Если уж я слышала стук своего сердца, то что говорить про него.
— Да, — храбро ответила я, но совсем неразумно.
— Ты, бл*дь, понятия не имеешь, чему только что была свидетелем. — Его голос все еще звучал тихим, возмущенным шепотом.
— Я знаю, но это было тошнотворно.
Внезапно его ярость заполнила всю комнату, забившись мне в горло, расширяя мои легкие, он склонился надо мной, упершись кулаками в кровать рядом с моими бедрами.
Я стала карабкаться на заднице с помощью пяток и рук дальше по кровати к изголовью.
Он последовал за мной, быстрее, чем я.
Голова ударилась о спинку кровати, он отступил настолько, поднявшись на коленях, потом схватил меня за икры и дернул обратно по кровати между своих бедер, затем навалился на меня всем своим весом.
— Ты продемонстрировала еще одну ужасную черту своего характера, зверушка. — Он все еще говорил своим страшным шепотом.
— Какую? — Выстрелила я в ответ. — Мне казалось, ты видел уже все.
— Ты быстро делаешь выводы, не задав ни одного, мать твою, вопроса, — парировал он.
— Как ты собираешься объяснить, что в кровь разбил нос своей жене на глазах у своей любовницы? А? Как насчет того, что ты унижал ее у меня на глазах? Как насчет того, что завел себе любовницу, когда у тебя есть жена? — Я издала фыркающий звук, звучал он немного неловко, но я была так взбешена, что даже не стала об этом беспокоиться. — Чему тут удивлять! Ты же ни раз заставлял меня смириться. Почему я доверилась тебе и не сбежала, чтобы меня не заставляли быть свидетелем того, что я... никогда... не узнаю.
Он напрягся, глаза впились в меня. Это длилось, казалось, целую вечность.
Затем он резко втянул воздух через нос.
И я поняла, что терпение, которое он хотел задержать, ускользает.
Я не ошиблась.
— Я рисковал всем ради тебя, — тихо произнес он.
— Своим браком? — Мой голос сочился кислотой. — Не похоже, что ты ценил его слишком высоко.
Похоже он даже не слышал мои слова.
— Всем, — повторил он. — И что получил взамен?
До меня начало доходить, что я нахожусь в очень плохом положении.
Во-первых, Люсьен в ярости выбил дерьмо из своей жены. Во-вторых, если бы он то же самое проделал со мной, я бы не выжила. В-третьих, по какой-то причине он злился, нет, он был в бешенстве. В таком бешенстве, что раньше я никогда такого бешенства не видела в своей жизни. И, наконец, я не могла бороться с ним. У меня не было абсолютно никакой возможности защититься от него, что он решил бы со мной сделать.
Все ткани моего тела окаменели, меня парализовал страх.
— Это самый умный ответ твой за сегодня, — сообщил мне Люсьен, и я поняла, что попала в беду.
Он ухмыльнулся, и это была не одна из его красивых улыбок. Такой ухмылки я тоже никогда раньше не видела.
Она была безжалостной.
Его ухмылка исчезла, потому что его лицо исчезло на моей шее.
— Послушай меня, Лия. Я сломлю тебя. Ты понимаешь? — поклялся он, его голос грохотом прошелся по моей коже.
Я не понимала, хотя в то же время понимала.
Он продолжил: