Солдатский маршал [Журнальный вариант]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Папа возвращался домой поздно, когда я уже спала, он работал ночами, как это было принято при Сталине.

Дома они с мамой беседовали за огромным столом. Она всегда ждала его возвращения. Иногда уезжали куда–то вместе. Помню сборы на праздничные приёмы. Отец как военный человек собирался быстро: мундир в орденах, начищенные парадные сапоги, фуражка в руке, а мама, хотя и шустрая по натуре, ещё прихорашивалась и в последнюю минуту спешила подкрасить губы и подушиться духами «Каменный цветок», привезёнными папой из Москвы. Коробочка, которая так симпатично раскрывалась, как малахитовый цветок, была моей вожделенной игрушкой: я уже знала сказку Бажова про малахитовую шкатулку.

Собираясь куда–либо с отцом, мама усаживала меня на диван с вязаными подушками — я и теперь храню их, хотя моя дочь Даша уговаривает их выбросить, — но это мой образ детства во Львове: уютный дом, диван, вязаные подушки и руки вокруг маминой шеи. А ещё один памятный образ — папа в военном мундире, который, приехав со службы, буквально взлетает на второй этаж особняка и бережно берёт на руки, носит, прижав к груди, долго–долго, всю ночь: я тяжело болела корью.

Когда я поправилась, папа сделал мне подарок: маленький медальон в форме сердца, внутри которого два овала для фотографий, а на крышке, как капелька крови, крохотный рубин. Теперь там хранятся две фотографии — моих молодых родителей.

Из Львова папа поехал в Москву на похороны Сталина, а вслед за ним засобирались и мы с мамой».

После смерти Сталина наступила новая эпоха.

В 1955 году Конев вновь назначили Главнокомандующим сухопутными войсками.

В 1955 году в Варшаве главы государств «социалистического лагеря» подписали военный союз «по обеспечению мира и безопасности в Европе». В союз стран — участниц Варшавского договора — первоначально вошли Албания, Болгария, Венгрия, ГДР, Польша, Румыния, СССР и Чехословакия. Это был ответ военному блоку НАТО на присоединение к нему Западной Германии.

Первым командующим Варшавского военного блока стал маршал Конев и занимал эту должность до 1960 года. Штаб–квартира находилась в Москве. Одновременно за ним сохранялся пост первого заместителя министра обороны СССР. Министром был Жуков.

В 1956 году, когда в Венгрии вспыхнуло восстание, подавлять его направили Конева.

Это была, пожалуй, первая попытка оранжевой революции по сценарию из–за кулис. Новый президент США, бывший главнокомандующий экспедиционного корпуса союзнических войск Дуайт Эйзенхауэр объявил краеугольным камнем своей внешней политики «освобождение всех захваченных народов». На выступлении перед студентами Колумбийского университета Эйзенхауэр заявил: «На Соединённые Штаты Америки возложена миссия руководства миром. Вашему поколению предоставлена замечательная возможность внести свой вклад в то, чтобы это руководство стало моральной, интеллектуальной и материальной моделью на вечные времена».

Насколько последовательны американцы в выполнении заветов своего 34‑го президента, мы видим и теперь.

А тогда в западных штабах операция по захвату власти в Венгрии получила кодовое название «Фокус». Началась она с информационной атаки: тысячи воздушных шаров понесли в Венгрию миллионы листовок. В листовках — призыв к неповиновению новым властям, «Долой коммунистов!» и так далее. Тот, кто планировал эту операцию и писал тексты листовок, хорошо понимал, что их слова лягут на благодатную почву: Венгрия была самым верным и последовательным союзником фашистской Германии во Второй мировой войне. Венгерские солдаты стреляли в наши войска даже тогда, когда всё уже было кончено и сами немцы сдавались дивизиями. В каждой венгерской семье был погибший на Русском фронте, искалеченный русской пулей, обмороженный в русском поле под Сталинградом. Желающих снова пострелять в русских солдат, бросить в распахнутый люк «тридцатьчетвёрки» или БТРа бутылку с горючей смесью было достаточно.

23 октября 1956 года началось. Громили здания милиции, компартии, спецслужб. Убивали коммунистов и милиционеров. По степени жестокости, с которой борцы за свободу лишали жизни своих же соотечественников, а потом измывались над телами, это напоминало Средневековье и немецкие концлагеря.

