— Застанешь. Я перед обедом видел — он за своим пацаном бегал, отлупить хотел…
— Астроном! Эй, Астроном! Это я зову, Торня!
— Обожди, сейчас сын выйдет.
— Зачем мне твой сын? Сам выходи!
— Скажи ему, что тебе надо, а он передаст.
— Дяденька, папа спрашивает, что вам надо…
— Я его звал, а не тебя… Что он делает?
— Обедает. Он сказал, чтобы вы мне сказали…
— Слышал, не глухой. А долго он будет обедать?
— Долго, потому что медленно кушает. Все уже поели, а он еще нет. Он всегда последний, потому что ждет, пока остынет. Он говорит, кто ест горячее, тот зря кишки турбует…
— Диетчик несчастный… мда! Знаешь что, парень? Передай ему, чтобы ел поскорее — и на майдан!.. Нет, пусть сидит дома, я еще зайду. Забегу к Обэзике — и обратно сюда… понял?
— А дяди Обэзики нет дома.
— Как — нет?
— Он жену к теще повел… не хочет с ней жить.
— Нехорошо… Тогда скажи папе, чтобы, по крайней мере, ел поскорее. Стой, я сам скажу… Здоро́во, Астроном! Пока ты тут телишься, один плюется прямо посреди села!
— А что, негде ему больше?
— Вот ты и спроси!
— Сейчас… поем только.
— Какого черта…
— Знаешь, Торня, ты в моем доме не чертыхайся, а то…
— Уйдет ведь! Ты бы хоть детям велел дуть тебе в борщ! Если на то пошло, давай я подую! Опоздаем!..
— Ты не горячись… Ты пока зайди к Кырче. Если мы с Кырчей…
— А сам-то?!
— Вот поем и приду…
— Кырча! Кырча!
— Торня, не дери зря глотку… Ушел сосед!
— А ты, Ксенофонт, что стоишь? Хватай вилы и беги на майдан! Постой… Сыновья дома? У тебя ведь трое! Пускай тоже по колу захватят! И другого соседа позови, Параскива!.. Эй, Параскив, это я, Торня! Что вы рты раззявили? Нас оплевали, а вам хоть бы хны! Хватайте что кому под руку попадется и — на майдан! Что ты сказал? Догонишь? Очень хорошо! Чужака надо проучить! Будет знать, на кого плевать, а на кого — погодить. Только поживей, парни, да еще кого-нибудь прихватите… надо бы всех мужиков собрать! А я к председателю смотаюсь, введу в курс. Как-никак у нас триста семей, люди уважаемые, достойные, по всему району славятся. Поняли?.. Бегу!
— Беги, беги… мы догоним!
— Товарищ председатель! Товарищ председатель!
— Не кричи, нет его. Здесь только я, сторож.