному относятся к смерти вождя, и церемония его захоронения носит более пышный характер. Корабельный врач Ф. Дэй присутствовал при погребении вождя одного из северных племен, скончавшегося 1 июля 1865 года. Он подробно записал свои наблюдения: в течение двух часов наиболее уважаемые люди племени заворачивали останки вождя в листья и перевязывали их лыком, прежде чем опустить в могилу, которая была глубиной лишь около двух футов и чуть выше уровня воды. Тело в ней поместили в полулежачем положении, причем лицом на восток. Прежде чем забросать могилу землей, каждый член племени прощался с тем, кого он так любил при жизни. Один за другим подходили они к покойному и дули ему в лицо. Затем яму осторожно закопали, всего дюймов на шесть, та» к, чтобы не переломать мертвецу ребра.

На могилу положили несколько камней, сожгли вязанку хвороста и после этого в изголовье возложили траурные гирлянды. Такие же венки оставили на берегу, в местах, бросающихся в глаза, чтобы всем было видно, где захоронен вождь племени. В изголовье поставили чашу с водой на случай, если душа умершего ночью почувствует жажду и захочет ее утолить. Через четыре месяца ближайший родственник умершего подошел к могиле и вытащил нижнюю челюсть, которая к тому времени очистилась от тканей; спустя еще месяц были извлечены лопатка и ребро, а через шесть месяцев после похорон — череп. Его повесили на шею самому близкому родственнику умершего, а позже его по очереди носил каждый член племени.

Интересно отметить, что андаманцы никогда не умели, да и сейчас не умеют добывать огонь. Поэтому они тщательно поддерживают его в очагах и принимают все меры к тому, чтобы он не погас. Если такое случается, что считается великим несчастьем, они отправляются за огнем в соседнее селение.

Помимо охоты основное развлечение для андаманцев — танцы. Как правило, они танцуют вечерами, после охоты. Их танцы — довольно любопытное зрелище, но движения во время пляски у них весьма однообразные. Они не пользуются никакими музыкальными инструментами, а ритмично топчутся на одном месте — твердом, хорошо отражающем звуки помосте, который похож на щит крестоносцев. Во время танцев они исполняют главным образом импровизированные песни; один запевает, другие подхватывают. Затем все поют хором. Танцуют они почти каждый вечер, если, конечно, собирается достаточное число танцоров. Танцы продолжаются часами, а иногда и всю ночь, тем более если в веселье принимает участие все племя. Танцуют и мужчины, и женщины.

А. Р. Радклифф-Браун, наблюдавший танцы андаманцев лет 50 назад, оставил их яркое описание: «Когда все было готово, мужчина, высказавший желание добровольно начать первую песню, вышел на импровизированный помост и запел. Только он затянул припев, как женщины подхватили его. При этом они все время похлопывали себя по бедрам. Запевала во время пения отбивал такт ногой. Стоило хору запеть, как танцоры начинали танцевать. Когда запевала и хор уставали, пение прекращалось, но, как только оно возобновлялось, возобновлялись и танцы. Певец исполнял свою песню по нескольку раз и мог петь без конца. Когда он выбивался из сил, его сменял другой певец. Таким образом, песни и танцы продолжались непрерывно».

Точно так же они веселятся и в наши дни.

Так как андаманцы — бродячие охотники и собиратели, то жилищ постоянного типа они не строят. Согласно Портмену, их жилище представляет собой лишь циновки из тростника или пальмовых листьев, положенные на четыре кола и несколько поперечных жердей; стен нет. Каждое такое жилище имеет в длину фута четыре, а в ширину — около трех, что вполне достаточно для одной семьи.

Вот примерная планировка типичного андаманского поселения:

Согласно Темплу, религия андаманцев — это «простой анимизм, заключающийся в признании злого духа дерева, моря, болезней и предков. У них нет никаких твердо установившихся обрядов, не делают они и жертвоприношений». Андаманцы верят в Пулугу, который, по мнению того же Ричарда Темпла, является «первопричиной всего. Совсем необязательно добиваться его расположения — следует лишь избегать действий, которые могут раздражать божество».

