Дорога в космос: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

После знаменитого доклада Джеймса Саттона в конгрессе США о планах НАСА по созданию Марсианской колонии эту программу закрыли. Но Эдгар сумел сохранить пост, поскольку общественность спокойно отнеслась к данному провалу НАСА, продолжая грезить колониями на Марсе, скорее обвиняя конгресс США в отказе от мечты.

Эдгару было жалко просто так выкидывать наработки по организации внеземной колонии, поэтому он обратил свой взгляд на более близкую цель – Луну. Однако он не стал просить президента США и конгресс выделения средств еще и на это. Эдгар решил зайти с другой стороны и обеспечить себе финансирование в качестве реакции на внешние факторы.

Эдгар Гувер выступил с программным заявлением о возможности организации лунных колоний при условии участия в этом проекте всех космических держав мира. Выступление широко освещалось средствами массовой информации и быстро распространилось по всей планете. Со стороны могло показаться, что НАСА и США уже всецело «в деле». Администрация президента США была крайне удивлена подобной инициативностью Гувера, но радикальных действий не предприняла.

Эдгар к этому времени уже был узнаваемой общественной фигурой. Удивительно, но подобная тактика смогла принести успех. Главы Европейского аэрокосмического агентства и Роскосмоса высказали заинтересованность, но пока в общих словах. В Китай и Японию Гувер совершил визит специально, дело закончилось рукопожатием на камеру для новостей. Основная работа велась без излишнего пиара, по разделению зон ответственности, согласованию деталей и, наконец, по бюджетированию затрат. Дело двигалось, не быстро, но двигалось. Пока все оставалось на стадии проектирования и определения сроков. Тут очень пригодились «марсианские» наработки Джеймса Саттона.

Как раз в этот момент внимание всего мира переключилось на реформаторскую деятельность Линь Сию, направленную на организацию поста Президента Мира и создание Всемирного координационного совета. Несколько лет на планете шли революционные процессы. Итогом для самого Эдгара стало предложение ему от первого Премьер-министра Мира Сахима Раббаха занять пост Всемирного координатора по деятельности в космосе. После недолгого раздумья Гувер решился. Кресло руководителя НАСА, по рекомендации Эдгара, занял Джеймс Саттон. На посту Всемирного координатора Гувер пребывал с момента основания, он спокойно пережил смену Президента Мира, когда два срока Линь Сию, оговоренные в конституции Мира как максимальные, подошли к концу и главный пост планеты достался Кенджи Ямамото. Ограничений по срокам для членов Всемирного координационного совета конституция не подразумевала. Кандидатура Эдгара Гувера всегда оставалась абсолютно бесспорной.

В настоящее время на Луне уже шли горные работы. Штольни в стенах выбранного кратера прокладывали роботизированные проходческие агрегаты, собранные уже в кратере по частям. Разработаны и произведены они были российской стороной, а управляющую электронику, программное обеспечение и средства связи предоставил Китай. Америка занималась доставкой, так как располагала самыми мощными ракетами-носителями. В кратере побывало несколько астронавтов с короткими миссиями по ремонту техники и корректировке работ, связанных с возникшими на месте проблемами. Дело шло медленно, горные работы на Земле производились тяжелой техникой. Большие тяжести трудно заставить летать, тем более на Луну, поэтому трудностей хватало. Но дело упорно продвигалось.

Гувер начал рассуждать, как реализация идеи Берсанова скажется на лунной программе. Упрощение и интенсификация доставки грузов на Луну сулили сокращение сроков строительства колонии. Однако воплощение самого проекта могло затянуться на долгие годы. Кроме того, никак не решались проблемы доставки грузов с Луны обратно на Землю. Впрочем, обратный грузопоток не должен был стать интенсивным, по крайней мере, на первые десятилетия. А вот от возможности буквально забрасывать Солнечную систему автоматическими исследовательскими аппаратами захватывало дух.

Эдгар понял, что отвлекся, а надо было заняться текущими делами – организацией группы разработчиков, которая должна была без излишней огласки провести детальное исследование по определению возможности реализации идеи Берсанова.

Становилось ясно, что для этого потребуются не столько ученые (хотя без них все равно никуда), сколько инженеры, знакомые со строительством эстакад для скоростного транспорта. Конкретных личностей из этой среды Гувер не знал, он обдумывал, к кому мог бы обратиться. На ум упрямо приходил еще один проект Илона Маска под названием HyperLoop. К текущему времени гениальный бизнесмен-мечтатель уже покинул этот мир, но оставил после себя огромное наследство. Скоростные поезда уже курсировали между Вашингтоном и Нью-Йорком, на трассе Лос-Анджелес – Сан-Франциско. Это были подземные тоннели, но компания Маска уже строила трансконтинентальный HyperLoop с восточного побережья на западное, в этот раз в виде надземных эстакад. Именно транспортные системы в виде вакуумных труб на высоких эстакадах интересовали Гувера в первую очередь. Но как получить в группу ведущих разработчиков и при этом так, чтобы никто ничего не узнал? Ответа на этот вопрос у Эдгара не было.

