— Так не скажешь? Сиди тогда всю ночь в сарае!
Мать за Сашка заступиться хотела, отец только прикрикнул:
— Не мешайся, Настя! Это наше — мужское дело.
Запер отец Сашка в сарае, здоровенным замком дверь прищёлкнул, ушёл.
Сидел Сашок, сидел даже холодно стало. Промяться бы маленько надо.
Крыша в сарае соломенная, дыр много: проплешинки лунные на земляном полу высвечены.
Достал Сашок из-за щеки бумажку мокрую, развернул осторожно, подставил под жидкий свет. Цел Приказ! Все буквы видно. Не зря уговор был — простым карандашом Приказы писать.
На листе Маска нарисована и Кинжал рядом — знак Великих Братьев.
На бумажке написано:
Чуть не заплакал со зла Сашок: как Приказ выполнишь, когда замок пудовый на двери висит? Не выполнить нельзя — Клятву нарушишь. А за это — позор и презрение до гробовой доски, как о том уговор был.
Ходит Сашок по сараю, слёзы на глазах утирает, что сделать — не придумает.
А в это время на крыше — шур-шур: ползёт кто-то. Вот одна дырка в соломе сразу чёрной сделалась: лёг кто-то и на него, Сашка, глядит.
Брат Кирька, наверное. Он всегда Сашка жалеет.
А кто-то сверху шепчет:
— Это ты, Великий Брат Шурка? Отзовись. Не бойся. Это я — Великий Брат Ванька Косой. И остальные Братья тут же, у сарая дожидаются.
Обрадовался Сашок:
— Братья вы мои Великие, дорогие, выручайте меня!
— Затем и пришли, — отвечает Иван Косой. — Потерпи малость, сейчас тебя из темницы вытащим!
В один момент разобрал Ванька Косой солому в крыше, здоровенную дыру сделал, шепчет Великим Братьям:
— Сейчас я вам верёвку кину, тяните за неё!
Один конец Сашку спустил, другой — бросил Братьям.
— Привязывайся, Шурка! Тащить будем.
На воле очистили Великие Братья Сашка от соломы, говорят:
— Ну, теперь пошли Гнилую Грушу бить!
Сашок даже засопел от возмущения:
— Мне Приказ, я и бить буду! А вчетвером одного — неинтересно.
— Молодец, Шурка! — похвалил Лёшка. — Мы — за справедливость, а не просто так. Иди и исполни благородный Приказ.
И растворились, исчезли мальчишки в темноте полночной, за избами сонными.
Идёт Сашок к Генькиной избе. И чем ближе подходит, тем тяжелей ноги. Страшно! Генька — вон он какой здоровый, на целых четыре года старше, кулачищи железные! А что сделаешь? Приказ!
Дошёл Сашок до Генькиной избы, оглянулся кругом — никого.