СССР: от сталинского восстановления к горбачевской перестройке. Вторая половина 1940-х – первая половина 1980-х гг.: читать начало книги онлайн

Во многих советских семьях серьезным обескровливающим их бюджеты фактором был алкоголь. В целом по среднестатистическим данным расходы на алкогольные напитки составляли в 1970 году — 3,6 %; в 1980 г. — 3,6; в 1985 году — 3,0 %. Однако в этих цифрах можно усомниться, так как выявить траты на эти цели еще труднее, чем на продовольственные и промышленные товары. В реальности, конечно, траты на алкогольные напитки были выше.

В СССР учитывалось производство алкоголя государственными предприятиями, но невозможно было определить количество производимого самогона.

В 1980 году, например, в среднем на одного человека потреблялось 8,7 литра алкоголя, купленного в магазинах. Но сколько еще потреблялось самогона? Статистики на этот счет не существует. Можно, однако, лишь предположить, что если к официальной цифре потребления алкоголя прибавить самогон, то эта цифра существенно увеличится.

По некоторым данным в середине 1980-х гг. 15–20 млн домохозяйств расходовали на спиртное свыше 80 % своих бюджетов[1062]. Можно себе представить, насколько низким было потребление в таких семьях продуктов питания, одежды, бытовых и культурных услуг.

Тенденции в области потребления

Важнейшими показателями благосостояния людей являются натуральные показатели потребления. Статистические органы проводили регулярные обследования уровня потребления продовольственных товаров и насыщенности семей предметами культурно-бытового назначения. Они позволяют в рамках большого периода времени выявить динамику изменений и Сделать сопоставления.

Таблица 26. Потребление основных продуктов питания (на душу населения в год; в кг.)

Источники: Народное хозяйство СССР в 1965 г. Стат, ежегодник. М., 1966. С. 597; Народное хозяйство СССР в 1985 г. Стат, ежегодник. М., 1986. С. 445.

Вышеприведенные цифры говорят не только о росте, но и о совершенствовании структуры потребления. Определенное улучшение в питании людей произошло уже к началу 1960-х гг. Для сравнения отметим, что в 1953 году на душу населения потреблялось мяса только 28 кг., молочных продуктов 175 кг., яиц 82 штук[1063]. Социальные условия жизни людей улучшились по сравнению с предшествующим периодом. Об этом свидетельствует социологическое обследование, проведенное Б. А. Грушиным в августе-сентябре 1960 года. На вопрос: «Как изменился уровень вашей жизни за последние годы?» 72,2 % опрошенных ответили: «повысился»; 19,8 % — «остался без изменений»; 7,0 % — «понизился»[1064].

В 1970–1980-е годы люди стали больше потреблять мясных, рыбных и молочных продуктов, в то же время, в их рационе сокращались хлебопродукты и картофель. В целом, можно сделать вывод, что прогресс в питании советских семей был очевиден. В этот период осуществлялся переход от нищенского так называемого хлебно-картофельно-селедочного типа питания, характерного для 1950-х — начала 1960-х годов, к современному типу питания, в рационе которого преобладали мясные, молочные продукты, овощи и фрукты, то есть мясо-молочно-овощному типу питания. Сдвиги в области питания действительно произошли очень существенные. Однако, не все, конечно, обстояло радужно. Проблем в области продовольственного снабжения населения было достаточно. Отметим среди них большие региональные различия. Система распределения строилась таким образом, что в более привилегированном положении находились Москва, Ленинград, столицы союзных республик и т. д. Снабжение этих городов серьезно отличалось от остальных городов, не говоря уже о небольших поселках городского типа. Жители провинциальных городов вынуждены были специально ездить в Москву и Ленинград за продовольствием. Такого положения в западных странах практически не было. Вряд ли можно было обнаружить большое различие в продовольственном снабжении, к примеру, между Парижем и другими французскими городами. В этом смысле возможности советских людей в приобретении продовольственных товаров были весьма и весьма различными, что, разумеется, влияло на уровень их жизни. Если даже жители провинциальных городов имели деньги, то реализовать их было довольно проблематично.

В письмах трудящихся, поступавших в центральные газеты, партийные органы, «продовольственная тематика» являлась чуть ли не преобладающей. В письмах из Архангельска, Владимира, Волгоградской, Пермской, Свердловской, Тюменской, Донецкой областей, Хабаровского и Краснодарского краев, Мордовской, Татарской АССР и других мест — сообщается в справке газеты «Труд», подготовленной в ЦК КПСС, — ставится вопрос о том, чем вызван все более нарастающий дефицит не только мяса и мясных изделий, но и других продуктов питания (молочных, масла, овощей, даже конфет и шоколада)[1065].

