— Курьер из армии, стоящей возле Лауры, сэр, — офицер дрожал и был бледен. — Знаете, есть пограничная планета Авалон?
— Конечно, знаю. — Саракоглу старался держать себя в в руках.
— Так вот, сэр. Сначала они сдержали слово насчет перемирия. А сейчас отказываются! Говорят, что хотят продолжить борьбу!
Худощавое, бородатое лицо на экране проговорило с ноткой отчаяния в голосе:
— Господа, вы ведете себя, как безумцы!
— У нас неплохая компания, — ответил Дэннель Холм.
— Значит, вы намереваетесь отделиться от Доминиона? — воскликнул адмирал Кайал.
— Нет! Собираемся в нем остаться. Нам здесь очень нравится! Никакой тебе имперской бюрократии!
— Но соглашение о перемирии?..
— Конечно, будем придерживаться его. Авалон никому не хочет причинять вреда.
Кайал плотно сжал губы.
— Знаете, нельзя так играть словами. Ваше правительство заявило, что Империя может занять эту Систему, пока не будет разработано окончательное мирное соглашение.
Льзу из Тарна наклонил седую голову к сканнеру, передававшему его изображение в офис Холма и на орбитальный корабль Кайала.
— Обычаи Итриан не похожи на земные, — сказал он. — Миры Доминиона связаны друг с другом клятвами взаимной дружбы. И то, что наши коллеги не могут больше помогать нам, не дает им права приказывать, чтобы мы сами отказывались от продолжения самозащиты, не говоря уже о том, что наша гордость требует, чтобы мы продолжали борьбу ради той помощи, которую, возможно, мы сможем им оказать.
Кайал потряс в воздухе кулаком.
— Господа, — прогремел он, — мне кажется, вы думаете, что мы живем в эру беспорядков, а вашими оппонентами являются варвары, не знающие ни что такое цель, ни что такое организация, и те, кто отступается от своего, если сразу не получает того, чего хочет. Правда же состоит в том, что вы выступаете против Имперской Земли, которая мыслит на столетия вперед и правит тысячами планет. И все это может быть обращено против вас. Вся сила, победившая Доминион, может сейчас быть сосредоточена в одном месте. А так будет, господа! Если вы будете настаивать, именно так и будет!
Он обвел взглядом каждого из оппонентов:
— У вас сильная защита, — сказал он, — но вы должны понять, что она будет уничтожена. Сопротивление не даст вам ничего, кроме уничтожения ваших домов и смерти миллионов. Вы спросили у них? Они согласны на это?
— Да, — ответил Льзу, — Круат и Парламент снова провели голосование. Большинство высказалось за продолжение войны.
— Насколько было велико в этот раз большинство? — резко спросил Кайал. И увидел, как встопорщились крылья и напряглись мускулы итрианина.
Холм сглотнул.
— Вот что, адмирал. Как насчет эвакуации всех, кто не может или не хочет оставаться, прежде чем мы снова начнем драку?
Кайал сидел неподвижно. Лицо его окаменело. Когда он заговорил, то казалось, будто собственный голос причиняет ему боль.
— Нет. Я не могу позволить врагам избавляться от их же собственных обязательств.
— Вы жаждете возмездия? — спросил Льзу. — Неужели нельзя продлить период прекращения огня до тех пор, пока не будет подписан мирный договор?
— А если по этому договору Авалон отойдет Империи, вы станете повиноваться? — вопросом на вопрос ответил Кайал.
— Возможно.
— Неприемлемо! Лучше сразу же покончить с этим делом. — Кайал колебался. Конечно, понадобится время на то, чтобы привести все в порядок в других местах и переправить сюда армию. — Учтите, период прекращения огня кончается, когда мой корабль возвратится на установленную по соглашению дистанцию. Я проконсультируюсь с губернатором Саракоглу. Я обещаю вам и всем авалонянам, что мы самым тщательным образом обсудим положение дел с тем, чтобы принять самое разумное решение. Если вы захотите с нами связаться, вам стоит только заявить о новых переговорах. Чем скорее это произойдет, тем великодушней будет… обращение, на которое вы можете рассчитывать.
— Принято к сведению, — сказал Льзу.
Последовали ритуальные церемонии, и экран с изображением Канала померк.