— Прекрасный вид.
— Неприличный, — шепнула Фиона.
— И что же делать? — заинтересовался он.
— Как что? Закрыть глаза…
— Я тебя сейчас поцелую.
— И я тебя… Только сначала извинюсь.
— Не надо.
— Надо, — Фиона, наконец-то, посмотрела на мужа. — Не обижайся на нас с Эдме. Мы не хотели… Просто все так сложно, — она невесело рассмеялась. — Даже в словах путаюсь, а еще романы пишу. Ужас, да?
— Неа, — поцеловал смущенную девушку Бен. — Все замечательно и прекрасно. А хочешь секрет?
— Да.
— Я прочел все ваши романы, — шепнул в порозовевшее ушко он. — И мне понравилось.
— Правда?
— Честное благородное слово. Очень интересно.
— Софи тоже нас хвалит, — оживилась Фиона. — А вот тетушке не нравится. Она даже хочет запретить нам… — сникла она.
— У тещи ничего не получится, — тихонько рассеялся Бернард. — Кончилась власть суровой лэры Нэлианны.
— Она хорошая.
— Замечательная, — согласился он. — Просто прекрасная, раз смогла вырастить вас с Эдме. Только ее время кончилось, теперь вы мои.
— И это возвращает нас к началу разговора, — Фиона нежно погладила мужа по щеке. — Не обижайся на нас, Бернард. Мы хорошие, просто дурные. Наверное… Так говорят. Но зато мы тебя любим. Обе.
— Вы чудесные, насквозь прекрасные девочки. И я вас очень люблю. Обеих.
— Раз так, — в дверь поскреблась Эдме, — не выгоняйте меня. Одной холодно и грустно, — совершенно несчастная поганка прошмыгнула в ванную.
— Тебе же лежать надо, — ахнул заботливый Бен. — После такого…
— Мне бы искупаться, — опустила глаза Эдме и тихонько бочком-бочком подвинулась ближе.
— Лиса, — хмыкнула, заметив ее маневры, Фиона и отвернулась, чтобы набрать ванну.
Тугая струя воды ударила в дно неглубокого мраморного бассейна.
— Тебе какой аромат?
— Апельсин, — сказала Эдме.
— Лаванду, говоришь? Правильно. Таким нервным барышням завсегда лаванду льют, — прикинулась глухой Фиона.
— Ну чего ты? — опять надулась сестра. — Я же по-хорошему. Бен, скажи ей. Бен, ты чего молчишь? Бен! — топнула ножкой.
— А? — вздрогнул тот.
— Я говорю…