Боже, я даже не могу подобрать слова. Потрясающе? Великолепно? Прекрасно? Говорил ли я когда-нибудь вслух слово «прекрасный»? Я открываю Мэри дверь, и она скользит на заднее сиденье.
— Это было прекрасно, — говорит она, заканчивая мое предложение и улыбаясь. — Просто идеально. Увидимся завтра?
— Я буду искать тебя на трибуне. Я буду парнем под номером 6, — говорю я ей, затем закрываю дверь и стучу кулаком по крыше такси.
____________________
Примечания:
1 — Yukon — марка внедорожника. Производится компанией General Motors.
2 — Скрэббл — настольная игра, в которой от двух до четырёх играющих соревнуются в образовании слов с использованием буквенных деревянных плиток на доске, разбитой на 225 квадратов. В русскоязычной среде известна также под названиями «Эрудит» или «Словодел».
Глава 30
Мэри
На моей щеке временная татуировка Bears, а в руке крендель с пармезаном. Я следую за Бриджит по паутине лестниц и туннелей через стадион, пока мы не находим свои места, которые располагаются сразу за местами для игроков «Медведей» в первом ряду. Мы так близко, что, кажется, будто находимся прямо на поле.
— Эх, если бы у меня был мужчина, который хотя бы на половину так меня баловал… — говорит Бриджит, жуя свою ярко-синюю сахарную вату. — Тебе чертовски повезло.
Конечно, я так и не сказала Бриджит и Джимми, что никогда раньше не видела ни одного футбольного матча. Я не знаю вообще ничего об этом виде спорта, что, видимо, делает меня совершенно не американкой, но теперь ничего уже не поделаешь.
— Домашние игры — это отпад. Все игроки надевают эти обтягивающие белые штаны, — Бриджит жует сладкую вату. — Посмотри на эти задницы. Боже.
И правда, вид довольно захватывающий. Но того, кто мне действительно интересен, я пока не вижу. Я осматриваю край поля, по которому слоняется множество крепких и мускулистых мужчин. Некоторые из них растягиваются, другие разговаривают или пьют воду из крошечных стаканчиков. Неподалеку расхаживает Радович. Он в тех же спортивных штанах, но вместо кроссовок сегодня на нем ботинки. Его огромное пальто дополнено меховой шапкой на затылке, отчего лоб выглядит огромным.
— А где Джимми? — спрашиваю я Бриджит.
Она перестает жевать, и сахарная вата облаком вылетает из её рта.
— Ты такая милая. Он большой человек в университетском городке. Ты узнаешь, когда он сюда приедет. Обещаю.
Через несколько секунд предсказание Бриджит подтверждается, поскольку дымовые машины начинают создавать дымку вокруг одного из туннелей, ведущих к полю. Он окружен аркой воздушных шаров, окрашенных в сине-оранжевый цвет «Медведей».
Объявляют одного игрока за другим, и их появление на поле встречается громким ревом, аплодисментами и овациями. А затем диктор произносит: «И номер 6. Защитник Джимми Фалькони!»
Но это объявление не встречает одобрения. Нет. Вместо этого стадион наполняется низким бухуууууу.
Я смотрю на Бриджит.
— Что происходит? Почему они свистят?
Она наклоняется ко мне.
— Фанаты любят его, когда он побеждает, и ненавидят, когда проигрывает.
Гнев внутри меня настолько силен, что мне приходится на секунду сесть. Придурки. Семьдесят тысяч придурков.
— Я не смогу на это смотреть.
Но затем Джимми пробегает мимо меня, поднимает глаза и подмигивает. В это мгновение в мире нет никого, кроме него и меня. Он выглядит очаровательным, сексуальным и красивым. И глубоко внутри я чувствую, как какой-то жадный, первобытный уголок моей души говорит: «Этот мужчина мой».
Он исчезает в толпе игроков. Я с трудом сглатываю и проверяю, не потекли ли у меня слюни. К счастью, нет. Пока.
— Успокойся, девочка, — говорит Бриджит, закутываясь в свою куртку. — Мы никуда не пойдем, пока одной из нас не захочется писать так сильно, что будет больно.
***