Студентка Л. Дмитренко из Иркутска писала в «Литературную газету» (1979 г.): «В нашем городе мясо, колбаса, сосиски и другие мясные продукты давно уже — несбыточная мечта. Как-то мы с подругами увидели на улице, около овощного магазина толпу. Оказалось, обещали привести апельсины, которые тоже редко бывают. После шестичасового ожидания машина с апельсинами приехала. Около часа ее не разгружали, а затем сообщили, что направляют в другое место. Люди обозлились, начали требовать. Вмешалась милиция, чтобы навести порядок. Но народ окружил машину и не дал ей уехать. Почему такое происходит? Почему наш город так плохо снабжается, что даже фрукты и овощи можно купить лишь с „боем“?»[1066]

В письме без подписи из Свердловска в июне 1979 года в «Литературную газету» сообщали: «В магазинах нашего города ничего нет, одна водка и вино в неограниченном количестве, даже в овощных магазинах. План-то выполнять надо. В других городах люди что-то едят, и дети их сыты, а наши — нет. Что же с нами будет?»[1067]. «Нет мяса, рыбы, рыбных консервов, сыра, овощных консервов, перебои с хорошими конфетами, масло бывает редко. За молоком надо стоять в очереди по 45 часов», — сообщали из поселка Кушва, Свердловской области; «мясо только по талонам» (Чебоксары); «нет мяса, колбасы, масла, сыра» (Самарканд); «нет мяса, молочных продуктов, минеральной воды» (Липецк)[1068].

Семья Ключиниковых из Ярославля писала в «Правду»: «В течение ряда лет г. Ярославль плохо снабжается продуктами. В продаже нет мяса, крупы, колбасы, сельди, молочных продуктов. Картофель часто продают мороженный, даже кефир не всегда купить можно»[1069].

Руководство страны прекрасно знало, с какими каждодневными продовольственными трудностями сталкиваются люди. Л. И. Брежнев даже в своей рабочей тетради отмечал, в какой республике плохо обстоят дела со снабжением мясом[1070]. Вопросы продовольственного обеспечения ставились не только на пленумах ЦК, но и обсуждались в частых разговорах Брежнева с секретарями обкомов. Генсек требовал от них перевыполнения планов, но в ответ — слышал неопределенные ответы: «По животноводству план с дополнительным заданием… выполним, мяса в магазинах мало»[1071]. Мясо в Советском Союзе можно было купить во всех городах, но на городских рынках по рыночной цене, которая в 2–3 раза превышала государственные цены. Советскому горожанину почти всегда были доступны хлебобулочные изделия, крупы, овощные и рыбные консервы, яйца, молоко, кондитерские товары, картофель и т. д.

Дефицит некоторых видов продовольствия в определенной степени снимался за счет импорта. 16 мая 1979 года Брежнев отметил: «Подписал документ Косыгина о мясе — масле — закупке за границей»[1072]. В 1976–1980 гг. импорт составил около 10 % от уровня сельскохозяйственного производства страны, в 1980 г. — 18,1 %, в 1981 г. — 28,4 %, масла животного — 19,7, растительного — 22,5, сахара-сырца — 25,5 %. Общая стоимость продовольствия и сырья для его производства в 1970–1987 гг. увеличилась в шесть раз и достигла 10 млрд рублей[1073].

Следует заметить, что импорт продовольственных товаров был характерным практически для всех стран, в том числе и для индустриально развитых. Однако в нашей стране руководство переживало его болезненно, так как до 1917 года Россия была экспортером продовольствия. Теперь же получалось, что социалистическое сельское хозяйство, колхозно-совхозная система не способны обеспечить страну продовольствием. Сохранялись и не беспочвенные подозрения по поводу возможности использования экспорта продовольствия в качестве средства давления на Советский Союз[1074].

Потребительские товары: желания и возможности

Благосостояние людей определяется не только количеством и качеством потребления продовольственных товаров, но и уровнем обеспеченности их непродовольственными товарами культурно-бытового назначения. В рассматриваемый период произошло резкое повышение обеспеченности семей товарами культурно-бытового назначения длительного пользования.

Таблица 27. Уровень обеспечения населения промышленными товарами (в расчете на 100 семей, штук)

Источники: Народное хозяйство СССР в 1985 г. Стат, ежегодник. М., 1986. С. 446; СССР в цифрах в 1985 году. Стат, сборник. М., 1986. С. 220.

Как видно из таблицы 27, обеспеченность семей телевизорами за 25 лет увеличилась в три раза, холодильниками в 5,3 раза, стиральными машинами в 2,4 раза. Культурнобытовые товары длительного пользования вошли в быт подавляющей части рабочих и служащих. Из редкой роскоши, какими они были в 1950-е и даже в 1960-е годы, теперь они превратились в предметы повседневного обихода.

В городских семьях к середине 1980-х годов обеспеченность телевизорами, радиоприемными устройствами, холодильниками была уже почти стопроцентная. Но электропылесосы имели менее половины семей.

