СССР: от сталинского восстановления к горбачевской перестройке. Вторая половина 1940-х – первая половина 1980-х гг.: читать начало книги онлайн

Источники: Население СССР. 1988. Стат, сборник. М., 1989. С. 493; Население СССР. 1990. Стат, сборник. М., 1990. С. 390.

К середине 1960-х гг. продолжительность жизни достигла максимального за всю историю нашей страны уровня: у мужчин — 66,1 лет, у женщин — 73,8[948] СССР тогда вошел в «клуб» стран с низкой для того времени смертностью. По средней продолжительности жизни тогда среди 35 стран он занимал 22 место, оставив позади такие развитые страны, как Австрия, Бельгия, Италия, ФРГ, Финляндия, Швеция, Япония[949]. Наша страна в тот период по этому важному показателю поднялась на уровень индустриально развитых стран мира[950]. Но долго удержаться в таком положении ей не удалось.

Начиная с 1966 года у мужчин и с 1968 года у женщин, продолжительность жизни стала сокращаться. Некоторые исследователи считают, что данное явление проступило совершенно неожиданно, в то время как почти во всем мире продолжительность жизни по-прежнему увеличивалась[951].

Повышение смертности продолжалось целых 15 лет: с 1964–1965 до 1979–1980 гг. Средняя продолжительность жизни за это время уменьшилась с 70,5 до 67,7 лет у обоих полов. В первой половине 1980-х гг. рост смертности прекратился, произошла стабилизация средней продолжительности жизни, а со второй половины 1985 года, главным образом в результате принятых мер по борьбе с пьянством и алкоголизмом, наметилась тенденция к ее повышению[952].

Можно ли повышение смертности, длившееся в течение пятнадцати лет, объяснять случайностью? А. Г. Вишневский отмечает, что успехи в борьбе со смертностью во многих странах, в том числе и в СССР, в середине XX века были достигнуты благодаря определенной стратегии борьбы за здоровье и жизнь человека, в известном смысле патерналистской, основанной на массовых профилактических мероприятиях, которые не требовали большой активности со стороны каждого. Однако к середине 1960-х гг. возможности этой стратегии в богатых и развитых странах оказались, видимо, исчерпанными. Они вступили в стадию «второго эпидемиологического „перехода“, выработали новую стратегию действий, новый тип профилактики, направленной на уменьшение риска заболеваний, и предполагавшей более активное и сознательное отношение к своему здоровью со стороны каждого человека. Значительно выросли и расходы на охрану и восстановление здоровья, что, в свою очередь, способствовало повышению его общественной ценности»[953]. Общество не выработало эффективных средств борьбы с типичной для всех индустриальных стран эндогенной смертностью. Смертность в СССР была более ранней, чем в Европе, Северной Америке или Японии[954].

Масштабам новых задач по профилактике, охране и восстановлению здоровья не соответствовали финансовые средства, направляемые на эти цели. Если же эти средства сравнить с некоторыми развитыми странами, то они выглядят просто мизерными.

Таблица 17. Рост душевых затрат на нужды здравоохранения в СССР, США и Франции 1960–1980 гг.

Источник: Вишневский А. Г. Серп и рубль. Консервативная модернизация в СССР. М., 2010. С. 120.

Приведенные в таблице 17 цифры не учитывают динамику цен и покупательную способность национальной волюты. Поэтому, с этой точки зрения, их прямое сопоставление не вполне оправдано. Однако при любых оговорках понятно, что 72 рубля в 1980 году были настолько меньше 1064 долларов или 3566 франков, что рассчитывать в борьбе за снижение смертности на одинаковый с американцами или французами результат было невозможно.

В 1970-х годах смертность увеличилась во всех возрастных группах, начиная с 15 лет у мужчин и с 35 лет у женщин[955]. Повышение смертности и снижение продолжительности жизни имело место за счет роста смертности от сердечнососудистых заболеваний и несчастных случаев, причем рост был более выражен на селе, чем в городе. В силу слабой развитости системы здравоохранения на селе, заболевшим и пострадавшим здесь жителям труднее было быстро получить квалифицированную медицинскую помощь, чем горожанам. Высокую смертность среди сельских жителей демографы объясняют также и более широким распространением среди них, по сравнению с горожанами, пьянства и алкоголизма[956].

