— Еще одну, дорогая, просто на всякий случай.
Я поймала веселую усмешку Эйвери, когда взяла пастилку и сунула ее в рот, хотя она мне была не нужна и я ее не хотела. Но Эдвина беспокоилась. И то, что я выполнила ее указания, заставило ее почувствовать себя лучше. Я хотела, чтобы она чувствовала себя лучше, более того, я хотела, чтобы она была моей новой мамой, поэтому я не хотела отпугивать ее своим отношением, прежде чем она возьмет на себя эту роль.
Отношение придет позже, в первый раз, когда она скажет мне вести себя прилично, что, без сомнения, произойдет.
Люсьен был неправ. Он появился дома не через пять минут. Он был дома через четыре минуты. Было неловко признавать, но я все время посматривала на эти чертовые часы.
Чтобы скрыть этот факт, что я превратилась в девчушку, одержимую красавчиком-вампиром, который собирался «соединиться» со мной в эту самую ночь, я не потрудилась подняться с подушки, когда он вошел.
Мне следовало бы знать лучше.
Он повесил ключи на держатель, кивнул Эдвине, пожал руку Эйвери, а затем направился прямо к моей подушке.
— Йоу, — сказала я, глядя на него снизу вверх.
Такая Крутая Хозяйка.
Его рот дернулся. Мои женские части покрылись рябью.
Не успела я опомниться, как меня выдернули с подушки, и я оказалась в объятиях Люсьена. Не так, как обычно, обними свою наложницу по прибытии домой.
Нет.
Он поднял меня, и я обхватила его ногами за талию, руки автоматически легли ему на плечи, чтобы удержаться, его руки поддерживали мою задницу.
Его голова откинулась назад, он посмотрел на меня и пробормотал:
— Как прошел твой день, милая?
— Я весь день писала все, что хотела сказать, в блокноте, — ответила я. — Знаешь, как это раздражает?
— Это так трудно? — спросил он, и в его черных глазах заплясали искорки сдерживаемого смеха.
Это было нетрудно.
— Да, — раздраженно ответила я.
У него снова дернулись губы, рука оставила мою задницу, скользнула вверх по спине и запуталась в моих волосах.
— Твоя пытка закончена, — пробормотал он, прежде чем запрокинуть мне голову, чтобы поцеловать меня.
Ненормальный, потому что у нас была компания, просто чмокни свою наложницу в губы по прибытии домой и все.
Нет же.
Полный вперед, рты открыты, языки дерутся, ненасытные, пиршественные поцелуи.
Я тяжело дышала, когда поцелуй закончился, и совершенно забыла о существовании Эйвери и Эдвины, не говоря уже о том, что они были в комнате.
«Я бы хотел отвести тебя наверх прямо сейчас», — сказали его мысли моим, и его голос звучал восхитительно голодно в моей голове.
Можно было бы сказать, что в этот самый момент я бы тоже хотела наверх.
Но я решила ничего не говорить.
Затем он спросил, его голос в моей голове звучал одновременно сладко-интимно и еще более сладко-дразняще — «Пастилки для горла?»
Я ничего не могла с собой поделать и не знала, почему, но хихикнула.