Обеспеченность сельских семей вышеуказанными товарами была значительно ниже, но имелась тенденция к росту. Так, еще в 1970 году только каждая третья семья из 100 имела телевизоры, в 1985 году — уже 90 семей; холодильников и морозильников соответственно 13 и 76; стиральных машин — 26 и 58; электропылесосов — 3 и 20[1075]. В сельских семьях даже к середине 1980-х годов ни по одному предмету культурно-бытового и хозяйственного назначения не было достигнуто стопроцентного обеспечения. Наиболее высокой была обеспеченность телевизорами, радиоприемными устройствами, велосипедами, швейными машинами — 90 %; 89 %; 79 %; 69 %. Дело конечно не в том, что у сельских жителей отсутствовали потребности в этих предметах и, из-за этого они их не покупали. Дело в первую очередь было в цене на них. Средняя цена холодильника в 1985 году равнялась 288 рублям, а среднемесячная заработная плата работников совхозов и колхозников составляла 168,4 Рубля, то есть, чтобы купить холодильник, нужно было отдать за него 1,7 зарплаты; за черно-белый телевизор — 1,4, а за цветной — 3,8 зарплаты соответственно.

По большинству предметов обихода, особенно электробытовых товаров длительного пользования (при не очень высоком качестве) цены по отношению к заработной плате были значительно дороже, чем в высокоразвитых странах. В частности, в 1985 году на покупку черно-белого телевизора уходило около 4 % среднемесячной зарплаты американца, цветного — 20 %[1076].

Однако если бытовыми товарами советские семьи были обеспечены в достаточно высокой степени, то автомобиль оставался еще несбыточной мечтой. После войны и при Хрущеве транспортная проблема решалась в основном через развитие общественного транспорта. При Брежневе и Косыгине государство стало менять политику в отношении автомобилизации населения. Они были сторонниками приобретения личного легкового автомобиля гражданами. У государства стало гораздо больше возможностей для решения этой проблемы. Да и уровень доходов многих категорий рабочих и служащих позволял купить автомобиль. Нельзя было игнорировать и тот факт, что на Западе уже шла массовая автомобилизация населения. В декабре 1965 года в СССР одна легковая машина приходилась на 238 жителей, в то время как в США — на 2,7 человек[1077].

В СССР ставится задача увеличить производство легковых автомобилей. Этим целям служил подписанный контракт в августе 1966 года с итальянской автомобильной фирмой «Фиат» о строительстве автозавода в городе Тольятти на Волге (Куйбышевская — ныне Самарская область), с производительностью 2 тыс. автомобилей в день и 600 тыс. в год[1078]. В 1970 году завод был пущен в эксплуатацию. В том же году он выпустил легковой автомобиль под названием «Жигули» (ВАЗ — 2101), получивший в народе название «Копейка». В 1972 году в СССР впервые легковых автомобилей было произведено больше, чем грузовых[1079]. С каждым годом увеличивалось количество проданных автомобилей. Если в 1960 г. было продано только 62 тыс. штук, то в 1985 году — уже 1568 тыс. штук, т. е. количество проданных автомобилей увеличилось в 25,3 раза[1080]. Появилось больше семей, имеющих личный автомобиль: в 1970 году на 100 семей приходилось только 2 автомобиля, в 1985 году — уже 15[1081].

[1062] Там же. С. 150.

[1063] Иванова Г. М. На пороге «государства всеобщего благоденствия». Социальная политика в СССР (середина 1950-х — начало 1970-х годов). М., 2011. С. 42.

[1064] Грушин Б. А. Четыре жизни России в зеркале опросов общественного мнения: очерки массового сознания россиян времен Хрущева, Брежнева, Горбачева и Ельцина в 4-х книгах. Жизнь 1-я: Эпоха Хрущева. М., 2001. С. 125.

[1065] РГАНИ. Ф.5. Оп. 76. Д. 213. Л. 39.

[1066] Там же. Д. 213. Л. 116.

[1067] Там же. Л. 293.

[1068] Там же. Л. 117.

[1069] Там же. Оп. 75. Д. 242. Л. 66.

[1070] Леонид Брежнев. Рабочие и дневниковые записи. 1964–1982. Взт. М., 2016. Т.1. С. 753 (запись от 12 января 1977 г.).

[1071] Там же. С. 838 (запись от 6 октября 1977 г.).

[1072] Там же. С. 953 (запись от 1 августа 1980 г.).

[1073] Коммунист. 1989. № 4. С. 16.

[1074] Шубин А. В. От «застоя» к реформам. С. 113.

[1075] Народное хозяйство СССР за 70 лет. С. 473.

[1076] Зайченко А.И пришла нужда как тать… // Погружение в трясину. М., 1991. С. 151.

[1077] Твердюкова Е. Д. Личный автомобиль как предмет потребления в СССР. 1930–1960-е гг. // Новейшая история России. 2012. № 1. С. 174.

[1078] АвтоВАЗ между прошлым и будущим. История Волжского автомобильного завода. 1966–2005 / С. В. Журавлев и др. М., 2006.

[1079] Там же. С. 671.

[1080] Народное хозяйство СССР за 70 лет. С. 468.

[1081] Там же. С. 472.