Благодаря развитию здравоохранения, такие массовые инфекционные болезни, как малярия, туберкулез, тифы, полиомиелит, дифтерия, корь и др., уносившие ранее тысячи человеческих жизней, почти полностью отступили. По числу случаев на 100 тыс. населения заболеваемость в 1986 году уменьшилась по сравнению с 1940 годом: корью в 10 раз, тифами — в 12, коклюшем — в 37, дифтерией — в 222 раза[957]. Чтобы представить значение этих показателей для народного хозяйства, достаточно напомнить, что только за один год заболеваемость корью «обходилась» государству 296 млн рублей[958].

Во второй половине XX века лидирующие позиции в ряду причин смертности, особенно среди трудоспособного населения, стали занимать так называемые «урбанизированные» болезни: сердечнососудистые болезни и злокачественные новообразования. Общество оказалось не готовым к «встрече» с этими заболеваниями, охватившими миллионы людей. Своевременно не было выработано эффективных средств борьбы сними. Конечно, огромную роль в борьбе с этими заболеваниями играет система здравоохранения. Но, чтобы эти болезни отступили, нужна была научно продуманная стратегия борьбы. В этом отношении в нашей стране в 1970-е годы делалось немало. Была усилена профилактическая работа, созданы методики лечения и медикаменты. Увеличилось количество санаториев, пансионатов, домов и баз отдыха. В середине 1980-х гг. в стране имелось более 360 курортов, в том числе 35 общесоюзного, более 120 республиканского значения. Однако проблема оставалась.

Снижение уровня смертности в огромной степени зависит и от отношения человека к своему здоровью. Укрепление собственного здоровья за счет занятий физической культурой и спортом, к сожалению, не являлось органической потребностью огромного числа людей. По данным социологических исследований, относящихся к середине 1980-х гг., до 80 % своего досуга люди проводили дома, занимаясь физически пассивными видами отдыха[959]. В период 1970-х — первой половине 1980-х гг. были широко распространены такие вредные явления как пьянство и алкоголизм, а также курение, серьезно способствующие ухудшению здоровья людей, а, следовательно, и смертности.

Как показывает историческая практика, снижение смертности и повышение продолжительности жизни, зависят в целом от главной проблемы — улучшения всей социальной ситуации в стране.

А какие тенденции были характерны для рождаемости? Материалы показывают, что рождаемость в СССР в течение 25 лет (1950–1975 гг.) снижалась и лишь в 1970–1980-е годы наблюдалось небольшое ее повышение.

Таблица 18. Рождаемость, смертность и естественный прирост населения СССР (на 1000 человек населения)

Источники: Население СССР. 1988. М., 1989. С. 56–57; Демографический ежегодник СССР. М., 1990. С. 99.

По сравнению с 1950 годами рождаемость в 1970-е — первой половине 1980-х годов была значительно ниже. В 1985 году на 1000 человек населения родившихся было меньше, чем в 1950 г. на 7.3 детей, или на 27,4 %, а по сравнению с 1960 годом — на 5,5 детей, то есть на 22,1 %.

Небольшого сдвига в повышении рождаемости в 1970 годы удалось добиться благодаря демографической политике, а также улучшению брачной ситуации среди женщин, родившихся в военные и послевоенные годы[960].

Второй подъем возрастных коэффициентов рождаемости произошел с начала 1980-х годов. Это было связано с принятием в январе 1981 года Постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О мерах по усилению государственной помощи семьям, имеющим детей», в котором предусматривалась система мер, направленных на улучшение условий воспитания детей в семье, сочетание общественно-производственных и материальных функций работающих женщин. Большое значение имело начавшееся в 1981 году введение частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста одного года и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы до достижения им полутора лет. Этот отпуск вводился по районам страны, и завершился процесс в ноябре 1983 года. Эти меры привели к повышению рождаемости, но радикального сдвига в этой области все равно не произошло.

Снижение рождаемости и повышение смертности, о чем сказано выше, привели к сокращению темпов естественного прироста населения. Так, за десятилетний период (1951–1960), население увеличилось на 33,9 млн человек; за 1961–1970 гг. — на 29,3 млн, то есть уже меньше на 4,6 млн; за 1971–1980 гг. рост составил 22,8 млн, что было меньше по сравнению с предыдущим десятилетием уже на 6,5 млн человек[961].