Западные газеты тотчас вышли с заголовками вроде этого: «С заходом солнца Венгерская Народная Республика перестанет существовать».

С заходом солнца в Будапешт вошли советские войска. Сразу же произошли столкновения. Были убиты советские военнослужащие. Войска открыли ответный огонь. Город заполыхал. 29 октября войска, наведя относительный порядок, получили приказ на выход. Но после того как танки покинули Будапешт, вновь начались массовые казни коммунистов. Уход войск создал у путчистов ощущение победы. И они начали тотальную зачистку сторонников советского режима.

И тогда в Венгрию вошёл Особый корпус под командованием маршала Конева. Началась операция «Вихрь».

Походу корпуса на Будапешт предшествовал Пленум ЦК КПСС, на котором возобладало мнение о радикальном решении венгерской проблемы.

31 октября, давая санкцию на проведение операции «Вихрь», Хрущёв сказал: «Если мы уйдём из Венгрии, это подбодрит американцев, англичан и французов, империалистов. Они поймут это как нашу слабость и будут наступать. Нас не поймёт наша партия. К Египту тогда прибавим Венгрию. Выбора у нас другого нет».

Напомню о сложности ситуации: в это время на Ближнем Востоке шла война (Суэцкая, Синайская или, как её ещё называли, вторая арабо–израильская) между Египтом и Израилем. Израиль, в союзе с Англией и Францией, воевал за Суэцкий канал и прилегающие к нему территории с Египтом. Советский Союз поддерживал египетскую армию. Из арсеналов стран Варшавского договора через Чехословакию в Египет переправлялось новейшее вооружение: реактивные истребители МиГ‑15 бис и МиГ‑17Ф, бомбардировщики Ил‑28, танки Т-34. События в районе Суэцкого канала развивались с переменным успехом.

4 ноября 1956 года 38‑я общевойсковая армия и 8‑я механизированная армия, усиленные десантными дивизиями и артиллерийскими частями, поставили точку в венгерских беспорядках (или восстании, кому как угодно).

Это была полномасштабная армейская операция. С точки зрения военной, Конев провел её блестяще. Войска были разделены на три ударных группировки. Всем им были даны указания: войти в Будапешт и сразу же захватить особо важные объекты. И войска вошли, ломая незначительное сопротивление вооружённых путчистов.

Некоторые историки и публицисты склонны причислить маршала к списку душителей свободы. Но если вглядеться в историю пристальней и попытаться понять, что именно так, после воздушных шаров и разноцветных ленточек, начинаются гражданские войны, то можно утверждать обратное: Конев силой Особого корпуса предотвратил гражданскую войну в Венгрии. И она, получив многие свободы, стала, по шутливому, но точному определению одного политика–острослова, «самым весёлым бараком соцлагеря». Не зря в прежние времена самыми дорогими турпутёвками в соцстраны были путёвки именно в Венгрию — оттуда можно было больше привезти.

Советские войска за два захода, если верить некоторым данным, потеряли в 1956 году в Венгрии 669 человек убитыми, 1540 ранеными и 51 пропавшим без вести.

После венгерского похода в Москве состоялась закрытая партконференция, на которой был заслушан отчёт Конева о только что завершённом походе и о его результатах. Конев отчитывался не только как командир Особого корпуса, но и как заместитель министра обороны СССР. Доклад был выдержан в мажорных тонах, что вполне соответствовало действительности. Подразделения проявили высокую дисциплинированность, выдержку, боевую выучку. Конев вновь видел перед собой армию–победительницу. Хотя в экипажах танков, в орудийных расчётах и в батальонах служили уже солдаты 1934–1936 годов рождения.

Доклад был принят более чем сдержанно.

Пока заместитель министра воевал, над министром вновь сгустились тучи.

Впереди был Пленум ЦК 1957 года и злополучная статья в «Правде».

Многое бы Конев отдал за то, чтобы вычистить этот эпизод из своей биографии. Об этом свидетельствуют многие факты, в том числе свидетельства близких. Но — что было, то было…

Глава сорок первая

СТРОИТЕЛЬ БЕРЛИНСКОЙ СТЕНЫ