Подняв руку, чтобы коснуться его лица, я прошептала:
— Люсьен.
Когда моя ладонь коснулась его щеки, увидела, как он медленно закрыл глаза, и отразившееся глубокое чувство, столь очевидное на его красивом лице, заставило меня затаить дыхание.
Он был очень хорош собой, но, глядя на него в этот момент, он был просто поразительным.
Я почувствовала, как губы приоткрылись от благоговения, и мне отчаянно захотелось поцеловать его. И своим поцелуем я хотела отвлечь его демонов, впитать его эмоции, забрать их у него навсегда.
Прежде чем у меня появилась возможность совершить этот подвиг, его глаза открылись, и он пробормотал так, словно пытался успокоить меня, хотя я чувствовала, что он переживает кошмар:
— Это было давно, зверушка.
— Но это все еще беспокоит тебя.
Его рука скользнула с моей шеи к моей руке на его лице. Его длинные пальцы обхватили мои, и он поднес костяшки моих пальцев к своим губам, касаясь их.
Затем его глаза встретились с моими, и он повторил:
— Это все еще беспокоит меня.
Тогда я поняла, почему люди вели себя так рядом с ним, и поделилась своими соображениями:
— Ты герой — вампир. Они восхищаются тобой.
— Да, восхищаются, — согласился он небрежным тоном, который говорил, что для него это мало что значит, продолжив: — Они также боятся меня.
Я подумала, что им, наверное, следует его бояться. Это действительно было страшно, раз он смог выследить тысячи вампиров в одиночку.
— Какое все это имеет отношение ко мне? — Поинтересовалась я.
Он положил свою руку, все еще держа мою, себе на грудь.
— Из-за статуса, который они мне присвоили, люди интересуются всем, чем интересуюсь я. Плюс другие раздражающие вещи, связанные с меткой. Тебя я пометил двадцать лет назад и ждал. Это не мое обычное поведение. Твое поведение тоже не похоже на обычное поведение наложницы. Что и заинтриговало многих людей, и они начали наблюдать и ждать, что будет дальше. Теперь, боюсь, они не менее заинтригованы.
— Так что, в некотором смысле, мы похожи на смертных и вампиров Элизабет Тейлор и Ричарда Бертона, без свадеб и всего такого, конечно, — пробормотала я.
Я почувствовала облегчение, когда атмосфера стала не такой напряженной, его лицо смягчилось, а губы дрогнули.
— Что-то в этом роде.
Ну, это был ответ на один мой вопрос, и, как обычно, все представлялось вполне логично.
Теперь о том, что меня очень пугало.
— Почему ты думаешь, что сможешь спасти меня от моего сна?
Он перевернул нас на бок, подтянул так, чтобы я оказалась лицом к лицу с ним, и прижал меня к себе.
— Ты помнишь разговор, который подслушала сегодня утром? — спросил он, и я кивнула.
Как я могла забыть?
Он продолжил:
— Думаю, что ты настраиваешься на меня.
— Да, я помню, как ты это говорил. Какое это имеет отношение к...?