В прошлой жизни Андрею подумалось бы, что офицер несет полный бред. Хотя бы потому, что у него нет мин! Но сейчас в камуфлированной разгрузке поверх брони имелись четыре осколочные и две универсальные гранаты. Две последние можно использовать в качестве мин.
Ливадов плотно закрыл дверь и трижды проверил, что она в запертом положении, потом активировал первую гранату. Тактическая система и визор спроецировали над ней небольшое поле, в котором рекрут выбрал нужные параметры. Первая граната-мина вонзила в пластик двери острые держатели в полуметре от пола, вторая — в метре выше.
Готово! Ливадов отступил от двери и даже залюбовался на два стальных смертоносных устройства. Как только дверь сдвинется в любом направлении на десять миллиметров, две фугасные струи прожгут пластик в один миг, а в следующий — все, что находится за дверью и на лестнице на три-четыре метра вниз. Андрей довольно хмыкнул. Чудо двадцать третьего века! В его время такие штуки тоже не помешали бы.
— Отлично, парни! — Второй лейтенант неожиданно похвалил рекрутов, только что установивших мины. — Теперь давайте на новые позиции! Остальные — тоже!
Схема первого этажа многоуровневой парковки ожила. Точки, что отображали личный состав сводного отделения и приданный робот-разведчик, замерцали и сосредоточились возле автомобильных съездов на второй уровень. Подъем на первый этаж будет заблокирован! Аварийные подъемы заминированы, а новое расположение морпехов создаст плотность огня, которая разнесет в клочья любого, кто попытается прорваться наверх через автомобильные тоннели.
Андрей выругался. Они здесь ради удержания занятой позиции, или все-таки… Черт! Второй лейтенант словно подслушивает его! Шелли безжалостно уничтожил глупую и крохотную надежду отсидеться наверху.
— Не спешим мы, парни, — сказал второй лейтенант, — а пора уже спускаться!
Глава 24
Ультиматум
— Ваша связь с Марсом и другими кораблями флота заблокирована. Не пытайтесь сломать блокировку, — продолжал командир мятежного крейсера, — это будет считаться попыткой сопротивления. Отстыковка любых судов от больших платформ также расценивается как сопротивление, и…
Передача с «Новика» вдруг оборвалась. Полковые связисты смогли заглушить, а это значит… Женька похолодела. Это означает, что идущая без сопровождения ударных кораблей флотилия транспортников десантного полка принимает бой с призрачными шансами на успех.
Но иначе невозможно. Ливадова не могла представить, что они сдадутся на милость или перейдут на сторону мятежников. Их 10-й отдельный десантно-штурмовой полк перебрасывается на Марс именно для подавления возможных террористических угроз. Однако не долетели — мятежники встретили десантников в космосе да еще в самом уязвимом положении. Неполного курса учебки вполне достаточно, чтобы понимать степень исходящей от крейсера «Новик» угрозы.
— Он не из флотских, — пробормотал по общему каналу связи Горгуа. — Космофлотец никогда не назовет корабль судном…
И замкомвзвода крепко выругался. Женька невольно улыбнулась, уж больно забористо сказанул Горгулья. Он таким образом боевой дух поднимает?
— Сержант! — Голос Еременко был нарочито строг. — Дисциплину подрываем?
— Никак нет, господин старший лейтенант!
— Принято, сержант, — по-уставному произнес Еременко. — Второй взвод! Слушай меня! Ситуация нештатная, но все под контролем. Десант террористам кланяться не станет, а вы будьте готовы к бою. Вполне возможно, сойдемся с «Новиком» вплотную. Тогда возьмем его на абордаж!
Женька вздрогнула… На абордаж… Звучит дико, но она на борту десантного корабля, на ней тяжелая штурмовая экзоброня, поэтому ничего дикого в словах Еременко нет. Черт!
— Говорит Иверский!
Снова включилась передача с «Новика». Его радиоэлектронные системы подавили глушилки полковых связистов.
— Я официально обращаюсь от имени Красного Авангарда!
Перед каждым бойцом второго взвода спроецировалось инфоокно. Ливадова увидела немолодого, болезненно худого человека с редкими седыми волосами. Он был одет в рабочий коричневый комбинезон с двумя нашивками в области сердца: «Марсианские колонии. Корпорация „Сигма“» и «Инвентарный номер 463-15675».
Уставившись на проекцию, Женька шумно выдохнула, но это все, что себе позволила. Реакция командира взвода и его заместителя оказалась куда менее сдержанной. Они высказали вслух все, что подумали о «взбесившемся рабе» и «недочеловеке» на командирском мостике крейсера «Новик».
— Я командир крейсера Иверский, — повторил человек в рабочем комбинезоне. Бледная кожа, скорее даже сероватая, выдавала крайнюю степень болезненности. Но во взоре горел фанатичный огонь. Для такого не существует личное, он ни перед чем не остановится. — Последний раз предлагаю присоединиться к восставшему народу. Либо требую сдаться!
По инфоокну пробежала рябь, оно замерцало и погасло на секунду — это полковые средства РЭБ пытались прервать трансляцию, но безуспешно. Видеоизображение восстановило четкость, помехи исчезли.
— Вижу, вы упорствуете. — Лицо Иверского помрачнело. — Напоминаю, что «Новик» относится к классу линейных крейсеров, и поэтому сопротивление вашей флотилии совершенно бессмысленно. Помощи вы тоже не дождетесь. Переходите на сторону Красного Авангарда! Тогда я разошлю по всем каналам запись с обращением офицеров и солдат полка о присоединении к угнетенному и восставшему народу. Либо будете уничтожены!
Человек в коричневой робе перевел дух. Ему как будто не хватает воздуха.
— Для записи обращения на борту крейсера все готово. Я высылаю крыло истребителей, чтобы встретить катера, которые доставят на борт «Новика» командира полка, всех офицеров штаба и всех командиров батальонов! С последними должны прибыть несколько делегатов от солдат и сержантов! Все должны быть без оружия! Даю на размышление двадцать минут!
Террорист взял короткую паузу и затем продолжил:
— Я обращаюсь не только к офицерам. Мой призыв также направлен к рядовому составу, который сейчас видит и слышит меня. Вы знаете о бесчеловечной политике корпорации ко всем людям вне зависимости от статуса…
Трансляция с мятежного «Новика» оборвалась. Появилась проекция нового инфоокна.