Посмотрев на часы, Гувер решился позвонить Тьерри Вердену.

В конце XXI века у каждого человека на Земле был собственный коммуникатор, поддерживающий постоянную связь с личным чипом-имплантантом. Такие чипы начали вживлять всем людям от двенадцати лет и старше. В развитых странах – еще с сороковых годов, а с учреждением института Президента Мира и Всемирного координационного совета – это стало обязательным повсеместно. Обычно чип вживлялся за правым ухом, изредка – за левым, по медицинским показаниям. На чипе прежде всего имелся уникальный идентификационный номер владельца. Он теперь был чем-то вроде номера паспорта и использовался для установления связи с человеком через коммуникатор, то есть на него можно было «позвонить».

Все коммуникаторы связывались между собой через глобальную сеть беспроводной связи. Сеть была построена на небольших спутниковых маршрутизаторах-ретрансляторах. В космосе на орбитах с высотами от двухсот пятидесяти до трехсот пятидесяти километров вращалась вокруг планеты целая армия таких спутников, покрывая единой сетью всю планету. Где бы ни находился человек, он всегда был на связи.

Коммуникаторы почти полностью вытеснили модные в первой половине века ноутбуки. Почти всюду в мире можно было найти стационарные экраны и клавиатуру с манипуляторами в свободном доступе. С таким набором можно было установить беспроводную связь с коммуникатора и работать за ним. Данные пользователей находились в личных сетевых хранилищах. Многие люди для удобства и автономности носили с собой компактные экраны с устройствами управления, которые сворачивались в трубку при транспортировке.

Кроме функции паспорта и уникального номера чип хранил другие сведения о владельце: имя, гражданство, дату и место рождения, информацию о банковских счетах, систему проведения операций с ними, группу крови, другие важные антропометрические данные. Паспорта ушли в прошлое, вся нужная информация для идентификации человека, таможенного контроля, проверки виз, уровней доступа и для регистрации в различных финансовых, учебных, медицинских учреждениях была всегда с собой у любого человека планеты. Это значительно упрощало работу различных служб, начиная с органов охраны правопорядка до медицинского персонала. Разумеется, все чипы имели систему шифрования с уникальными ключами. Только владелец мог разрешить третьим лицам воспользоваться информацией со своего чипа. Однако служащие правоохранительных органов, экстренных служб спасения и медицинский персонал имели специальные устройства, которым чипы отвечали и сообщали необходимые сведения в нешифрованном канале.

Кроме того, чип имел возможность измерять пульс, температуру, кровяное давление, уровень сахара, холестерина и другие важные параметры жизнедеятельности. На коммуникаторе всегда работали приложения, отслеживающие функционирование организма владельца и в экстренном случае оперативно оповещавшие как владельца, так и другие коммуникаторы поблизости, что их владельцу срочно требуется помощь. Причем они могли дать понять откликнувшемуся на зов человеку, что именно произошло и какая помощь необходима.

Пожилые люди использовали инъекторы – небольшие устройства, закрепляемые прямо на теле и управляемые коммуникатором. В случае снижения показателей жизнедеятельности ниже пороговых пациент автоматически получал необходимую инъекцию. К примеру, если сахар в крови превышал некоторое значение, в организм незамедлительно вводился инсулин.

Эдгар взял в руки свой коммуникатор, проверил доступность абонента и быстро нажал кнопку вызова.

– Добрый вечер, Тьерри! Надеюсь, ты еще не спишь.

– Я так рано не засыпаю, излагай, что заставило тебя вспомнить о моем существовании?

– У меня сегодня была встреча с Ливеем, по поводу идеи русских.

– Эдгар! Встреча наверняка была днем, а ты звонишь мне только сейчас? Ну давай, не тяни, что сказал премьер?

– Он хочет проработки деталей проекта на предмет возможности реализации, без привлечения дополнительного бюджета и без огласки.

Тьерри Верден слегка задумался.

– Полагаю, этого следовало ожидать, хотя лично я надеялся на другой результат.

– Представь себе, Тьерри, я – тоже! Ванг хочет, чтобы мы занялись этим на площадях НАСА и по возможности конфиденциально.

– Мы?!

– Конечно, о тебе он никогда не забывает, пытаясь отвлечь твои мысли от MegaITER. Послезавтра ко мне прилетает Джеймс, я планирую поручить ему подготовительные работы, давай встретим его вместе.

– Хорошо, ты только из-за этого звонил?

– Мне бы хотелось с тобой обсудить состав группы разработчиков и способы их привлечения. В любое удобное для тебя время, но не позже чем завтра вечером.

– А сам ты все время будешь свободен в ожидании меня? – удивился Тьерри.