– Позвольте мне завоевать вас. Разрешите водить вас в театры, на балы. Беседуйте со мной за ужином. Танцуйте со мной. Катайтесь со мной в парке. Давайте делать все, что мы делали раньше…
Он оборвал себя. Она закончила язвительным тоном:
– …пока вы не обвинили меня в предательстве и отказались выслушать меня.
– Да, – спокойно ответил он.
– А если я откажусь выполнять ваши приказания?
Он глубоко вздохнул и сыграл свою последнюю карту:
– Тогда судьба вашей сестры будет разрушена.
Она вопросительно посмотрела на него.
– При чем здесь моя сестра?
– Вы сами сказали, что наш скандал поставил под угрозу ее репутацию. Если мы сможем убедить всех, что наш брак был – и есть! – браком по любви, что слухи о вас лишь клевета, тогда перспективы вашей сестры уже не будут столь плачевными. Но если мы останемся бездетными, если слухи о нас не прекратятся, ей придется выйти замуж за первого жениха, которого подберут для нее ваши родители. Вы же знаете, что так и будет.
Тянулись долгие минуты молчания, каждая из которых была тягостнее, чем предыдущая, пока наконец она не заговорила:
– Бенедикт, я не понимаю еще кое-что.
Она назвала его по имени, и он воспрянул духом.
– Что же?
– Что получаете вы, если выиграете?
Бенедикт взял ее руку и прижал к своему сердцу.
– Самую дорогую награду. Вашу любовь.
Глава восьмая
Когда Тея проснулась на следующее утро, на душе у нее скребли кошки, а на лице лежала маленькая пятка. Посреди ночи Ава, как всегда испугавшись темноты, забралась к ней в постель.
Тея нежно поцеловала ногу дочери и тихонько выбралась из кровати. Мозг сразу же заработал, составляя список нескончаемых домашних дел. Купить продукты. Постирать полотенца. Отнести одежду Гевина в комнату для гостей и бросить на кровать.
А еще предстояло объясниться с Лив.
Тея умылась и вышла на цыпочках в коридор. Дверь в гостевую комнату была открыта, но Лив там не было. Значит, после работы сестра снова легла на диване в гостиной. Когда она работала в вечернюю смену, приходила домой взвинченная и долго не могла заснуть, поэтому смотрела телевизор, пока не проваливалась в сон.
Тея спустилась по лестнице. Восходящее солнце заливало мягким оранжевым светом ряд семейных фотографий, аккуратно развешенных вдоль лестничного пролета. Новое семейное фото делалось ежегодно, именно так поступали идеальные СуД. Какая же ты жена бейсболиста, если на каждый год у тебя нет идеального семейного снимка, хоть сейчас на рождественскую открытку?
Баттер скулил у двери. Тея выпустила его и услышала, как у нее за спиной на диване потянулась и зевнула Лив. Тея оглянулась и спросила:
– Во сколько же ты пришла?
– Около трех.
Лив закинула руку за голову и села, долго и громко зевнув.
– Не вечер, а кошмар. Ну и мерзкая же компания закатилась к нам вчера! Мало того что опоздали, да еще и заказали все меню. – Она плюхнулась на подушки. – Ненавижу мальчишники!
Баттер прибежал домой и по пятам проследовал за Теей на кухню, где в ожидании завтрака уселся возле миски, нетерпеливо виляя хвостом и перебирая лапами. Положив собаке еды, Тея принялась варить кофе.
– Мне что, клещами из тебя вытаскивать или сама расскажешь, как все прошло? – спросила Лив.