Уровень рождаемости в огромной мере зависит от степени урбанизированности общества. Исторический опыт показывает, что чем более урбанизированным является общество, тем ниже уровень рождаемости. В России (СССР) урбанизация вела к кризису старой патриархальной крестьянской семьи, ориентированной на многодетность. Радикальная модернизация общества в СССР привела к изменению семьи: вместо характерной для России многодетной семьи сформировалась нуклеарная малодетная семья городского типа. Статистические материалы говорят также о том, что для крупнейших городов стал характерным рост числа одиночек и семей, состоящих из двух человек. В частности, в структуре семей Ленинграда в 1979 году семьи из двух человек составили 34,4 %, из трех — 35,4, из четырех — 20,8, из пяти и более — 2,4 % от общего числа семей[962].

Уже в период индустриализации, как показали переписи 1926 и 1939 гг., число городских семей увеличилось более чем вдвое, тогда как численность населения страны выросла не более чем на 16 процентов. В 1939 году доля городских семей (в послевоенных границах СССР) в общем числе семей составляла 34 %, в 1959 г. — 48,4, в 1970 г. — 58, в 1979 г. — 64, в 1989 году — 67,9 %. Одновременно уменьшался средний размер семьи: в 1939 году — 4,1 человек на семью; в 1959 г. — 3,7; в 1989 году — 3,5 человек на семью. Сокращалась и доля больших семей — с 5 и более членами. В 1939 году их было более 35 %, в 1959 г. — 26 %, в 1989 году — 18 %[963].

Еще более характерны данные по Российской Федерации. В начале 1920-х годов, когда подавляющее большинство семей были сельскими, их средний размер составлял 5,6 человек, в немногочисленных городских семьях было в среднем 3,9 человек[964]. В 1989 году доля городских семей составляла 73,7 %, средний размер семьи — 3,2 человека, доля семей с 5 и более членами — 12,6 %. Показатели по СССР были выше, поскольку на них влияли мусульманские республики СССР, где модернизация семьи, по мнению А. Г. Вишневского, шла намного медленнее[965]. По Российской Федерации по этим процессам убедительные факты содержатся в ниже приведенной таблице.

Таблица 19. Некоторые демографические характеристики семей РСФСР в 1939–1989 гг.

Источник: Народонаселение. Энциклопедический словарь. М., 1994. С. 404.

Данная таблица показывает общую тенденцию изменений размера семьи в городской и сельской местности. В течение пятидесяти лет — с 1939 по 1989 гг. — среднее количество детей в семьях уменьшилось с 3,6 до 3,2 человек в городе и с 4,3 до 3,3 человек в сельской местности. Стремительно сокращалось число многодетных семей: в 2.1 раза в городах и в 2,6 раза в сельской местности.

[948] Население СССР за 70 лет. Стат, сборник. М., 1988. С. 128.

[949] Вишневский А. Г. Серп и рубль. С. 117.

[950] Жиромская В. Б. Проблемы демографического развития России в XX веке // Труды Института российской истории РАН. М., 2010. № 9. С. 303.

[951] См.: Население мира. Демографический справочник. М., 1989. С. 202.

[952] Население СССР за 70 лет. С. 128.

[953] Вишневский А. Г. Серп и рубль. С. 120.

[954] Там же. С. 121.

[955] Население мира. Демографический справочник. С. 203–204.

[956] Там же.

[957] Народное хозяйство СССР за 70 лет. Юбил. стат, сборник. М., 1987. С. 593.

[958] Там же. С. 143.

[959] Коммунист. 1985. № 12. С. 57.

[960] Население СССР за 70 лет. С. 108.

[961] Рассчитано по: Население СССР. 1987. С. 8.

[962] Народное хозяйство Ленинграда и Ленинградской области в 10-й пятилетке. Л., 1981. С. 26.

[963] Волков А. Г. Семья — объект демографии. М., 1986. С. 52, 57.

[964] Васильева Э. К. Семья и ее функции. М., 1975. С. 34

[965] Вишневский А. Г. Серп и рубль. С. 138.