Андаманцы не верят ни в рай, ни в ад. Вопреки существовавшему некогда мнению, они не каннибалы. Человеческие кости находили только в должным образом подготовленных могилах, но в пластах хозяйственных отбросов их следов не обнаружено. Обвинение их в каннибализме, несомненно, основывается только на наблюдениях старых моряков, поскольку андаманцы обычно убивали любых чужестранцев, с которыми им приходилось встречаться. Они сжигали их, так как верили, будто это сулит победу над любым врагом. Затем они танцевали вокруг костра всю ночь. Несомненно, всякий, кто становился свидетелем подобной мрачной сцены, считал андаманцев каннибалами.

В 1883 году Эдвард Гораций Мэн описал, как андаманцы перебирались с одного острова на другой: «У каждого, кто на протяжении последних 15 или 20 лет соприкасался с андаманцами и наблюдал, как они изготовляют каноэ, их мастерство вызывало удивление, а необычная скорость, способность соперничать с быстроходным катером или гичкой[26] с первоклассной командой — восхищение… Сейчас же на Большом Андамане едва ли найдешь аборигена, способного управлять каноэ со скоростью, едва превышающей половинную скорость обычных гичек, широко используемых в Порт-Блэре».

Вполне возможно, что с момента прибытия туда поселенцев андаманцы потеряли не только свою удаль!

Согласно Э. Г. Мэну, как правило, в августе или сентябре человек восемь недели за две выдалбливают лодку и формируют ее нос. (Носовой помост предназначен для того, чтобы с него охотиться с гарпуном на рыбу или черепах.) Обычно на каноэ идет дерево длиной от 10 до 30 футов. Сначала дерево очищают от коры, а затем с помощью своеобразного струга ему придают форму каноэ. После этого дерево выдалбливается изнутри стругом. Толщина дна каноэ — от полутора до трех дюймов. Андаманцы всегда используют балансир. Он помогает поддерживать равновесие и крепится к каноэ тремя или четырьмя деревянными планками, пропускаемыми через обе стенки. Плывя вдоль берега, аборигены отталкиваются гарпунами, предназначенными для охоты на рыб; на глубоких местах в ход пускают короткие весла с широкой лопастью.

Для ловли рыбы андаманцы никогда не пользуются крючками и лесками. Как свидетельствует Э. Г. Мэн, обычный способ ловли заключается в том, что во время отлива женщины и дети с помощью ручных сеток собирают оставшихся в каменистых впадинах береговой полосы рыбу, устриц или крабов, а во время при-лив|а мужчины, стоя по пояс в воде или сидя в каноэ, стреляют возле берега в рыбу из лука.

Они никогда не ловят черепах путем «переворачивания», а гарпунят их, стоит черепахам подняться на поверхность моря, чтобы подышать. Кабанов и игуан они поражают заостренными стрелами.

Кроме собственно андаманцев на Андаманских островах живут еще два племени — джаравы и сентинелы, причем последние обитают только на острове Норт-Сентинел и считаются с этнической точки зрения входящими в одну группу с джаравами. О джаравах известно очень мало, поскольку они относятся весьма воинственно ко всем чужеземцам. М. В. Портмен так объяснял причины такого их поведения: «При нашем прибытии джаравы вели себя спокойно и не проявляли никакой враждебности, они не беспокоили нас д© тех пор, пока мы не стали непрерывно досаждать им, подстрекая против них прибрежных андаманцев. Вскоре жизнь джаравов стала настолько тяжелой, что в отместку они все чаще нападали на нас. Это наша вина, что джаравы относятся к нам враждебно».

Сентинелы, пожалуй, еще более воинственны.

Любое мелкое посягательство или воровство на их законной территории приводило к экспедициям против джаравов, результатом которых было жестокое наказание. В то же самое время ариото, их традиционным врагам, англичанами было предоставлено огнестрельное оружие. Как и следовало ожидать, они использовали его для массового убийства джаравов. Поэтому нет ничего удивительного в том, что джаравы стали относиться к англичанам и другим пришельцам как к людям, которым нельзя доверять, и там, где это возможно, стараются их уничтожать.

ОНГЕ

Онге живут на Малом Андамане, который расположен южнее основной группы Андаманских островов. Площадь Малого Андамана — 448 квадратных миль. Хотя он удален на 31 милю от этой группы островов, онге имеют много общего в языке, особенно в его грамматической структуре, с аборигенами Большого Андамана. Однако словарный состав их языка отличается от языка джаравов и сентинелов.

