– Не спешите, уважаемые. Не спешите, не нужно торопиться. Во-первых, нет никаких доказательств, что принц Теодор владеет кодо. Во-вторых, столь важные государственные вопросы решаются в Независимом Суде. И никаких решений не может быть вынесено раньше. Мы не на базаре…
– Этот мелкий бес владеет кодо! – громыхнул на весь зал тяжелый бас Бартоло. – Многие видели, он мастер мутаций!
– Да, этот потный здоровяк прав, я владею кодо. – Я поднял ладони. – Показать?
– Он сошел с ума, – покачал головой Фердинанд, покосился на тэна Зиварда. – Нужны меры.
Дальше тянуть я не стал, мое кодо должны были увидеть независимые присяжные и государственный обвинитель – только тогда Ринги не отвертятся.
И тут надо было действовать быстро. Быстрее Херефорда.
А тот уже потеснил Зиварда, стоящего рядом, и шагнул в мою сторону, выставив руку в кожаной перчатке…
Глава 22. Рэй возвращает пулю
Херефорд и я…
В одну и ту же секунду мы применили гравитационные эрги одинаковой силы.
Между нами с треском проскочили синие молнии, воздух запестрил мелкими голубыми вспышками. Меня протащило назад на пару метров, Херефорда – примерно на то же расстояние. И такое я видел впервые: эрги нейтрализовали друг друга, не возымев почти никакого эффекта.
Зато ничего больше не надо было доказывать.
Мое кодо увидели все присутствующие, и свою часть сделки с Сильвер я выполнил сполна. Но теперь предстояло самое ценное – отстоять свидетелей, и это понимали обе стороны.
Участники собрания мгновенно перераспределили роли, и все случилось за считаные секунды.
Херефорд сунул руку в карман плаща, его маска почернела, и меня откинуло на стену, на огромное деревянное панно с гравюрой Великой Родовой Битвы, пригвоздило к нему с такой чудовищной силой, будто прижало невидимой каменной плитой. Ни пошевелиться, ни выдохнуть. Я распластался на стене с ощущением, что меня по ней размазали, распяли на ней, приколотив штырями к деревянной поверхности. В ушах зазвенело, адская боль снова раскалила правое бедро.
Оторвать себя от стены я уже не мог, мог только наблюдать и слушать…
– Заговор! – выкрикнул Фердинанд, отступая к боковой стене зала.
Его своим телом тут же прикрыл тэн Зивард.
– Присяжные! – одновременно с Фердинандом закричал патриций Орриван.
В то же время инспектор Жан-Жермес развернулся к делегации из Зеола и расчехлил револьвер. И пока его рука, выхватившая «питбуль» из кобуры, поднималась, чтобы расстрелять свидетелей, к нему бросился патриций Мэтто Соло, он стоял ближе всех. Грузный мужчина подмял под себя жилистого худого инспектора и повалил того на пол.
Раздался выстрел. За ним – глухой стон патриция Соло.
К нему на помощь кинулся Ю-Вэй Сильвер. Старик налетел на инспектора, не давая тому подняться, трость Ю-Вэя мелькнула несколько раз, нанося точные и сильные удары по противнику…
Через мгновение послышались щелчки взвода курка и снова грохот: тэн Зивард выстрелил патрицию Ю-Вэю в спину. Пуля пронзила тщедушного старика и прошла навылет. Тот рухнул как подкошенный.
– Дядя! – Ли Сильвер бросилась к Ю-Вэю, стаскивая на ходу перчатки и высвобождая главное свое оружие – искрящиеся молниями стальные когти.
Воздух наэлектризовался, нагрелся, наполнился дымом и запахом гари.
Патриций Орриван кинулся к боковой двери.
– Сюда-а-а-а! – завопил он и принялся выхватывать из толпы перепуганных до смерти присяжных и выталкивать их из зала одного за другим, не переставая при этом орать: – Сюда! Все сюда-а!..
В дверях мелькнула черная мантия государственного обвинителя, и он выскочил вслед за присяжными и Орриваном.
Последнее, что я успел увидеть, как Бартоло с диким рычанием пытается сдернуть с запястья запретные путы, но те не поддаются, и он, плюнув на все, кидается на инспектора, уже вскочившего на ноги.
От очередного выстрела вздрагивают стены.