— Это Часовое Зелье. Сделай ровно два глотка. Не бойся, — чуть помедлив, добавил он. — Мы должны знать правду о проклятии ЧерноКлюча, если оно есть… И помочь избежать его.
— Она всё равно всё вспомнит. — хмыкнул Ярис.
— Наоброт, чтобы Василиса так быстрее выздоровела и ничего не разболтала своим друзьям. — ответил Нортон.
— Выздоровела?! — удивилась Василиса. — Каким — то Зельем?
— Иногда срабатывает. — пожал плечами Ник.
— Насколько это будет возможно, — сухо вставил Астрагор.
Василиса поочередно глянула на их лица и невольно подумала, до чего же они сейчас похожи — безликие, каменные маски без малейшего проявления чувств, безо всяких эмоций.
— А я — то с чего вдруг безликий? — не понял Нортон. — Я же за тебя переживал.
— Да? — удивилась ЧК. — А по — моему по описанию это не видно.
— Но я же всё равно за неё переживал.
— Мда уж… — цокнула Лисса. — Конечно.
Все еще медля, она перевела взгляд на флакон. Неизвестно, так ли они хотят помочь ей… Для них же главное — спасти мир, который впоследствии они решили присвоить. Что им проклятие? Маленькая девочка превратится в старуху, отдав все жизненные силы страшному растению… Возможно, проживет еще несколько лет и умрет.
— Слова противоположны происходящему. — улыбнулся Родион.
— О да! — обрадовался Марк. — Как я скучал!
Василиса всхлипнула и, откинув крышку флакона, сделала два больших глотка. В сердце еще теплился крохотный огонек доверия к одному из этих двоих: отец однажды спас ее, может, и сейчас он что-нибудь придумает.
— Ты должна мне доверять, Василиса. — слабо улыбнулся Нортон, перебив себя.
— Я и так доверяю. — ответила Василиса.
— Ну а теперь попрошу рассказать все, что произошло с тобой в прошлом, — велел Астрагор.
После того как прозвучало последнее слово из Василисиного рассказа, воцарилась особенная тишина. За окном посветлело, в комнате стало по-утреннему свежо. Василиса так устала, что желала лишь одного — чтобы посетители наконец ушли.
— Не рада была меня видеть? — спросил Нортон.
— Хотела покоя.
В горле першило, хотелось выпить воды, но девочка постеснялась взять стакан с тумбочки. Отец перехватил ее взгляд, встал, принес чайник с общего палатного столика, наполнил стакан до краев и передал дочери.
— Спасибо…
— Итак, — нарушил тишину Астрагор, — это все очень удивительно. Никто из ключников не углублялся настолько далеко в прошлое… И настолько точно. Похоже, мы имеем дело с интересным феноменом. Очень занятный временной цикл, не находишь, Нортон? Ты ведь всегда хорошо разбирался в парадоксах, не так ли?
Мужчины как-то странно, с особым значением переглянулись.
«Опять загадки», — устало подумала Василиса. Она-то им рассказала всю правду, может, теперь настала их очередь?
— Мы не могли тебе всё сказать.
— Ох Нортон, сколько однако коментов у тебя! — засмеялся Миракл.
— Это точно.
— Что будет со мной? — угрюмо спросила она. — Я постарею и умру?