— Так что им было нужно??
Шаманка вздохнула и ткнула пальцем в свод ворот лагеря.
— Голову унесли. А мне можно начинать тебя лечить заново. Несите его в Нору.
Только уже глубокой ночью, после разбора кучи проблем свалившихся в результате этого нападения, я смог переговорить с Шаманкой.
На время моих очередных лечебных процедур моя свита из солидарности обычно оставляла нас двоих, не желая видеть, как меня корчит и корежит.
Как созналась мне Ая и ее поддержали дружным кивком остальные — убьем Ведьму ненароком.
Зато у нас появилась очень редкая возможность побыть наедине.
— И что это было? — я утерся после очередного настоя и сел, пытаясь восстановить зрение и не упасть лицом вниз со своего помоста.
— Это моя вина.
— А точнее.
— Я упустила из виду, что все надо проверять.
— Не ходи по краю, Мудрая, я сейчас не могу улавливать все хитросплетения твоего, такого объемного ответа.
Она покосилась на меня, продолжая что-то перемешивать в каменной ступке, и отвернулась к огню в очаге. Я молча ждал, разглядывая ее профиль, четко очерченный светом огня.
— Темный, я была уверена, что он с той жадности, от такого долгого голода, его вытянет целиком. Ты и сам нес эту голову, головешка. И не проверила.
А она — это зримый якорь его души в этом мире. Я сделала, — она сбилась и продолжила, — я не сделала, то, что обязана сделать и никогда не забыла бы сделать даже ученица любой магической Академии. Я слишком много жила, я слишком стара.
— Потом поговорим об этом, что нас ждет?
— Ты и сам знаешь, основы тебе дали. Сейчас, где-то там, — она мотнула головой на выход из нашего дома, — его возвращают в наш мир, в новом обличье. Он скоро себя проявит. А мы не знаем, сколько еще его слуг вокруг нас.
— Я думаю, что скоро узнаем.
Глава 34
Ирука. Дорога к Малому хребту.
Неторопливое покачивание мохнатой спины, лучи солнца, пробивающиеся через кроны деревьев, окрашивающие эту широкую спину бегающими зайчиками. Перекатывающиеся под шкурой могучие мышцы еще больше разгоняют их по спине, заставляя причудливо изгибаться, прыгать и прятаться в густой, клочковатой шерсти. Низко опущенная голова варга ритмично покачивалась из стороны в сторону, подергивая ушами, отгоняя нахальных мух и мошек. Иногда зверь поднимал голову, принюхивался и прислушивался, ни на секунду не прекращая свое размеренное движение.
Сидевшая на спине Быстрого Ирука сонно отмахивалась коротким копьем от веток, что все время пытались хлестнуть ее по лицу и уклонялась от тех, что упорно пытались стряхнуть ее со спины варга. У нее за спиной, уцепившись за ремни сбруи, дремали ее щенки, укутавшись в ее плащ. Рядом с ее ногами, держась рукой за петлю сбруи все также упрямо сжав зубы, неутомимо шел Та.
Тропа, по которой они шли, была натоптана лесными жителями и позволяла им достаточно свободно походить через густой подлесок пригорного леса, и, все повышаясь, вела их в сторону перевала. Уже третий день они шли и шли на только Быстрому известное место встречи с их новой Семьей.
Сейчас они все отдыхали, идя неспешным шагом, но обычно это продолжалось недолго. Вот и сейчас Быстрый шумно выдохнул и, встряхнувшись спиной, пошел размашистой рысью, все набирая ход. Ирука села поудобнее, ухватившись одной рукой за верхний ремень и сунув ноги под подпругу. Целая стая самок в Большом лагере едва не в драку шили эту сбрую на Быстрого из собранных по поселкам людей кожи и шкур, приохоченных лучницами-уруками.
Шили, примеряли, давали поносить, собравшись плотной стаей, не дыша выслушивали, что им рассказывала Ирука, переводившая мысли лениво валяющегося в теплой пыли варга. После чего дружно вычесывали млеющего зверя, попутно переделывая сбрую с учетом полученных указаний. Весь этот процесс закончился после прихода кожевенников Бооргуза, что в драку добились для себя привилегии одеть и обшить варга. С их умелыми руками дело пошло веселее и закончилось в срок. Сейчас в оружейном сарае Большого, плотно увязанными тюками хранились еще несколько наборов, пошитых по указаниям и размерам, что Ирука начертила на земле перед их навесом, расталкивая сопящих от усердия и внимания самок и мастеров.
Идущий рысью варг — это еще то место для езды для тех, кто к этому не привык, и Ирука еще не была полноценной наездницей. Все время до этого похода она упорно постигала эту нелегкую науку, при полном и всеобъемлющем понимании и участии Быстрого. Сколько раз она летела кувырком, не заметив очередную коварную ветвь, улетала в кусты от неожиданного прыжка в сторону ее скакуна или летела через его голову при резкой остановке.
С ее лица не сходили царапины и синяки, что каждый вечер смазывала какой-то дрянью Тзя, крупная самка из ближнего круга Вождя, на удивление странно выглядевшего во всей этой толпе орков. Ни размером, ни видом, на обычного орка он был не очень похож.
Глазами, глазами, что изредка скользнув по ней, заставляли ее вздрогнуть и почувствовать неистребимое желание куда-нибудь убежать, спрятавшись подальше. Обычно под навес варга, где она часами сидела, прижавшись к мохнатому боку и чувствуя, как с другой стороны к ней жмутся щенки. Только к утру под навес возвращался Та и устало валился на тонкую подстилку у стены. И уже через час он, упрямо сжав зубы, бежал с ними на ежедневную учебу.
Проще всего к езде на Быстром приспособились щенки, умело и ловко перебираясь по сбруе из конца в конец немалой для них спине варга прямо на ходу, по-видимому, получая огромное удовольствие от происходящего.
Как-то Быстрый, в бытность свою наступивший по недосмотру на лапку щенку, получил мгновенную и громкую трепку от Таши, заставив на час замереть в тишине весь Большой лагерь. Надо отдать должное, чуткие лапы варга мгновенно унесли всю остальную тушу зверя, не спев даже помять испуганно пискнувшего щенка. Второй тоже пискнул, отдернув ту же лапку, что и его брат. Мгновенно ощетинившаяся Таша громко щелкнула своей пастью у морды отпрянувшего Быстрого и, что-то невнятно рыча и ворча, погнала его по всему навесу, на ходу разрушая и разбрасывая убогую обстановку.