Онге также верят в легенду о катаклизме и о том, что именно он отделил их от собратьев на других островах Андаманской группы. Нет никаких сомнений в том, что онге в течение нескольких тысячелетий жили на Малом Андамане, так как в результате раскопок отложений хозяйственных отбросов (там были найдены закостеневшие раковины и панцири) доказано, что они аналогичны тем, которые найдены в самом нижнем слое таких же наслоений на Большом Андамане. Все это — позитивное доказательство того, что предки онге в самые древние времена жили на островах. А глиняные изделия, которые появились в следующем слое (никаких признаков их присутствия в самом нижнем слое не было), свидетельствуют о тщательной обработке глины и имеют возраст, возможно, около пяти тысяч лет.

Находки в верхних слоях показали, что это умение утеряно, поскольку и сейчас мы сталкиваемся с тем, что неочищенная глина перемешивается небрежно, в ней даже попадаются осколки камней, и она едва ли подвергается обжигу. Благодаря раскопкам хозяйственных отбросов на Малом Андамане стало также известно, что кабаны появились на острове приблизительно в одно время с глиняной посудой. И не было выявлено никаких признаков присутствия на острове других животных, за исключением, конечно, собак, которые завезены сюда сравнительно недавно. Онге продолжают жить по-прежнему, равнодушно взирая на достижения так называемой цивилизации.

Онге строят два вида жилищ — временные укрытия и постоянные хижины (последние сделаны более искусно, чем у андаманцев). Временное убежище совсем простое, оно без стен — от земли поднимается только наклонная крыша. Постоянная хижина также весьма нехитрое сооружение. Каждая хижина имеет круглую форму, крыша покрывается водонепроницаемыми циновками, причем одна находит на другую так, чтобы через них дождь не проникал внутрь. Крыша, подобно огромному зонтику, опирается на подпорки. В центре хижины — очаг. Огонь горит также возле каждого ложа. Это делается главным образом для поддержания тепла. Само ложе представляет собой настил из веток, по краям которого в землю вбивают четыре крепких кола, служащих подпорками. В изголовье кладут деревянный чурбак. Подобные постели возвышаются над землей приблизительно на 20 дюймов. Все настилы внутри хижины располагаются радиально, каждый человек спит головой к центру.

Пищу готовят, как правило, на открытом воздухе, но во время дождя огонь разводят в центре хижины, он значительно больше, чем тот, который горит у ложа. Онге не знают, что такое уединение: здесь все открыто для взоров каждого.

Онге постоянно поддерживают огонь, поскольку они, так же как и андаманцы, незнакомы с искусством его добывания. Вот почему они так боятся остаться без огня. Если такое случается, онге проявляют большую изобретательность для его восстановления. Когда молния ударяет в какое-либо дерево, они используют тлеющие ветви в качестве источника огня (дерево из-за чрезмерной влажности тлеет в течение многих дней).

Онге занимаются собирательством и охотой и ничего не знают о земледелии. На острове изобилие съедобных плодов и кореньев. Онге обожают плоды хлебного дерева и обычно пекут их в горячей золе до тех пор, пока мякоть и сердцевина не становятся съедобными. Им также нравится панданус, который по вкусу напоминает ананас. (Листья пандануса иногда служат крышей в их временных укрытиях.) Любят они и ямс, некоторые плоды которого размером с футбольный мяч.

Большое место в рационе онге занимают дары моря. Особенно они любят сардины. Рыбу они добывают с помощью гарпуна, лука и стрел. Кроме рыбы онге ловят моллюсков, ракообразных, омаров, лангуст и крабов, даже некоторые виды раков-отшельников. Онге едят также и цикад. Подобно остальным андаманцам, они не употребляют в пищу ни соль, ни сахар.

Любимое лакомство онге — жареная черепаха. Обожают они и свинину. В наши дни с помощью собак они выслеживают» и загоняют кабанов, а затем убивают их из лука. Больше всего им нравится сам процесс охоты. Онге не едят ящериц, камышовых котов, летучих мышей, крыс или змей, поскольку, по их мнению, в них находятся души умерших. Вообще эти люди любят сытно поесть.

[26] Гичка — небольшая быстроходная лодка.